"Фантастика 2923-134". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Чем дольше я говорил, тем яснее понимал, что мои слова производят на Рысь вовсе не то впечатление, на которое я рассчитывал.
Похоже, своими словами я убеждал Рысь лишь в том, что голову мне не долечили.
Когда мой словарный запас истощился, в разговор вмешалась Елка.
– Чо тупишь-то, тетка?! – сказала она. – Для богини любви вылечить твою девку – что пальцы обоссать! Уж я-то знаю! Хватит уже выделываться и веди принца к внучке! До утра, что ль, ему тебя уламывать?! Не борзей! Как будто это ему надо! Тебе помощь предлагают, а ты, старуха, морду воротишь! Чай твоёчество не денег у тебя взаймы просит! Из-за вас, между прочим, мы еще на день зависли в этом воняющем рыбой городе! А могли бы уже домой ехать! Так что, тетка, хватит ему мозги полоскать! Определись уже: надо твою внучку лечить или нет. Если нет – так не будем париться! Пойдем булки трескать! С чем, говоришь, они? С корицей? Я люблю корицу! Накрывай на стол. А внучка твоя пусть и дальше под себя гадит!
К моему удивлению, Рысь Елке не ответила – лишь сверкнула в ее сторону глазами.
И вновь повернулась ко мне.
Сказала:
– Ну… не знаю. Ты… хочешь помолиться? Только и всего? Ладно, ваше высочество. Почему нет. Хуже от этого не станет. Да. Давай попробуем.
«Наконец-то! – сказал Ордош. – Думал, придется эту Рысь усыпить, чтобы добраться до ее внучки. Не умеешь ты разговаривать с военными. А Елка молодец. Не зря мы ее спасали! От этой малолетней бандитки все же есть толк».
***Когда мы увидели полулежавшую у большого панорамного окна девочку, Ордош сказал:
«До рассвета управимся. Но придется израсходовать море энергии. Вряд ли обойдемся лишь одним накопителем. С таким расходом маны, как в последние дни, скоро снова будем охотиться на голубей и крыс».
Елку я отправил к Астре. Велел бандиткам ехать в посольство великого герцогства. А утром возвращаться за мной.
Елка попыталась мне возразить, но я объяснил ей, что ночь проведу в кресле, буду читать молитвы. Помощь мне не потребуется. А чье-либо присутствие в комнате станет меня отвлекать.
Это был и намек для Рыси. Но та его либо не поняла, либо проигнорировала. Рядом со мной у постели внучки женщина просидела до полуночи. Молча и не шевелясь. Переводила взгляд с лица спящей девочки на мой хрустальный шар (я попросил колдуна заменить на накопителе иллюзию рыбки в аквариуме на что-то менее экстравагантное), слушала, как я декламировал «Евгения Онегина» на русском языке, куда после каждой строфы добавлял торжественное «Сионора!».
Рысь выходила из комнаты лишь в полночь, когда я прервал выступление, попросил ее приготовить мне горячий чай. Она сама принесла мне поднос с чайником и чашкой. А потом вернулась на свое место.
Усыплять мы ее не стали. Напротив: я попросил колдуна влить в женщину малую бодрость, когда мы заменили опустевший накопитель. Мне хотелось, чтобы Рысь сегодня предстала перед Лаской счастливой и энергичной. И с маршальским жезлом в руках. Ведь не глупая же она: понимает, что от ношения этого жезла ей теперь не отвертеться.
Тьма за окном начала рассеиваться.
Я услышал за дверью шум: чьи-то голоса. Елка? Или голос бандитки мне померещился?
Рысь поднялась со своего места, вышла из комнаты.
«Долго еще?» – спросил я.
«Можно заканчивать, – ответил Ордош. – К вечеру спина девчонки полностью восстановится. Да и мышцы вспомнят о том, для чего нужны».
Я плеснул в чашку остывший травяной чай, смочил горло. Прошло больше часа, как я перестал читать стихи. Но язык все еще еле ворочался.
Встал с кресла, с трудом распрямил ноги. Потянулся. Зевнул.
Вернулась Рысь. Подошла ко мне, коснулась моего плеча. Спросила:
– Ну… как?
– Думаю, со спиной у нее теперь все хорошо.
Я ущипнул спящую девочку – та отдернула руку.
Рысь вздрогнула.
– Руками шевелить уже может, – сказал я. – Ногами, уверен, тоже. Ходить ей, конечно, еще рано – сперва нужно укрепить мышцы. Но через пару недель сможешь прогуливаться с ней по городу.
Я кивнул на закрытую дверь, спросил:
– За мной приехали? Или мне показалось?
– Пришла твоя подруга, – сказала Рысь. – Та наглая, которая была с тобой вчера. Требует, чтобы я позволила ей с тобой увидеться. Да. Говорит, что срочно должна тебе что-то сообщить.
– Что-то случилось? Почему ты плачешь?
– Я? Плачу?
Рысь провела рукой по лицу, посмотрела на мокрые пальцы.
– Да, – сказала она. – Слезы.
– Елка не объяснила, почему явилась так рано? – спросил я.
– Нет, ваше высочество. Мне она ничего не говорила.
Я посмотрел на спящую девочку. Та забавно оттопыривала губы. Я улыбнулся.
«Все? Можем уходить?»
Погладил хрустальный шар.
«Убедись, что старуха приняла предложение принцессы. Чтобы не пришлось возвращаться сюда и снова ее уговаривать», – сказал Ордош.
Я поднял с пола свою сумку, вынул из нее документы, протянул их Рыси.
– Оставь это у себя, – сказал я. – И жезл тоже.
Женщина взяла бумаги.
Бросила взгляд на внучку, потом на футляр с маршальским жезлом, который я примостил в изножье кровати девочки.
Склонила голову.
– Спасибо, ваше высочество, – сказала она.
– Пожалуйста, – сказал я. – Проводи меня вниз. Узнаем, что там у них стряслось.
***Елка ждала меня в гостиной.
Нервно теребила рукоять пулемета.
Увидев меня, она вскочила на ноги и выдала скороговоркой:
– Твоёчество! К нам в посольство прибежала девка из дворцовой прислуги. Искала тебя. Сказала, что ночью солдатки из гвардии захватили дворец. Вырезали стражниц, пленили принцессу. Служанок заперли. А эту отправили к нам в посольство – велели найти тебя. Твоёчество! гвардейцы хотят с тобой встретиться.
Глава 13
Шторы на дверях кареты покачивались. Окна они закрывали не полностью, сквозь щель между ними я видел, что небо над городом посветлело. Солнце еще не взошло, но фонари уже погасили. Проникавшего в салон света едва хватало на то, чтобы я различал очертания фигур Рыси и Елки.
Рысь отправилась во дворец вместе с нами. Мы потому и задержались в ее доме: дожидались, пока она сменит свой халат на мундир. Впрочем, задержка оказалась недолгой. Много времени на переодевание Рыси не понадобилось.
Уже сидя в карете, новый маршал королевства озвучила план наших дальнейших действий. Говорила четкими, короткими фразами, словно отдавала распоряжения. Главная мысль ее речи: основные хлопоты по освобождению принцессы она взвалила на себя, мне же маршал отвела роль марионетки.
Я не слушал ее. Но и не перебивал. Разговаривал с колдуном.
«Зачем им понадобился Нарцисс? — спросил я. — Странно. Разве кто-либо из жителей королевства, находясь в здравом уме, станет обсуждать серьезные вещи с мужчиной, пусть даже и принцем? И почему гвардейцы ворвались во дворец? Сошли с ума? Не понимают, что такую выходку принцесса им не простит? Или их поступок – лишь видимая часть очередного заговора? Опять кто-то пытается занять трон? Участь Щурицы их ничему не научила?»
«С убийством Щурицы мы сглупили, — сказал Ордош. – Признаю. Не следовало нам спешить. Нужно было проделать все так, чтобы ни у кого не возникло вопросов: кто ее убил, за что и как. Чтобы все четко понимали, какая участь ждет тех, кто попытается отстранить нашу семью от власти и усадить свой зад на львиный трон».
«Значит, все же переворот?»
«Увидим».
«Если переворот… Ласку пленили – это я понимаю. Но принц-то им зачем?» – спросил я.
«Раз они потребовали тебя, значит им нужно что-то, что можешь дать только ты», — сказал Ордош.
«Что, например? Кто-то снова попробует женить меня на своей дочери?»
«Очень может быть. Только не женить. Забыл, как здесь говорят?»