"Фантастика 2923-134". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Я понятия не имел, куда мне теперь идти и что делать. Шесть утра, не завалишься же к Тасе в такую рань? Тем более она с родителями живет... В растерянности я обогнул вокзал и вышел на привокзальную площадь. Где-то вдалеке, во мгле я разглядел свет фар.Оттуда слышался гул мотора и громкая матерщина. Может, таксисты?
Снегопад поутих, и я уверенно приближалася к застрявшей, как стало видно, в снегу машине. Сердце ёкнуло — точно такая же, как у Таси, "Волга"! Но матерящийся голос явно принадлежал взрослому, пожилому мужчине. Водитель в меховой шапке и ходил вокруг машины ругался — судя по всему, заднее колесо попало в какую-то выбоину, и без посторонней помощи выбраться не получалось — снег мешал.
— Хоть бы одна с-с-скотина... В такую рань, угораздило же, япона мать!
— Товарищ! — сказал я. — Вам помощь нужна?
Водитель был большим, мощным мужчиной, седобородым и голубоглазым. Такими обычно изображают викингов. Ну, знаете, ярл за рулевым веслом драккара, ветер — в рожу, сверху валькирии, позади — огонь и кровь, впереди — морские волны, за веслами — верная дружина.. Вот такой вот дядька.
— О! Неужели живая душа? А ты откуда такой взялся?
— С поезда я.
— А!.. Слушай, ты вроде парень здоровый... Толкнешь машину? А потом я отвезу тебя куда надо, идёт?
— Идёт.
Он сел за руль, я поставил в снег рюкзак, поднатужился... Вида-а-али мы этих викингов! В наших полесских дебрях тоже волоты могучие не перевелись. Да и "купчик" делал своё дело — одним мощным рывком я вытолкнул газующую тяжеленную"Волгу" на относительно ровное место, и в благодарность был осыпан с ног до головы грязным снегом из-под колес и выхлопными газами из трубы. Сардэчны дзякуй!
Я вполне был готов к тому, что он так и уедет в ледяную мглу, оставив меня куковать на площади. Но нет, давешний викинг сделал крутой "полицейский" разворот и остановился. Передняя дверь открылась:
— Садись, парень! Выручил меня, черт знает сколько я бы тут проторчал... Куда тебя?
— Понятия не имею. Гостиницу бы какую, что ли?
Он заинтересованно дернул бровью, но комментировать не стал:
— В гостиницу так в гостиницу... Тут недалеко, — выжал сцепление, поддал газу, включил дворники — машина двинулась, пробиваясь сквозь снова разошедшуюся пургу и бесконечную тьму. Водитель споросил: — А ты всегда такой добрый? Ты же от самого вокзала пёр, да? И всё — чтобы мне помочь?
Я пожал плечами. Вряд ли этот жест был заметен, учитывая толстую бекешу:
— Если мне это ничего не стоит, почему бы и нет? Человек человеку — друг, товарищ и брат, да? Ну и в конце концов — я сейчас еду в "Волге" а не топаю пешком сквозь пургу по незнакомому городу, а? Хорошим быть хорошо!
Он широко улыбнулся:
— А ты мне нравишься, парень! Я б тебя к себе позвал, но у меня там сейчас такой бардак: дети, внуки... Но место найдется, в кабинете тебя положу! Там диван удобныйю
— Давайте лучше как договорились — в гостиницу, — спать я точно не хотел, просто нужно было пересидеть пару -тройку часов, пока город не заживет обычной жизнью.
Хорош я буду на квартире у чужого человека, с квадратными от "купчика" глазами, праздношатающийся между спящих детей и внуков.
— Ну, в гостиницу так в гостиницу, — седобородый крутанул руль. — Повез бы тебя в "Арктику", но ее снесли, новую строят. Поедем в "Полярные зори", от центра дальше, но там у меня знакомые...
Знакомые были, судя по всему, люди значительные, потому как работники сферы услуг метались как подстреленные, с заспанными, но очень деловыми лицами. И номер мне нашли моментально.
— Ну всё, парень. Гора с горой не встретиться, а человек с человеком... — на крыльце гостиницы мы простились.
Я смотрел вслед "Волге", как две капли воды похожей на Тасину, и думал о том, что ни он, ни я так и не поинтересовались именами друг друга. Бывают же такие встречи!
***
Адрес Таси у меня был записан на конверте. Точнее — это был адрес Тасиных родителей, но в последнее время она там вроде как квартировала — помирилась с отцом. Точнее — он вроде как скрипя сердце принял выбор дочери.
Я набил рюкзак гостинцами, купил в местном ресторане невесть как заехавших сюда апельсинов, добавил книги из Минска и мёд от попутчиков из поезда, расчесла бороду. почистил сапоги и отправился навстречу невесте.
Пока ловил такси и ехал — под ложечкой сосало. Ну, там, знакомство с родителями и всё такое... Непонятно было, чего ожидать, к чему готовиться. С другой стороны — вот он я! Мне скрывать нечего, камня за душой не таю, злого умысла не имею.
Еще б цветов купить, но где я в Мурманске посреди зимы цветы найду? У таксиста спрашивать не стал — вспомнил Николая и едва не плюнул. Хотя жаловаться было грешно — подвезли меня четко по адресу, к огромной семиэтажной оранжевой сталинке, с балконами и лепниной.
— Приехали! — сказал молчаливый водитель.
Заплатил как положено, по счётчику, и отправился искать второй подъезд. Мороз слегка щипал нос и щеки, снег прекратился, только сбивала с толку вечная тьма. Как они тут вообще живут? Титановые люди...
Отворив тяжелую дверь я шагнул в подъезд. Лифт — огромное грохочущее чудовище — поднял меня на седьмой этаж и я вышел, с опаской оглядываясь. Конечно, самая шикарная дверь, с массивной металлической ручкой, затейливой кнопкой звонка и позолоченными гвоздиками оказалась именно той, которая была мне нужна.
Я глубоко вздохнул и надавил на кнопку. Раздалась мелодичная трель. Потом — топот, как будто к дверям мчалось стадо слоняток. И скрип пододвигаемой мебели. После секунды тишины детский голос звонко прокричал:
— Ма-а-а-м! Там Гера Белозор приехал! — это совершенно точно была Васька!
И второй голос, Аськин, тут же затребовал:
— Дай мне, дая я посмотью на Гею Беёзоя!
Я невольно расплылся в улыбке. и даже переполох, который начался внутри жилища Морозовых теперь не мог сбить меня с толку. Приехать — это было абсолютно правильное решение!
Наконец, дверь открыли. Девчонок там не было, была красивая пожилая женщина, настолько явно похожая на Тасю, что передо мной и вопросов не возникло, кто это.
— Здравствуйте, Мария Ивановна, — сказал я. — Меня зовут Герман, я приехал повидать Таисию. Разрешите?
Она внимательно смотрела на меня такими же как и у дочери глазами, как будто пытаясь решить — пускать или нет.
— Ну, проходи, Герман, — сказала она и улыбнулась — искренне. — Рада наконец тебя видеть.
Я шагнул внутрь, дверь за моей спиной закрылась — и тут снова прибежало стадо слоняток.
Слонятки вдруг кинулись мне на шею, и принялись спрашивать кучу всего сразу: почему борода, почему долго не приезжал, что привез, что передала Пантелевна, летел, плыл или ехал, и вообще, есть ли жизнь на Марсе?
Тася стояла в дальнем конце коридора и счастливо улыбалась, а я беспомощно держал на руках девчат и смотрел на нее, и не мог наглядеться — какая же она всё-таки красивая!
— И где там этот... Гера Белозор? — раздался рык в глубине квартиры, и я напрягся.
Вот оно, явление отца народу!
Я повесил на лицо дежурную нервную усмешку, которая самопроизвольно сползла с моей физиономии, когда я увидел... Того самого викинга, которого вытаскивал сегодня из снега на привокзальной площади!
— Доброго дня! — сказал я. — Как там вы говорорили? Гора с горой не встретиться...
Морозов-старший ошарашенно смотрел на меня, а потом в его глазах промелькнуло узнавание и он вдруг весело, раскатисто рассмеялся:
— Ладно, всё, сдаюсь! Доча, Маша — этот ваш Белозор — тот самый парень про которого я утром рассказывал! Дела-а-а! Иди, Тася, целуй своего жениха. Можешь считать — моё благословение получено. Нормальный мужик! — и сделал пару шагов вперед и пожал мне руку.
Она бы и так поцеловала — без благословения, это я точно знаю.
***
— Какой же ты молодец, что приехал! — сказала она, когда суета схлынула и мы остались вдвоем, на парцу минут.