Проклятие Синей Розы (СИ)

- Начинай! – прикрикнула на него ведьма.
Что начинать? Как? Откуда он должен был знать, как и что надо делать?
- Ты связан с той, что поставила этот заслон! –шикнула Шейла своим противным голосом. – Давай, направь на него всю свою мощь, пробуждённую этой связью!
Хейд не отвечал. Он мысленно напрягся изо всех сил, пытаясь сокрушить невидимую стену, и барьер дрогнул, но не поддался. Сила прилила к рукам, и та, что носила метку охотников, вспыхнула огнём, объединившись с волчьей энергией, и тело стало невыносимо переполнять  этой силой, угрожающей превратить его всего в факел, но…
Барьер был непопедим.
Хейден зарычал, злясь от безысходности, весь покрытый потом и тоже не собираясь сдаваться. Гнев так и душил, и эта  ярость, клокоча, заставляла дрожать тело от перенапряжения.
- Марго! – закричал он во весь голос, вспомнив, что призрачная девочка обещала ему свою помощь. – Если ты слышишь, самое время поднапрячься!
 И в тот же миг она очутилась рядом, приложив маленькие ладошки к невидимому барьеру. В свете горящей руки Хейден отметил, как напряжено её лицо, как сосредоточенно она пытается помочь ему одолеть стену.
Её сила была потрясающей, барьер отозвался протяжным гулом, словно ветер завыл сразу в тысяче труб, его качнуло, на миг он стал видимым, как стена из мутного стекла, но после…
После их ждал весьма неприятный сюрприз. Отдача получилась настолько сильной, что Хейдена отбросило в сторону на несколько ярдов, а призрачную девочку развоплотило на белые лоскуты туманного марева. Однако Хейд на этот рад даже не потерял сознания и уже видел, как призрак воплощается обратно. Где-то неподалёку кряхтела Шейла, должно быть, ей тоже досталось, но сейчас было не до неё.
Хейден резво вскочил на ноги, тяжело дыша, но ощущая себя бодрым и здоровым, и уверенным шагом вновь поспешил к ненавистному барьеру.
Где-то глубоко внутри зашевелились знания предков – не его, волчьей стаи, и он, прислушавшись, вдруг начал кое-что понимать.
- Связь, говорите? – он с силой втянул в себя воздух и самоуверенно потянулся к барьеру. – Ну что же…
Медленно выдохнул и почти нежно, очень мягко положил руки на эту стену. Закрыл глаза, сосредоточившись. И начал вбирать в себя ставшую послушной энергию Марисоль…
И как он раньше не догадался? Нет, конечно, особенно выдающимися умственными способностями он никогда не обладал, но… Сейчас всё казалось таким очевидным. Это было её проклятие – Марисоль наложила его, используя, хоть и неосознанно, свою силу, которая, если верить словам его теперешней жены, была с ним в родстве. Барьер нельзя было просто взять и уничтожить, его, насквозь сотворённого из женской энергии, нужно было вначале приласкать, уговорить, и вот теперь он сам отдавался в руки Хейдена, наполняя его, отдавая ему саму свою суть.
Он не видел, но чувствовал спиной, как в затылок ему смотрит поражённая Шейла. Как Марго, уже собравшись воедино, не верит своим призрачным детским глазам, что такое возможно. Но энергия, всё это время державшая заслон, постепенно перекочёвывала в Хейдена, отчего его кожу уже окутывало нежное золотистое сияние, всё больше расходившееся от парня в разные стороны.
И вот стена вновь стала видимой. Не на миг как тогда, словно горный хрусталь, выросший из-под земли и уходивший в небо. В ней не осталось ни капли энергии, связующей заклятие, и Хейден, довольный, повернулся к своим зрительницам – глаза его пылали тем же золотым огнём, что и тело, только ещё ярче, насыщеннее.
И в тот же миг раздался треск – заслон треснул сразу же в нескольких местах и начал рушиться, оседать, превращаясь в невесомую пыль, которая никого не могла уже удержать.
И только осознав это, Хейден бросился вперёд, к уже показавшемуся за оседавшей пылью, поместью Уэйнрайт. Ведь где-то там его ждала Лаура. И он больше ни минуты не мог без неё.
  
Глава двадцатая. Воссоединение.
  
Они бежали навстречу друг другу, словно зная, что вот сейчас, в этой самой точке, должны сойтись их маршруты, определённые линией жизни. В точности до секунды, не отклоняясь ни на шаг, связанные единой нитью, что сильнее кровного родства и приобретённой связи, они двигались синхронно, завидев каждый другого издалека, и, не останавливаясь, спешили воссоединиться.
- Хейден!
- Лаура!
Из глаз брызнули слёзы, девушка бросилась на шею сводному брату, а тот, подхватив её, сразу же впился в её губы своими губами, жадно, страстно, совершенно по-собственнически. И она ответила… Может быть, потому что была ошарашена и не совсем понимала, что происходит. А может быть и сама желая того всей душой.
После, нехотя отрываясь от губ любимой, Хейден уткнулся лбом в лоб девушки, и пытаясь целовать её теперь одним только взглядом, тяжело дыша, прошептал:
- Живая… Боже, ты живая…
- И ты… живой! – Лаура дрожала от слёз радости, трогая его лицо и волосы, кожу самого родного человека на свете. – Хейден, ты здесь, со мной… Я не верю!
Парень вновь притянул её за талию, ещё ближе к себе, и она его не останавливала. Вечность. Вечность бы стоять так, в объятиях друг друга, не отвлекаясь на пустые слова и объяснения. Кажется, и она это понимала, не отталкивала, не злилась. Так, черт возьми, Хейден, что мешало тебе сделать это там, в другой жизни? Проблем? Декораций? Чего?!
И вот тут подоспели лишние. Почти одновременно, их окликнули с разных сторон:
- Лаура, что здесь происходит?!
- Хейден, что ты наделал!
Марисоль, озираясь по сторонам, не без горечи, в конце концов, остановила взгляд на своём муже в объятиях слишком уж благовидной девицы, к которой уже давно питала заочную неприязнь, но, даже не предполагая, что она настолько красива.
Гаспар приближался со скоростью света, и огонёк ревности уже прожигал Лауру насквозь.
Не сговариваясь, Хейд и Лаура сочувственно переглянулись. И разомкнули объятия.
- Заслона больше нет! – во всеуслышание заявил Хейден. – Я уничтожил его!
- Что ты наделал! – повторила свои слова Марисоль, с надрывом, едва не плача. – Ты выпустил её, теперь мы все в опасности!
- Плевать! – зло рыкнул Хейд. – Я должен был освободить Лауру! И раз ты отказалась мне в этом помогать…
- Лаура, это и есть твой брат? – впервые нотки надменности прозвучали в голосе Гаспара настолько явно, что мисс Клабан удивлённо вскинула брови, переводя взгляд со своего сводного брата и его странной неказистой спутницы к месье Бертрану.
Но тут к нему подлетел Хейден собственной персоной, звериная ярость так и переполняла его. И, конечно же, он узнал молодого хозяина поместья. Не он – Корвин, чья память теперь прочно укоренилась в его голове наряду с памятью всех прошлых жизней.
Обескураженный, Гаспар сделал шаг назад, но не более, с вызовом отвечая на вызов, пока только взглядом.
- Я знаю, кто ты! – зловеще зашептал мистер Кларк, наступая на месье Бертрана грозной скалой. Мужчины оказались примерно одного роста и одного телосложения, но сейчас Хейден выглядел многим более устрашающе, разъярённый как хищник, явно опасный. – Но теперь это я её ненормальный сводный брат, так что руки прочь от Лауры!
 
- Хейден, прекрати! – кажется, девушки не слышали, о чём «шептались» мужчины, но по выражению лица мужчин мисс Клабан и так всё поняла. – Не успел появиться и сразу бросаешься с кулаками!
Тот, одарив сводную сестру тяжёлым взглядом, отступил. Но тут же вклинилась Марисоль.
- Хейден, уйдём отсюда! Пожалуйста… Ты сделал, что хотел, теперь нам пора домой…
- Домой? – ахнула Лаура, вот теперь  и к ней ревность подкралась непозволительно близко. – Кто эта девушка, Хейд?
Тот молча опустил глаза, а остальные трое ждали ответа.