Проклятие Синей Розы (СИ)

- Если Вы не против, я покину Вас ненадолго. – чуть смущённо попрощался месье Бертран. – Не удивляйтесь, даже у такого вынужденного затворника, как я, есть здесь дела.
Лаура попрощалась короткой улыбкой. Ей тоже не терпелось осмотреться в новой комнате и получше прислушаться к своим ощущениям.
***
 Но едва дверь за вежливым французом закрылась, в неё вновь раздался стук, и Лаура, решив, что месье Бертран, забыв сообщить ей что-то важное, вернулся, уже хотела громко пригласить его. Но в открывшуюся щель, не дожидаясь приглашения, протиснулась знакомая белокурая головка Мари. А вскоре и вся она оказалась в комнате, деловито вертясь по сторонам – должно быть, копируя кого-то из взрослых.
- Мило тут у тебя. – сходу заявила она, забираясь с ногами на постель – чисто детская непосредственность. – Ну что, убедилась?
- О чём это ты? – нахмурилась Лаура, немного расстроенная приходом девочки – сейчас ей хотелось побыть одной.
- О хозяине поместья. – терпеливо пояснила Мари. – Скажи, ведь он странный?
- Немного. – уклончиво ответила девушка, не желая говорить о месье в негативном ключе – мужчина и впрямь был ей симпатичен.
- И он тебе понравился! – хитро прищурилась проницательная малолетняя надоеда.
- С чего ты взяла? – хмыкнула Лаура.
- У тебя щёки покраснели! – весело сообщила та, и девушка на самом деле почувствовала, как краска прилила к щекам.
- Мари, это неприлично… - начала она смущённо читать нотации, но девочка её перебила.
- Да знаю я, знаю! Но здесь так скучно, что ваш роман смог бы скрасить наши дни и силой настоящей любви разбудить всех спящих, что покоятся у стен поместья Уэйнрайт!
- Что ещё за «спящие», Мари? Ты меня пугаешь! – Лауре и впрямь стало не по себе после этой фразы.
Но девочка лишь пожала плечами.
- Мама так говорит. А я не знаю, что это значит. – понуро замолчав, добавила. – Я даже читать не умею, и никто не хочет меня этому учить. А здесь, в поместье, есть огромная библиотека – я покажу тебе её как-нибудь.
- Где же находится сейчас твоя мама? – странно это было всё, и Лауре начинало казаться, что все обитатели поместья Уэйнрайт – немного «того».
- Там. – девочка неопределённо махнула рукой в сторону двери и тут же попыталась увести разговор на другую тему. – Ты, кажется, собиралась примерить пару нарядов? Могу помочь…
- Ты подслушивала наш разговор с месье Бертраном?! – удивилась девушка, не сумев даже разозлиться.
- Ага. – хихикнула Мари. – Я надеялась застать вас за поцелуем…
Лаура возмущённо выдохнула.
- Да как ты…
- Скучно! – вновь засмеялась девочка. – Но, клянусь, я больше так не буду! Только, пожалуйста, поцелуйтесь хоть когда-нибудь…
  
Глава двадцать четвёртая. С рассветом.
 
 Туман разливался молоком по светлеющему, но всё ещё тёмному нутру леса, обволакивая каждую веточку, каждую травинку, словно загадочный мерцающий покров, оберегающий спящий заколдованный лес. Тишина и спокойствие были обманом, жизнь ночных обитателей леса продолжалась в своём особом ритме, не терпящем дневного шума и суеты. Ночь требовала осторожности и бережливости к своим законам. Любая ошибка могла стоить жизни, любой промах – лишения пищи. Ночь не любила слабых, она всегда отдавала их на растерзание тех, кто сильнее, умнее и ловчее.
Хейд размышлял об этом, вымотанный последними событиями, произошедшими с ним. Он шёл по ночному лесу, устало переставляя каменные ноги, обогнав свою провожатую на несколько ярдов – видеть её не хотелось, ни сейчас, ни потом. В общем, никогда. Она указала ему нужное направление и поплелась следом, как побитая собака, хотя, если подумать, «побитой собакой» здесь как раз был он, Хейден.
 
Да, он не любил подчиняться, но, похоже, жизнь загнала его в ловушку покруче «костяной ямы». Быть мужем женщины, на которую и взглянуть-то страшно, тот ещё квест, особенно учитывая, что она не просто женщина, а какая-то там ведьма, причём не в первом колене. Но насколько бы сильной она не была, парень твёрдо решил, что не позволит ей вить из себя верёвки – это разрешалось лишь Лауре.
Его любимой Лауре…
И стоило только подумать о ней!
- Хейден!
Между деревьев мелькнул и тут же пропал силуэт его сводной сестры. Словно тень или наваждение, или… призрак!
Недоброе предчувствие тут же закралось в душу, сердце заколотилось в груди, как тысяча сердец.
- Лаура!
Он побежал туда, где видел её, но куда там!
- Хейден! - теперь голос девушки прозвучал где-то за спиной, и парень кинулся обратно. – Спаси меня!
- Лаура, где ты?! – завопил он, грозя сорвать горло. – Покажись!
Но она будто играла с ним в прятки. Хейд остановился, завертелся на месте. Силуэт Лауры в белом воздушном платье мелькал то тут, то там, и это сводило с ума, парня даже прошибло на пот.
- Лаура, остановись!
Но она исчезла. Совсем. Безвозвратно.
- Лаура!!!
- Я здесь! – девушка стояла совсем близко, раскинув руки для объятий, улыбаясь так, словно он был самой большой её удачей в этой жизни.
И Хейден поспешил к ней со всех ног. Они всё ещё болели, но ему было плевать. И вот, когда до девушки оставалось не более двух ярдов, огромная белая тень обогнала его, всего лишь на несколько секунд, и коварный снежный пёс, сбив Лауру с ног, вцепился мощными челюстями в её горло.
Смерть была мгновенной, и Хейден, от горя потеряв дар речи, смог лишь что-то прохрипеть нечленораздельное, падая на колени, наблюдая, как яркие бусины крови скатываются в траву, на землю из растерзанной шеи девушки…
***
- Вставай! Ну же…
Марисоль трясла его за плечо, а Хейден всё никак не просыпался.
- Рассвет уже, пора.
Парень поднял на неё мутные, ещё не отошедшие от сна глаза, успокаивая разошедшееся сердце.
Сон, это просто сон!
Радость, мгновенно подкатившая к горлу, словно вдохнула жизнь в него заново. Проклятое место, проклятые люди, проклятые сны…
Он уснул незаметно, сидя за столом, потому как всё ещё сидел в этом же положении, и шея немного затекла, побаливая.
Хейден бодро поднялся, накинул куртку, прополоскал рот водой. Спать он не собирался, но усталость, видимо, взяла своё.
Знахарка уже была готова, одетая в свои старомодные лохмотья, дожидалась его у двери.
- Я ничего тебе не обещаю, потому как не знаю, что нас там ждёт. – для чего-то пояснила одна. – Но я провожу тебя, чтобы ты сам убедился, что бесполезно искать вход в проклятое поместье: заклятье накладывала я, но всё случилось так неожиданно, что как его снимать, мне неизвестно. Может быть, со временем…
Выслушав её, Хейден кивнул. Сейчас любые споры были бесполезны. А у него на них не было даже сил.
… И снова туманный лес встретил их ранней прохладой, молочно-белым туманом и росой на самых кончиках травинок. Словно сон повторялся наяву, да только не было сейчас ни Лауры, ни белого пса, что убил её. Лишь Марисоль, отстающая на несколько шагов, да далёкое уханье филина.
 
Идти оказалось недолго – около четверти часа или чуть больше, и вот руки Хейдена легли на прозрачный заслон, когда-то воздвигнутый знахаркой для какой-то пока ещё не выясненной цели.
Недвижимая прозрачная стена, за которой находился самый дорогой его сердцу человек – да чего уж там! За этой преградой находилось само его Сердце.
Но что-то незримо изменилось. Хейден насторожился: вначале его обонянием овладел приторный запах роз, затем он увидел поместье – старинное двухэтажное здание, от которого неспешно отделилась фигурка Лауры, направляясь прямиком к нему.