Отец Народа (СИ)
— Новых сигналов нет. Они действительно зашевелились, их представители провели беседы с главами ряда кланов, но я связывала их действия с обычными предосторожностями. Признаков подготовки к войне нет. Ты думаешь, они идут сзади, прячутся?
— Нет, всего лишь пытаюсь понять, почему серые вообще напали. Их старейшины — не идиоты. Они должны понимать, что время играет на них. Через год у нас останется меньше белой энергии, следовательно, уменьшится армия, слегка просядут в умениях маги. Волкам выгоднее подождать. Тем не менее, они полезли сейчас. Что за ерунда?
— Не знают о нашем разрыве с Бобровыми?
— Даже если не знают они, лисы знают точно, разведка рыжих не уступает нашей. Решили слить партнеров?
— В последнее время между ними нет особых конфликтов.
— Да, но и прочным их союз не назовёшь. Короче говоря, выясни, чем заняты лисы. Не хотелось бы получить удар в спину в самый неожиданный момент.
— Выясню, старший, — я словно наяву увидел, как она кивает головой, крепко сжав губы. — Только и ты поберегись.
— Ещё воевать меня поучи!
О рыжем Народе я вспомнил, потому что лисы уже дважды не давали нам добить волков. Были в прошлом эпизоды, когда кошки могли окончательно решить проблему настырных соседей, и плевать, что геноцид. Нас бы они не пощадили. Однако лисы, дипломаты, хитрецы и шпионы, в последний момент приводили войска, сколачивали союзы, щедро тратили золото и лили кровь, спасая партнеров. Вполне возможно, что они вмешаются и сейчас — или уже вмешались.
Поведение серых нелогично. Однако, если предположить, что лисы подбросили им неверную информацию, то странности получают объяснения. Зачем рыжим ослабление союзников? Во-первых, в любой паре есть ведущий и ведомый, и до недавнего времени волки были скорее вторыми. Сейчас они окрепли и чаще проводят самостоятельную политику, чужие советы им не нужны. Неприятно? Ещё как! Во-вторых, лисы не являются единым Народом, они разбиты на пять кланов, у каждого свои интересы, контракторы, стратегия развития и видение будущего. Вполне возможно, что один из них начал свою игру, которая вылилась в войну.
И вдобавок нельзя отбросить предположение Дарины насчет присутствия лис. Рыжие — мастера иллюзий, вполне возможно, что они уже в лепестке, а мы их не видим. Надо будет озадачить завтра Ждана проверить окрестности, чтобы внезапное появление вражеских резервов не повлияло на ход битвы.
Глава 7
На фоне коренастых потомков Фредерика выглядела субтильной девочкой, непонятно как затесавшейся в ряды качков. Этакой милашкой в доспехах. Вблизи ощущение пропадало, стоило взглянуть в жесткое, недетское лицо и старые, повидавшие всякого дерьма глаза.
— Неплохо вы устроились, — после первых приветствий сказала она, оглядывая систему укреплений Медянки. Задержавшись взглядом на тяжелом ударном големе, восхищенно цокнула языком. — Уверен, что мы вообще тут нужны?
Пришлось признать:
— Я ждал большего. Думал, волки людей притащат. Как ни странно, пока никого не видно, только серые.
— Скажешь тоже! — криво усмехнулась она. — Вы для них — враг принципиальный, можно сказать, идеологический или даже религиозный. Особенно ты. Воевать с кошками они будут только сами… До тех пор, пока смогут.
— Нам же проще. Если обойдётся без сюрпризов, мы всю их армию здесь положим.
— Когда это война обходилась без сюрпризов? Ни одно сражение по плану не проходит, — Фредерика поморщилась и предпочла перевести тему. — Говорят, вы без кланового контракта остались?
— Кто говорит?
— Многие. Бобровых режут, а вы не вмешиваетесь.
— Они, фактически, пытались подставить нас под удар. Кретины решили нашими руками перебить соседей, не подумав, как мы отнесемся к их инициативе.
— Дело ваше, — пожала плечами женщина. — Но имей в виду — заключить новый контракт будет сложно. Со стороны выглядит так, словно вы Бобровых кинули.
Репутация просела. Ничего, восстановим.
— Бывают друзья, вреда от которых больше, чем от врагов, — вслух ответил я. — А сложностей бояться бессмысленно, вся жизнь — одна большая сложность. Выкрутимся.
— Совет хочешь?
— Давай.
— Присмотрись к Восточному континенту, их рода выглядят многообещающими. Мы недавно с ними работали. Культура там, конечно, своеобразная, но, если разобраться, то же самое, что и везде. Жажда власти, золота, славы. Вам должно подойти.
— Мы на Восточный сунулись лет двести назад. Не слишком удачно.
— Помню, ты рассказывал. С тех пор там многое изменилось.
Похоже, медведи связывают с Восточным континентом какие-то планы, и потому зазывают нас. Им нужна информационная поддержка, которую мы традиционно готовы обеспечить союзникам. В принципе, попробовать стоит. Раньше мы на восток не обращали внимания из-за целого комплекса причин: тотальная бедность местных, специфическая и жестокая мораль правящего слоя, сильное влияние религиозных сект. Сейчас, если ни один из проектов не «выстрелит», имеет смысл заново вернуться к освоению нового-старого рынка. Да даже если и выстрелит…
Сразу соглашаться или просто выказывать заинтересованность, однако, не стал. Сначала уточнил:
— Та троица, которая недавно у нас лечилась, она на Восточном ранения получила?
— Но ведь живы остались!
— Потому что крабы делают на редкость качественные стазис-камеры. И ещё потому, что Татьяна по вашей физиологии скоро трактаты писать будет, настолько часто вы к ней попадаете.
— Ещё пожалуйся, что за услуги ей мало платят!
— Не в деньгах дело, — невольно улыбнулся я, вспомнив, сколько слупил госпиталь. — А в живучести.
Пояснять ничего не требовалось. Из всех Народов медведи, пожалуй, самый трудноубиваемый — бешеная регенерация и дублирование основных внутренних органов дают им колоссальный запас прочности. Травмы, гарантированно отправляющие кошек на тот свет, медведей всего лишь на недельку укладывают в больницу. При наличии еды они способны конечности отращивать (причем под едой понимают всякую гадость, для остальных ядовитую).
Фредерика примчалась в Медянку вскоре после полудня, в сопровождении небольшого отряда личной охраны и опередив остальную сотню на несколько часов. Похоже, к концу дня возле крепости соберутся все участники, потому что медведи успеют подойти. Мы, кошки, давно готовы, к крепости стянуты все доступные силы. Волки тоже подойдут в сумерках или даже в темноте, постоянные нападения замедлили их темп — впрочем, даже без наших действий, вряд ли они стали бы атаковать крепость сегодня. Всё-таки тяжелый переход, акклиматизация, постоянное напряжение… Вожаки в любом случае дали бы отдых своим войскам.
Битва начнётся завтра.
Мы успели, поэтому сегодня у нас есть время спокойно обсудить план сражения. Сделано всё возможное, в победе я практически уверен, вопрос только в цене. Потери неизбежны. К смертям привыкаешь, они превращаются в часть жизни, но всё равно каждая битва оставляет после себя горькое послевкусие.
— Давай не ставить телегу перед лошадью, — предложил я закрыть тему. — Про Восточный потом поговорим, после того, как с волками разберемся. Что скажешь насчет плана?
— Если ты уверен насчет щитов, и, если ваше варево настолько ядрёное… — протянула Фредерика вопрошающим тоном. После моего кивка она закончила уверенно. — Тогда согласна. В центре атака захлебнётся, молодняк выбьем, ветеранов задавим по очереди — сначала на флангах, выживших в преследовании. Жаль, непонятно насчет места основного удара.
— И будет ли он один.
— И будет ли он один, — согласилась Фредерика. — Я бы на их месте сразу с двух сторон наступала, чтоб защиту раздергать. Они ведь о нас не знают?
— Не должны. Но я не гарантирую, что агенты лис среди енотов не стуканули хозяевам насчет вашего прохода. А те, в свою очередь, не передали серым.
Все Народы заводят агентов среди соседей, это нормальная практика. Только понимать надо, что в относительно небольших социумах все на виду, и разведывательную деятельность вести сложно. Особенно против своих же. Кроме того, безалаберные еноты могут забыть сообщить ценные сведения, или перепутать их, или просто забить на обязанности ради очередной пирушки.