"Фантастика 2923-134". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Я посмотрел на часы. Прикинул, что сеанс чтения продлится ещё около часа. Вслед за новой главой папиной книги в дело пойдёт менее популярная у моих юных друзей книга: «Таинственный остров» Жюля Верна. Потом рыжий умчится на тренировку по боксу; Павлик Солнцев и Валера Кругликов отравятся на занятия к Денису Петровечу Верховцеву; а мы с Каховской задержимся в квартире Солнцевых — буду готовить Зою к весенним городским соревнованиям. Вовчик не бросил занятия боксом. Но уже два месяца (вместе со своей «дамой сердца») занимался ещё и борьбой в составе «третьей» группы. Мы уговорили Дениса Петровича принять рыжего к нам, а не к малышам. Тренер поддался на уговоры. Потому что сразу разглядел в неугомонном конопатом парнишке будущего чемпиона.
Первая тренировка в секции самбо была у Вовчика в субботу двенадцатого января. В тот день, когда вернулся из командировки Юрий Фёдорович Каховский. После той тренировки я заглянул в гости к Зое. Где встретился с её отцом. Я рассказал «дяде Юре» о Рудике Веселовском: всё, что знал об этом парне из своего «больничного видения», сообщил и как в моём «не исполнившемся видении» завершилась встреча Весла с Вовчиком. В красках описал Зоин бросок. Едва ли не дословно пересказал Каховскому те угрозы, которыми сыпал Веселовский в адрес его дочери. Дополнил их собственными неутешительными комментариями. В итоге услышал от «дяди Юры» слова: «Не переживай, зятёк. Я разберусь». А примерно через две недели узнал от Эдика Ковальски, что Рудик Веселовский «сбежал из дома».
Со слов Ковальски, Рудик сбежал примерно через четыре-пять дней после моего разговора с Зоиным отцом. Парень ушёл в школу… и не вернулся вечером домой. Никто из его школьных приятелей не заметил в его поведении в тот день ничего необычного. Родители Рудика обратились в милицию лишь на третьи сутки после исчезновения сына (Весло исчезал на день-два и раньше). Ковальски подозревал, что Весло «свинтил» на юг; предположил, что Веселовскому попросту надоел снег и холод. А я после рассказа Эдика подумал: «В этот раз „сбежала“ не Терентьева, а Весло. История изменилась, но лишь в деталях». Вспомнил боль, которую испытал вместе с Веселовским в своём «видении». И тёмную безликую фигуру, которая наносила удары. Подумал: «дядя Юра» нарочно проделал всё так, чтобы я во время «приступа» не увидел его лицо.
О случившемся с Веселовским я Юрия Фёдоровича не расспрашивал. Но набросился на Каховского с расспросами, когда в феврале по школе пробежал слух: нашего историка Дмитрия Григорьевича Лещика арестовала милиция. Зоин отец неохотно сообщил мне, что родители Нины Терентьевой обвинили школьного учителя истории в развратных действиях в отношении их несовершеннолетней дочери. А в съёмной квартире Лещика при обыске нашли крупную сумму денежных средств в советских рублях, сто долларов мелкими купюрами, свёрток с наркотическими веществами и пистолет «Вальтер» (из которого, как позже показала экспертиза, был убит Яков Лукин — сын генерал-майора авиации Лукина). «Сядет он, — заверил меня Каховский. — От всех обвинений не отмажется. А следом за ним и весточка на „зону“ полетит о его любви к маленьким девочкам…»
Мои размышления прервал заглянувший в кухню Павлик Солнцев. В левой руке мальчик держал телефонный аппарат (от того тянулся в прихожую длинный тонкий провод) — в правой он сжимал телефонную трубку (соединявший её с аппаратом витой шнур покачивался). Солнцев поставил телефон на кухонный стол.
— Миша, тебя к телефону, — шёпотом сообщил Павел.
Он передал мне трубку.
«Иван Сомов или Лукин?» — мысленно прикинул я.
И сказал:
— Слушаю.
В динамике раздалось шипение, будто в него подул ветер (мне почудилось, что я уловил запах табачного дыма).
— Привет, зятёк, — сказал Каховский. — Собирайся. Минут через десять жди меня у подъезда.
— Здравствуйте, дядя Юра, — сказал я. — Что-то случилось?
— Случилось. Знакомца твоего нашли: Рудольфа Веселовского. Помнишь такого? Сегодня около Верхних прудов отыскали его тело. Парень недалеко сбежал. И не по собственному желанию. Понадобится твоя помощь.
Я снова услышал шипение.
— Дядя Юра, какая помощь?
Павлик Солнцев замер около стола, не уходил.
— Да всё, как обычно зятёк. Изучишь одну вещицу. Расскажешь мне, что увидел. Я нарочно позабыл её в своей машине. Сегодня же передам её экспертам… но чуть позже.
Мне показалось, что Юрий Фёдорович надо мной насмехался.
— И что я должен буду увидеть?
Представил ухмылку, что появилась сейчас на лице Зоиного родителя.
— Не что, а кого, — сказал Каховский.
И добавил:
— Мне нужен убийца этого вашего Весла. Разве не понятно? Ты у меня самый лучший эксперт… внештатный, так сказать. Вот о тебе я первым делом и вспомнил.
Я будто наяву увидел, как Юрий Фёдорович поднёс к губам сигарету, как он вдохнул табачный дым.
А ещё вспомнил безликую фигуру, что избивала Веселовского.
Повторил:
— И… кого я должен увидеть?
Услышал в ответ шипение; а потом и голос Юрия Фёдоровича.
— Убийцу, зятёк! — сказал Зоин отец. — Я непонятно сказал, или у тебя сегодня… было много уроков?
Мне почудилось, что он надо мной издевался.
Я неторопливо наматывал на палец телефонный шнур.
— Дядя Юра, а разве… это не вы его…
Не договорил.
Смотрел на лицо застывшего в шаге от меня Павлика; слушал шипение в динамике.
Каховский не отвечал секунд десять. Потом всё же подал голос.
— Не я его… что? — переспросил он.
Я не уловил в голосе подполковника милиции нотки иронии.
— Дядя Юра, вы обещали, что «разберётесь» с ним. Вот я и подумал…
Не продолжил фразу при Павлике.
— Херню ты подумал!
Он громкого голоса Зоиного отца у меня зазвенело в ухе.
— Зятёк, да ты с дуба рухнул! — сказал Юрий Фёдорович. — «Разберусь» — это не значит… что так разберусь! Чтоб ты знал, это уже третий подобный случай в нынешнем году! И все в Октябрьском районе. Два тела с похожими ранами мы нашли в феврале. Твой Веселовский — третий. Ты понимаешь, что это значит?
«Серия, — мысленно ответил я. — Серийный убийца. Которого в известном мне прошлом не было — иначе бы я обязательно снял о нём видеоролик для своего канала».
Вздохнул.
— Понимаю, дядя Юра.
Тыльной стороной ладони я почесал нос.
— Вот и прекрасно, раз понимаешь.
Голос в трубке больше не кричал.
— В этот раз рядом с жертвой мы нашли и орудие преступления, — сказал Каховский. — Не в службу, а в дружбу, зятёк — помоги! Чувствую, что уже завтра всё наше Управление из-за этих случаев поставят… ты сам знаешь, как. Кровь из носу нужно разобраться с этим делом поскорее! А лучше — уже сегодня.
От порыва ветра вздрогнули стёкла на кухонном окне.
— Конечно, дядя Юра, — сказал я. — Помогу. Сейчас спущусь.
В трубку на другом конце телефонного провода тоже «подул ветер».
— Что бы ты так себе ни нафантазировал, зятёк… — сказал Юрий Фёдорович Каховский. — Но я этого вашего Рудика Веселовского не убивал. Слышишь? Под «разобраться» я тогда подразумевал совсем иные действия, не столь радикальные. И даже пообщаться с этим парнем не успел! Как ты там говоришь? Честное пионерское!
Конец
Федин Андрей Анатольевич
Боевой маг (МНДО-1)
Глава 1
Я уже подумывал возвращаться в поселение, когда увидел эту старуху — маленькую, хрупкую, седую, с острым носом и колючим взглядом. Она вошла в зал трактира уверенно, словно бывала здесь неоднократно. Осмотрелась. И зашагала в мою сторону, ловко обходя подвыпивших мужчин.
Я сидел за столом один. Мои приятели отправились в бордель (это одна из причин, по которой мы явились в город). Долго уговаривали меня последовать их примеру.
Я хотел. Но отказался.
Из-за Лилы — дочери главного охотника старшей стаи.