Сестра Поттера (СИ)

— Оу, жестко, — присвистнул Брайс. — А она что?
— Разревелась, после того, как он ушел. Да и понять ее можно, она из магглов, да еще и сирота. Ей особо не устроится ни у нас, ни у магглов. Талант — это хорошо, но без связей в тепленькое местечко не возьмут, а тут девчонке повезло, что попала в ученицы к Мастеру, пусть и со скверным характером. Эх, мне бы в учителя Мастера… — мечтательно протянул Саймон.
— Ага-ага, мечтай, кому такие старики нужны? Да и согласись, на симпатичных девушек мы с тобой никак не тянем! — похабно ухмыльнулся Брайн.
— Кретин, ты что несешь? Она же несовершеннолетняя!
— А ты думаешь, ее не заставят отработать, когда исполниться семнадцать? — хмыкнул Хэлдвид. — Будь у нее деньги или связи, то проблем бы не было. Просто заплатила бы за такое удовольствие, как ученичество, или ее семья в дальнейшем. А Снейп, кстати, не женат, и, говорят, что постоянной женщины у него нет, а тут смазливая ученица, у которой ни денег, ни связей, и не говори, что он взял ее просто так, из жалости. Не поверю!
— А может у нее талант? — предположил Абнер.
— Был бы талан — в первый же день не говорил бы, что выкинет ее, если руки не будут работать, если она такая талантливая бился бы до конца, а не сразу на помойку, — возразил Брайс. — Так что там тебе не нравится?
— Да не то, что не нравится…. Просто после того, как он ушел, у нее случилась закономерная истерика. Накачали снотворным напополам с успокоительным, затихла до утра. Неделя депрессии, а потом девчонку словно подменили, начала разминать руки и пытаться вставать с постели. Разбила все локти и колени, из синяков и ссадин не вылезает, но все равно упрямо продолжает вставать. Я настоял на том, чтобы ей перила по периметру палаты прикрутили и, знаешь, пусть с трудом, от кровати до окна и обратно, постоянно падая, но ходит! И это после трех недель у нас. Прогресс просто невероятный, по сравнению с тем же Лайонелом, который только и рукой научился двигать, хотя лечили обоих одинаково, — покачал головой Саймон. — И ведет она себя, как идеальный пациент — не хамит, не спорит, пьет все лекарства. Эх, вот все были бы такими…
— Это да, было бы просто отлично. А то стараешься, лечишь их, подбираешь составы, а они даже меньше половины курса пьют, а потом приходят и ноют: « Мистер Лекарь, вылечите нас! Мы ж не знали, что все так серьезно…» — явно кого-то передразнил Брайс, — а потом еще и возмущаются, чего это все так дорого и страховка все не покрывает! А вот надо было сразу лечиться, а не фигней страдать! А насчет девчонки вполне логично, у нее есть причины жилы рвать — лишиться ученичества у Мастера не очень-то приятно.
— Согласен, но и он повел себя не очень-то красиво, мог ведь не сразу это сказать, — вздохнул Саймон.
— Ну, зато бревном отсюда не выпишется. Во всем нужно искать плюсы, друг мой.
— О, мальчики, а вы что тут делаете? У вас разве смена не закончилась? — улыбнулась вошедшая в комнату лекарка.
— Лар, ты что не видишь, сидят, сплетничают, какой им дом! — махнула рукой огненно-рыжая коллега.
— Ой, подумаешь, нельзя парой слов перекинуться с другом после смены, как сразу же обвинят в черте чем! Так Саймон, пойдем отсюда — нас здесь не любят! — обиженно произнес Брайн, натягивая мантию.
— Пойдем, тут за углом кстати недавно бар открылся, — улыбнулся Абнер.
— О, а вот это тема! — оживился травматолог. — Давай-давай поторапливайся!
***
Я гоняла мячик из руки в руку, пытаясь не думать о том, как же все болит. А болело все, даже то, что по идее и болеть-то не должно. Обезболивающие втирали два раза в день, но этого было слишком мало, а больше втирать мне было нельзя, ибо грозило еще одним отравлением, только уже от мази — слишком уж едкий в ней ингредиент использовался.
Но по-другому я не могла. Каждый раз, когда опускались руки, когда на глаза наворачивались слезы от отчаянья, я вспоминала холодные черные глаза и равнодушный голос:
— Ты понимаешь, к чему это приведет?
— Да.
— В таком случае, приложи все возможные усилия, чтобы этого не произошло.
 
Только эти слова не позволяли мне расклеиться и забить на свое здоровье. Сколько сил приложила, сколько времени убила в библиотеке, сколько котлов надраила до блеска, и все зря? Ну уж нет, не дождетесь акромантулы позорные! Плевать мне на разбитые колени, ладони и локти — заживут, ничего страшного. Главное сейчас на ноги встать и заставить пальцы гнуться так, как надо, а с остальным справимся, коли живы будем.
— Мисс Рейган, — привлек мое внимание вошедший в палату лекарь.
— Мистер Абнер? Что-то не так? — заволновалась я.
— Нет-нет, мисс, все хорошо. Я лишь хотел сообщить, что, если вы хотите, то мы вас можем выписать, хоть сегодня, — улыбнулся он.
— Извините, но не рано? Я, конечно, немного хожу, и руки не то, чтобы совсем не гнуться, но…
— Мисс, простите, но все, что могли, мы сделали, дальнейшее восстановление зависит только от вас. Я выпишу вам нужные настойки, мази и зелья и выдам план лечения, если вы захотите покинуть больницу, но помощь лекарей вам уже не нужна.
— Я могу над эти подумать?
— Разумеется, мисс, я к вам еще вечером зайду.
Я задумчиво уставилась на стену. Так-то лекарь прав, все ненужное они из моего организма вывели, сейчас проблема состоит в том, чтобы заставить тело отзываться на нервные импульсы мозга. За исключением этого я полностью здорова. То, что выдадут план лечения и зелья к ним, — просто замечательно, и если они закончатся, я думаю, Снейп не откажется сварить новую порцию. Да и несмотря на отличную палату и грамотных лекарей, больница надоела до ужаса, больничный запах и сама атмосфера этого места давили. Тем более домовики и Амаль вполне способны присмотреть за мной, да и дела остались вроде того же Питера, который, кстати, не просыпался. Мой рюкзак с вещами перенесли в палату, и при первой же возможности я попросила домовика достать крыса и напоить его напитком Живой Смерти, так что крыс благополучно дрых в свой коробочке.
А еще я возносила благодарственные молитвы своей паранойе, которая меня заставила убрать порт-ключ в виде браслета в рюкзак. Лишних вопросов о том, что это и куда ведет, не хотелось. Татуировка контракта тоже проблем не вызывала, так как легко убиралась, и я ее даже летом не проявляла.
Жаль, что предупредить Амаля не получалось. Ну кому сирота могла отправить сову о том, что попала в больницу? Правильно, никому.
Вечером я сообщила свое решение лекарю:
— Мистер Абнер, я согласна на выписку.
— Я так и думал, что вы согласитесь. Я подготовлю все необходимое, в том числе и трость. Завтра вас выпишут.
Когда Абнер ушел, я позвала домовика.
— Тэйт, ты не мог бы сообщить сумму, которую мистер Снейп заплатил за мое лечение?
Домовик отпираться не стал и сразу назвал интересующие меня цифры.
— Спасибо, но что-то это не слишком много…
— Мисс, Тэйт точно не знает, но вроде Мастер Снейп договорился с больницей, что они оплатят только ингредиенты необходимых зелий, а его работа пойдет в оплату вашего лечения.
— Почему это не коснулось палаты?
— Тэйт не знает, мисс, — развел руками домовик. — Вам еще что-нибудь нужно?
— Нет. Хотя стой! Мне нужен Рябиновый отвар для крыса, завтра до выписки, принеси его.
— Да, мисс! — согласно пискнул домовик и вышел из палаты.
Утром домовик помог мне одеться, выдал трость и объемный пакет лекарств.
— Спасибо, Тэйт. Можешь идти, я немного посижу и пойду.
Дождавшись, когда Тэйт покинет палату, я тихо позвала своего домовика.
— Дибби!
— Хозяйка! — радостно воскликнул появившийся домовик.
— Тихо ты! Перенеси меня в замок!
Счастливый домовик осторожно взял меня за руку, и через мгновение я оказалась в своей комнате.
— Милли, — домовушка тут же появилась передо мной. — Вытащи из моего рюкзака спящую крысу и отнеси его в одну из камер подземелья. И по пути позови ко мне Амаля. Дибби, распакуй пакет из больницы и разложи вещи из рюкзака.