Его посылочка (ЛП)

Хуже того, у него могут быть какие-то связи, и он тайно организует для меня прекрасную возможность устроиться на работу. Я хотела, чтобы моя крутая деловая карьера означала, что я надрывалась и заработала ее сама. Я не хотела, чтобы это была подачка.
Должно быть, я задремала, потому что проснулась и обнаружила струйку слюны, соединяющую мое лицо со столом. Я услышала, как в коридоре затряслась дверная ручка, и пробормотали проклятия. Я протерла глаза и поплелась к двери. Я тихонько приоткрыла ее и заглянула в щель, чтобы посмотреть, что происходит.
Боб стоял перед дверью, уперев руки в бока, и вид у него был злой.
— Разговариваешь со своей дверью? — спросила я.
Он резко обернулся, и на секунду его глаза стали дикими, как будто он думал, что ему придется защищаться. Он расслабился, когда увидел, что это я.
— Похоже, мой ключ больше не подходит.
Я вышла в коридор и протянула руку.
— Дай сюда. Я живу здесь достаточно долго, чтобы знать все хитрости с этими дурацкими замками. Мисс Линдси слишком экономит, чтобы купить новые ключи, так что все они в конце концов стираются. Я…
Мой желудок сжался, когда я услышала, как за мной захлопнулась дверь. Дерьмо. Несколько месяцев назад она решила стать самозакрывающейся дверью, и мне пришлось выработать привычку заклинивать что-то в дверной проем, чтобы она не закрылась, оставив меня без ключей. По-видимому, Боб Смит оказывал на меня легкое отупляющее действие.
Я подергала ручку своей двери. Конечно, она была заперта. Одна из дополнительных защелок внутри также имела тенденцию поворачиваться в положение закрыто, если дверь закрывалась слишком сильно.
— Заперто? Значит, нас двое, — сказал он.
Я вздохнула.
— Ты не заперт снаружи. Ты просто не знаешь, как обращаться с ключом. Дай сюда.
Он скептически посмотрел на меня, но протянул ключ. Я украдкой взглянула на него и увидела, что он был одет в мокрую от пота футболку и шорты. Его тело тоже было немного скользким от пота.
— Почему ты такой потный? — спросила я, вставляя ключ в замок.
— Я тренировался.
— Посреди ночи?
— Мне нравится, когда зал пуст.
Я немного подтолкнула ключ вверх, проверяя с разной степенью давления, когда я осторожно попробовала повернуть дверную ручку. В конце концов, я нашла нужное местечко и открыла дверь.
— Та-да, — сказала я. — Теперь ты можешь принять душ, в котором отчаянно нуждаешься.
Взяв ключи, он посмотрел на меня сверху вниз, и я практически видела, как его мысли бегают.
Я поняла, как близко мы стоим, когда он прижал меня к дверному проему, и я почувствовала его запах. Я ожидала, что это будет неприятный запах, но мне следовало бы знать лучше. Каким-то образом он умудрился на самом деле пахнуть хорошо и мужественно, несмотря на то, что был весь потный. Я никогда не была девушкой любительницей потничков, но я чувствовала, что превращаюсь в нее каждый раз, когда капля пота скатывалась по его ключице и скользила по его твердой, скульптурной груди.
В моем сознании промелькнули образы кончиков пальцев, царапающих дорожки по потной мускулистой коже, освещенной лишь слабым лунным светом, просачивающимся сквозь окна. Я представила, как меня окутывает этот мужской запах, как наркотик.
— Я должен оставить тебя здесь одну посреди ночи после того, как ты меня спасла? — спросил он.
— Я могу пойти и попросить у мисс Линдси ключ-отмычку.
— Нет, не можешь. Ее не будет в городе до следующей недели. Помнишь?
— Я могу вызвать слесаря, — сказала я.
— В это время ночи это займет несколько часов.
— Если ты так сильно хочешь пригласить меня в свою квартиру, просто сделай это, придурок.
Он скрестил руки на груди и с ухмылкой прислонился к дверному косяку.
— Что с тобой такое?
— Прямо сейчас? Ты заключаешь со мной сделку. Если бы ты знал, как обращаться с ключом, я бы не застряла в коридоре со своим вонючим, потным соседом.
— Вонючим? — спросил он. Он придвинулся чуть ближе, все еще с этой дурацкой улыбкой. — Значит, тебе нравится вонь, если судить по выражению твоего лица.
 
Я сделала шаг назад и покачала головой.
— Если я и выгляжу счастливой, то только потому, что представляла, как буду бить тебя коленом по яйцам.
Он ухмыльнулся, и я не сомневалась, что он видит мою ложь насквозь.
— Значит, ты признаешь, что фантазировала о моих яйцах?
— Об их уничтожении, да.
— Почему-то мне кажется, что, если бы ты засунула руку мне между ног, у тебя мысли стали бы другими.
— А мне почему-то кажется, что обычно такие разговоры сходят тебе с рук.
— Такие?
— Как будто ты такой самоуверенный и крутой, как будто ты можешь просто... предполагать, что все, кого ты встречаешь, хотят подавиться твоей колбаской.
Он усмехнулся, но в его глазах, пронизывающих меня насквозь, горел огонь.
— Я не думаю, что все хотят меня трахнуть. Только те, кто так на меня смотрит.
Я попыталась представить лицо моего отца вместо отвратительно прекрасного зрелища, которое Боб называл своей головой.
Брови Боба взлетели вверх, и он криво улыбнулся.
— Окей. Я сдаюсь. Это не лицо человека, который хочет стать счастливым, но раз уж от меня так плохо пахнет, то лучше я запрыгну в душ. Я не позволю тебе ждать в коридоре посреди ночи. Это небезопасно. Иди, сядь на диван. Можешь взять перекусить или пиво из холодильника.
— Да, потому что, если я останусь здесь, какой-нибудь странный извращенец может попытаться похитить меня и забрать в свою квартиру. Но если я пойду с тобой, то недомолвок не будет, верно?
Он облизнул губы и еле-еле удерживался от улыбки.
— Мне кажется, ты мне нравишься.
— Думаю, тебе больше нравишься ты сам.
Он рассмеялся.
— Ты когда-нибудь даешь отдохнуть своему рту? Не то чтобы я этого хотел, — тихо сказал он, переводя взгляд с моего лица на рот.
Я почувствовала, что мое сопротивление начинает рушиться. Было очень много открытого флирта, с которым я могла бороться, прежде чем часть его проскользнула через трещины и согрела мою грудь. Я знала, что в моем мозгу крутилось какое-то язвительное, саркастическое замечание, но единственное, что я смогла найти, было уклончивое ворчание. Я с трудом сглотнула, затем пробормотала что-то о том, что смогу справиться с чем угодно сама в коридоре в течение нескольких часов.
— Конечно, можешь. Пойдем, — он жестом пригласил меня войти.
Я не собиралась подчиняться ему, но все равно обнаружила, что мои ноги двигаются. Не успела я опомниться, как оказалась внутри, и мне показалось, что я переступила невидимый порог… тот, который я боролась с желанием переступить задолго до того, как встретила Боба.
Люди время от времени пытались приблизиться ко мне. Я отодвигалась. Иногда они старались сильнее, но я всегда побеждала. Мне всегда удавалось отпугнуть их достаточным количеством сарказма или язвительности. Сегодня я позволю Бобу победить. Хуже всего было то, что вместо того, чтобы злиться из-за проигрыша, я только чувствовала себя немного теплее и мягче.
Его квартира была опрятной и минималистичной. Здесь почти не было украшений, кроме случайного изображения лодки в коридоре, которое наверняка осталось от предыдущего владельца. Только предметы первой необходимости.
— Для протокола: я все еще думаю, что здесь опаснее, чем в коридоре, — сказала я.
Он склонил голову, когда его серые глаза окинули меня с головы до ног.
— Уверен, что это так, для нас обоих, но это совершенно другой вид опасности.
— Ты имеешь в виду, говоря это, что у тебя есть домашние змеи или что-то в этом роде? Или, что еще хуже, шимпанзе? Люди думают, что они милые, пока не проведут годы, одевая их как людей. Однажды твой маленький псевдочеловек просыпается, решает, что хочет еще молока в кукурузные хлопья, и разрывает тебе лицо. Правдивая история.
 
Он рассмеялся.
— Никаких змей или псевдочеловеков. — Он выглядел так, словно решал, стоит ли что-то еще сказать, но потом передумал. — Просто устраивайся поудобнее. Я вернусь через несколько минут.