"Фантастика 2923-134". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

– Теперь уже изменить ничего невозможно, – сказал он. – Печально. Но еще печальней то, что я уже месяц обхожусь в этом мире без магии. Месяц! И все не могу придумать, как ее раздобыть. Суинская коллегия, ведь магия – это часть меня. Это то, чему я посвятил больше тысячи лет своей прошлой жизни! Ирония судьбы: оказаться в магическом мире, имея аллергию на магию. А еще эти женщины! Сигей, ты видел, как они себя здесь ведут?! Возмутительно! И ведь приходится терпеть. А что поделать? Все мои знания рассыпаны в памяти этого заплывшего жиром существа, в которое поместил меня ритуал. И нет никакой возможности разложить все по полочкам, структурировать. Роюсь в собственных воспоминаниях, словно кот на помойке, пытаюсь найти хоть что-то, что поможет мне выпутаться из позорного положения.
– Как вы оказались в Мужской башне, господин?
– Меня перенесло в тело этого жалкого создания, когда оно лежало в карете посреди дороги. Кто-то убил его. Как я подозреваю, при помощи магии. Я очнулся весь перепачканный кровью и косметикой. Но не обнаружил на себе ни одной раны. Это меня порадовало. А огорчился я, когда заглянул в память этого ничтожества.
«Помнится, Жасмин и штаны перед смертью успел наполнить», – подал голос Ордош.
– Мужчины в этом мире до дрожи в коленках боятся находиться рядом с женщинами, – продолжал говорить Северик. – Такое мне раньше и в страшном сне не могло привидеться. А теперь, ты не поверишь, Сигей, я начинаю их понимать. Меня подобрали там же, на дороге, где лежали трупы женщин и лошадей. Затолкали в карету и привезли в город. Свою первую ночь в новом мире я провел в полицейском участке. Признаюсь честно, то, как со мной там обращались, повергло меня в шок. Я привык к тому, что все склоняют передо мной головы, а главы Семей спешат выполнить любые мои пожелания. А тут… безродные женщины, не имеющие даже начальных знаний в магических науках, распоряжались мной, словно куклой.
Северик усмехнулся.
– Ты не поверишь, Сигей, но это безобразие продолжается до сих пор. Я уже месяц привыкаю к тому, что не являюсь объектом всеобщего преклонения. И к тому, что мой облик не вызывает у женщин ни испуга, ни даже уважения. Нет, я не смирился с этим, Сигей. Лишь взял паузу – изображаю то ничтожество, каковым был прежний владелец моего нового тела. И ищу выход из положения. Пытаюсь разобраться в мешанине из моих знаний и воспоминаний донора, выудить оттуда идею: как при моем положении раздобыть магию. Мне было бы достаточно и капли магической энергии в резервуаре. Она даровала бы мне иммунитет. А там… не составит труда вернуть полагающееся мне положение в обществе, Сигей. Ну и, конечно, раздать долги.
– А как вы встретили… принца, господин?
– Ты об этом ничтожестве?
Северик указал на кровать, с которой за нашим разговором следило существо неопределенного пола. Оно лежало неподвижно, старалось не привлекать внимание. Из-под одеяла выглядывала лишь голова с каштановыми волосами и оттопыренными ушами.
Как можно это лопоухое недоразумение перепутать с принцем Нарциссом? Во внешности таращившего на меня глаза гаденыша и тем лицом, что я ежедневно видел в зеркале, мало общего. Да почти совсем нет ничего похожего! Разве что цвет волос. Да и то: у меня они светлее.
– С ним меня познакомили в полицейском участке, – сказал Северик. – Там меня держали взаперти четыре дня. А потом явилась их начальница и заявила, что я должен опознать пропавшего принца. И мне показали этого ушастого. Как можно спутать его с принцем? Я, по дурости, попытался объяснить, что они привели не того. Но начальница быстро вернула мне память. Суинская коллегия! она несколько раз ударила меня по почкам! И я не смог ни предотвратить свое избиение, ни наказать за него!
Он прижал руку к ребрам.
– В последний раз меня били еще на младших курсах академии. Потом между учениками уже все решалось при помощи магии. А тут… Суинская коллегия, она велела мне подтвердить, что это ничтожество – принц Нарцисс. На принца, я тебе скажу, он не похож ни капли. Тот, если верить оставшимся в моей голове воспоминаниям, тоже не блистал умом, но хотя бы имел смазливую внешность. Впрочем, это не имеет значения. Помню, что у той начальницы были необычные сапоги – украшенные драгоценными камнями. Я хорошо разглядел все камушки на них, когда валялся рядом с ними на земле, хватал ртом воздух. Полицейская объяснила мне, что слуга принца без принца никому не нужен. А принц Нарцисс есть только такой. И я либо признаю его, либо останусь в полицейском участке до тех пор, пока моя память не восстановится.
 
– А кто он, если не принц, господин? – спросил я.
– Обычный дурачок. Тоже из королевства, как и Нарцисс. Не знаю, где его подобрали. Не выяснял это. Когда меня спросили в следующий раз, узнал ли я своего принца, я больше не пытался мудрить. Принца я опознал. И с того дня мы с ним заперты здесь.
– А зачем вы отравили герцогиню, господин?
– Не я, – ответил Северик. – Вот этот ушастый недоумок учудил. Так ты за этим пришел? Узнать, кто велел ему отравить эту сексуально озабоченную правительницу?
– Да, господин. Именно это я и собирался выяснить.
– Я не знаю, Сигей, как ее зовут, и кто она такая. Видел ее лишь дважды. Причем оба раза она являлась ночью: похоже, не хотела, чтобы кто-нибудь заметил ее во дворце. Суинская коллегия! Я знал, что эта игла до добра не доведет.
– Так… это была не наследница?
– Ты о его жене? – спросил Северик. – Нет. Та раньше являлась сюда часто, почти каждый день. Пыталась наладить общение с ушастым. Наивная. Ничего у нее не получится. Он уже начинает дрожать, когда слышит на лестнице ее шаги. Девчонка, видимо, поняла это. В последнее время стала появляться гораздо реже. Нет. Иглу ушастому принесла другая. Высокая, худая. Пучеглазая, с большой такой родинкой под нижней губой. В первый раз она появилась дней пятнадцать-двадцать назад. О чем говорила с ушастиком, я не слышал: она выдворила меня из комнаты. А когда я вернулся, этот недоумок похвастался мне иголкой. Суинская коллегия! От нее разило соком сонного клевера! Давать такое оружие слабоумному – странный поступок. Ушастик сказал, что та женщина велела ему уколоть герцогиню. И он это сделает. Идиот. Я отобрал у него иголку, спрятал в своей комнате. Плевать я хотел на чужие интриги. Но жить в ожидании того, что этот трус решит мне за что-нибудь отомстить и оцарапает меня отравленной иглой, я не хотел.
Северик поморщился.
– А вчера эта женщина явилась снова. Велела мне вернуть иглу. Угрожала. Я вернул. Сегодня собирался снова ее отобрать. Но не успел: ночью пришла герцогиня. Суинская коллегия! Угораздило же ее явиться именно сегодня! За жопу она его, видишь ли, схватила! Испугался он!
Северик повернулся к лжепринцу.
– А чего ты не боишься, дурачок ушастый? Ты вздрагиваешь, даже когда в штаны к себе заглядываешь! Суинская коллегия! Из-за своей выходки окажешься теперь на плахе. «Она обещала, она обещала» – не нужен ты теперь никому!
– А почему он оболгал наследницу? – спросил я.
– Я не знаю, – ответил Северик. – Не слышал, какие указания он получал от пучеглазой. Но сомневаюсь, что он придумал что-то сам. Да, ушастый?! Доигрался?! Я рассказал на допросе обо всем, что видел. И об иголке, и о женщине. Суинская коллегия! Теперь придурка наверняка удавят. Да и меня вместе с ним. Ты не для этого ли сюда шел, Сигей? Судя по твоей физиономии и по черепу в твоих руках, чего-то подобного от тебя и следует ждать.
– Нет, господин. Я не собирался вас убивать!
«Конечно, убивать приходится мне», – сказал колдун.
– А вы уверены, что на игле был сок сонного клевера, господин? – спросил я.
– Ты позабыл, что я разбираюсь в алхимии не хуже тебя, Сигей? Цвет, запах, да и то, как яд подействовал на герцогиню… Не сомневайся. Это был он. Дня три-четыре герцогиня пролежит в коме. А потом умрет. Без вариантов. Если, конечно, не изготовить жабий камень.
Жасмин-Северик подошел ко мне ближе.
Я стоял, вытянувшись по струнке, не смея пошевелиться.