Башня Богов II (СИ)
Поэтому я спокойно выдернул меч и ударил снова, зная, что даже царапина при ударе этим клинком его добьёт. Но с долей мастерства Брана мои удары стали удивительно точны — голова Ингвара резко всхлипнула и закувыркалась в воздухе.
Фантом мага лопнул изнутри, а вороны, что рушились со всех сторон, один за другим истаяли дымом мглы. Серый воин замахнулся, но дрогнул и распался на бесформенные клубы сумрака, так и не завершив удар. Со смертью мага все его творения разрушались.
— Кар-р-р! Кар-р-р! — прощально кричали вороны, обращаясь в мелькающие тени, которые гасли в воздухе.
Наступила тишина.
Получено достижение: Повергатель II, за нанесение 100+ единиц урона одной атакой.
Получено достижение: Убийца великанов IV, за победу над врагом на 20+ уровней выше.
Потратил два достижения, получил два. Идеально. Жаль, что так будет не всегда, в какой-то момент возможные достижения просто закончатся, ведь их можно получать только по одному разу.
Внимание: вам присвоен статус хранителя Играниума. В ваш интерфейс добавлена вкладка управления лабораторией, но вы теряете право покидать Играниум.
Бегом в зал со сферами.
Список команд был длинный и разнообразный, но я воспользовался только одним из разделов: редактор этажей. Я шёл по всем садистическим творениям Искусника и по очереди менял каждую комнату, оставляя суть и идею испытаний, яркость фантазии и мастерство оформления — но убирая из каждого испытания подлый, обманчивый и изуверский элемент.
Комната со статуями и сокрушающим потолком не лишилась ложного выхода, но он перестал быть смертельной ловушкой, из которой нет выхода. Проходящие получили право на ошибку. С пола лабиринта исчезли острые обломки, превращающие путешествие в пытку, а сила голема понизилась до равной претенденту. Чтобы любой пришедший мог победить его в честном бою, получить мерц-фонарик и пройти, а не в восьми случаях из десяти попасть в перемалывающие жернова.
И так далее.
Редактируя комнаты Игвара, я видел его талант и поневоле думал, мог ли сохранить ему жизнь? Был ли иной способ? Может и был, в каком-нибудь идеальном мире, где мои мудрость и интеллект равны 100+. Но здесь и сейчас главным приоритетом была Мира с моим нерождённым ребёнком, и несчастные собратья и коллеги, которые попали и попадут на этажи Ингвара. Его жизнь стоила в моих глазах куда меньше.
Перенастройка всех сфер заняла около часа, и после неё каждое испытание осталось опасным, интересным — но стало честным.
С удовлетворением кивнув, я проверил Миру: она спала в кресле, дыхание явно стало ровнее. Я смочил её губы водой и легонько погладил грязную щёку. Убрал отрубленную воронью голову в зеркало и накрыл останки иллюзиониста одной из его мантий. Покойся с миром, несчастный садист.
Выйдя на середину комнаты, вдохнул посильнее, выбрал для жертвы зубастую секиру и громко произнёс:
— Одим’Хейзар. Ткач Судеб.
Пространство дрогнуло. Его прошила узкая и кривая прореха, оттуда показалась тонкая, словно опушённая белыми нитями лапка, за ней вторая, третья. Десятки белесых конечностей раздвинули щель, и в спальню протиснулось удивительное инфернальное существо, напоминающее одновременно гуманоида и паука.
Вокруг него мерцали в воздухе, исчезали и появлялись странные магические печати. Ткач навис надо мной, склонив безликую голову набок, а некоторые из тонких лап подрагивали и чертили сложные и странные фигуры, которые таяли в ту же секунду.
— Позвавший, — наконец прошелестело существо. — Судьба пришла.
Глава 3
Двойной катаклизм
— Аномалия! — прошелестели десятки голосов. Рты раскрывались по телу Ткача, который весь состоял из переплетающихся серо-белых нитей и паутин. — Угроза, ранг легендарный, требуется немедленное вмешательство.
Он подался к Мире и отстранил меня так незаметно, что я даже не понял, как он это сделал: лапами или просто сдвинув само пространство, чтобы я не стоял на пути. Белые конечности окружили Миру, светящиеся печати сгрудились вокруг неё, будто консилиум мерцающих межпространственных врачей. Ткач дёрнул лапой, и мою жену подняло в воздух, она зависла, как в фильмах про одержимых, раскинув руки, выгнутая чужой волей.
— Средоточие хаоса огромной силы в шаге от прорыва, — шелестело по всему телу Ткача, как будто отдельные нити его сущности переговаривались между собой. — В Башне прорыв перекрывает гармоническая матрица всех начал. Вне Башни хаос неизбежно возобладает, прогноз на полное вырождение носителя и начало хаотимахии Земли.
Ну вот, как я и думал. Стоит Мире вернуться домой, как она превратится в чудище хаоса и попытается поглотить наш слабый и ещё не готовый к угрозам легендарного ранга мир. Тот редкий случай, когда оказаться правым совсем не радует.
— Оценка исхода: неприемлемый, Земля — ценный объект генерального плана. Решение? Решение?
Голоса бормотали, лапки сновали, перебирая элементы интерфейса, разводя призрачные тела Миры в пространстве вокруг: стихийные, астральное, эфирное, атман… Я чувствовал даже без чистоты, а просто на физическом уровне обычного смертного, как вокруг нас концентрируются небывалые силы — пространство пронизали тончайшие нити-прорехи, по которым скользили импульсы энергии, стекаясь сюда с разных измерений. Они пересекались, связывались в узлы — и вокруг Миры образовалась энергетическая паутина, в центре которой она и повисла. Видимо, это была рабочая среда Ткача Судеб.
— Для принятия оптимального решения требуется гармоническая синхронизация субъекта.
Ткач мимолётно махнул лапой, и с Миры сорвало всю одежду разом, тряпки обратились в сонм нитей и расползлись в никуда, оставив мою жену совершенно голой.
— Зачем? — воскликнул я, подавшись вперёд и желая хоть как-то защитить её от настырного админа. Но тот совершенно равнодушно сдвинул пространство, и я оказался не на шаг ближе, а на шаг дальше. Не лезь в операцию, казуал.
— Лишние элементы декора, мешают, — объяснили новые рты на спине Ткача, он даже не повернулся и уж тем более не прервал своих действий.
Ладно, межпространственному доктору виднее. К тому же физически он её не лапал, тонкие движения Ткача касались иных тел Миры, кроме настоящего. И всё было бы хорошо, не начни у неё трепетать веки! Она пробуждалась и приходила в себя, вот сейчас откроет глаза и увидит кошмарное существо, распявшее её в воздухе — и у моей бедной жены будет новый шок. Так и чокнуться недолго.
— Исчезни, — воскликнул я Ткачу. — Сделайся невидимым, тебе же не сложно?
Админ послушался, две боковых лапы начертили в воздухе гаснущие знаки, существо поблёкло и сделалось прозрачным, как тень. Я по-прежнему видел лёгкий контур и слышал прерывистый шёпот множества ртов — Ткач намеренно остался мне виден как призвавшему.
Вот и отлично, пусть Мира увидит не его инфернальную рожу и паучьи лапы со всех сторон, а меня, родного мужа… Твою ж гоблинскую дивизию. Я же в одеянии из магических пергаментов, и маска меняет голос на искажённый и страшный. Для меня они были настолько невесомы и незаметны, что за время разговора с Искусником я успел о них забыть. А Мира сейчас очнётся и увидит страшного незнакомого чувака, который только что пытался её задушить!
— Призыватель и поражённая близки, — вдруг прошелестел Ткач. — Риск осложнения, шанс передачи хаоса через эмоционально-родственную связь. Решение: удалить призывателя из зоны искажения.
Вокруг раскрылись десятки энергетических прорех, они стали закручиваться в спираль, и я почувствовал, как меня тащит чёрт-те куда.
— Постойте, я в маске и одеянии, Мира меня не узнает! Просто не буду раскрывать ей, что это я!
Нити исчезли. Уфф, какой разумный админ, пока ни одного самодурского решения, сто очков Ткачиндору. Я машинально оправил обрывки пергаментов, будто так стану менее пугающим для жены. Но лучше остаться рядом с ней и помогать в случае чего, чем быть выкинутым отсюда в неизвестность. Уж как-нибудь объясню, почему называл её отродьем Хаоса и пытался придушить…