Пыль моря (СИ)
– Справимся! Но настороже надо быть. Тут ты прав. И оружие не стоит пока выдавать всем. Пусть пообвыкнут с нами. А пропускать добычу не станем. Пусть потешаться малость, если повезёт.
Про́тивные ветры заставили долго выжидать, постоянно меняя галсы. И лишь на вторую неделю плавания удалось захватить большой сампан[1] и немного поживиться. Однако это не та добыча, которая могла удовлетворить жаждущих.
Матросы, как и предполагал Вэйдун, стали роптать и на судне участились ссоры и драки. Мишка сразу же принял крутые меры. Не одна челюсть трещала от его увесистого кулака. Его сразу стали бояться и уважать. Но между собой матросы продолжали буянить.
К концу месяца подошли к устью Меконга. Здесь суда встречались довольно часто, но близость сильных крепостей и большого флота делали опасным морской разбой. К тому же стало известно, что и местные пираты орудуют в этих водах весьма успешно.
Вошли в устье и добыли лоцмана, захватив его в небольшом селении. Вода стояла низкая, а сезон дождей ожидался ещё не скоро.
Очень медленно пробирались по руслу огромной реки и постоянно держались настороже. Пока никого из пиратов не повстречали, но вокруг бушевали страсти между главарями различных группировок. Шла борьба за власть и соседний Дайвьет[2] не остался в стороне от этих событий.
Кхмерский король Чей Четта воевал с родственником Анг Ноном, и дельта Меконга стала горячим местом.
С большим трудом удалось отыскать одного из знакомых купцов И-дуна. Хуа-лун с большой неохотой взялся помочь пиратам с продовольствием и скотом. Вэйдун и Мишка три дня обхаживали хмурого купца, пока увесистый мешочек золота не растопил отчуждённость и страх.
– Всё это не так легко устроить, – говорил Хуа-лун, но Мишка видел, что тот просто боится и набивает себе цену, боясь продешевить.
– Разве что-то мешает нашей торговле, господин? – спрашивал в который раз Вэйдун. – Мы ведь хорошо платим, да и ничего такого мы и не просим.
– Всё это так, но мне хотелось бы и от вас получить кой-какую пользу.
Глаза купца плутовато поблёскивали сквозь узкие щёлочки прищуренных век, и Мишке показалось в них что-то коварное. Ему захотелось быстрее завершить сделку и убраться из этой неприветливой реки.
– Говори, купец, прямо, что тебя тревожит, – предложил Мишка со злой ухмылкой на лице.
– Как прямо сказать, господин? Прямо никак нельзя. Ведь все вместе живём, и прямота тут неуместна.
– Ох, тянешь ты непутёвое! Куда клонишь, не пойму. Стоит ли тогда нам с тобой дело иметь? Чего боишься? От нас ничего не уйдёт. Говори.
– Да что ж говорить? Ничего и не надо говорить. Просто у меня есть друг среди купцов. Никак не можем с ним поделить селения. Упрям и злобен Гуан-пин. Сразу, как обосновались здесь, так и пошло у нас. Очень хороший купец. Богатый, много сампанов по реке ходит. Скоро он совсем меня задушит своей торговлей. Беда от него. Детки мои по миру пойдут.
– Ишь куда клонит, старый пройдоха! – и Мишка с остервенением стал сосать свою трубку.
– Да нет, почтеннейшие! Гуан-пин очень хороший человек! Просто мы с ним немного не сходимся в некоторых вопросах торговли. Но если вам не трудно будет мне помочь наладить наши отношения, то я не поскуплюсь и все ваши труды хорошо оплачу.
– Что, Вэйдун? Вроде понял я этого хитреца. Как поступим?
– Да ведь мы пока ещё ничего не знаем. Где он может встретиться, с какими силами и многое другое.
– Что вы, почтенные! Его никто не должен трогать. Вы меня не так поняли! Мы дружим, и мне не хотелось бы чтобы с ним случилось что дурное. Но несколько его судов...
– Так вот оно в чём дело! – Мишка с интересом глядел на этого хитрого купца, а в голове роились тревожные мысли.
– Мы обсудим твоё предложение, Хуа-лун, – сказал Вэйдун. – Думаю, что при приемлемых условиях можно будет помочь тебе в твоём деле.
После долгих любезных уверений в лёгкости осуществлении этого мероприятия, Хуа-лун дал задаток в сотню золотых монет и обещал не брать с них высокую плату за снабжение корабля продовольствием. При этом договорились, что вся добыча останется на корабле и что затягивать операцию не стоит.
– Как раз никакой затяжки и не получится. Даже придётся поторопиться. Через два дня флотилия судов должна будет войти в дельту...
Вэйдун и Мишка прикинули возможности и пришли к выводу, что набег может легко принести большую и ценную добычу.
После непрерывных работ сотни грузчиков к концу дня погрузка была закончена. Бриг готов к отплытию.
За сутки спустились вниз по течению, и вышли в море. Каравана судов ещё не было видно, и бриг лёг в дрейф.
Мишка не давал команде ни минуты отдыха и муштровал её, готовя к предстоящему абордажному бою.
К вечеру следующего дня караван из девяти сампанов вошёл в дельту и стал на якоря в ожидании утра.
– Теперь, как мы всё равно прозевали караван в море, – заметил Мишка.
– Придётся брать его на якорной стоянке. Поэтому до рассвета надо подтянуть бриг к сампанам и ударить до снятия с якорей.
– Мало людей для этого, – ответил Вэйдун. – Тут без лодок не обойтись. А на сампанах народу хватает.
– Бриг будет поддерживать нас огнём пушек. Этого может оказаться достаточным. А нам надо не мешкать. Быстрота – это главное условие.
Восток ещё не заалел, а бриг на буксире шлюпок подтащили к каравану. Матросы разместились в шести лодках, приготовленных с вечера. Решено начать с дальней лодки, которая стояла ближе к устью реки. Тем самым остальные отрезались от реки и вынуждены были или принять бой, или сдаться.
На корабле остались только пушкари и раненые, что не могли принять участия в набеге. Остальные человек тридцать затаились в лодках.
Мишка махнул рукой и лодки понеслись к сампанам. Лёгкий туман стлался над рекой и скрывал разбойников. Только тихо скрипели вёсла и вода журчала у носов лодок.
Маленькие лодки не вызвали подозрения у пробуждающихся кормщиков, и когда с дикими воплями матросы бросились на сампаны, все оказались застигнутыми врасплох. За считанные минуты первые три сампана были захвачены, остальные пытались уйти. Бриг палил по беглецам и не давал им развернуться. С восходом солнца Мишка приказал не преследовать один сампан, которому удалось прорваться в реку. Навалились на оставшихся, и в короткой яростной схватке захватили их. Восемь тяжело гружёных лодок оказались в руках пиратов. Гром боя распугал всё вокруг, и река казалась вымершей.
– Ребята, теперь торопись с перегрузкой! – распорядился Мишка. – Не мешкать! Мы не в море, и здесь всего можно ожидать!
Матросы не заставили себя упрашивать. Сампаны окружили бриг и товары стали громоздиться увесистыми кучами на палубе. Их не успевали сносить в трюм.
-----------
[1] Сампан – собирательное название для различного вида дощатых плоскодонных лодок, плавающих недалеко от берега и по рекам Малайзии, Индии и Японии.
[2] Дайвьет – старинное название Вьетнама.
Глава 75. Волна
Больше трёх недель бриг добирался до нужных островов. Встречные ветры не давали быстро продвигаться в нужном направлении. За это время удалось остановить и ограбить небольшое судно с Тонкинского залива, и небольшая добыча несколько подняла дух команды.
После так удачно проведённой операции по захвату каравана купца Гуан-пина, команда долго с уважением взирала на капитана. В захвате не погиб ни один матрос, а несколько раненых в счёт не шли. Зато добычи у них оказалось много. Одних корзинок с кораллами и жемчугом было с дюжину, а тканей и посуды и того больше. Много продовольствия удалось захватить, так что часть пришлось выбросить за борт. Собрали несколько пригоршней колец, цепочек браслетов и драгоценных камней.
Пришлось заходить в небольшой порт по пути и спешно продать награбленное. Три дня матросы не вылезали из кабаков, и их с трудом удалось вернуть на корабль. И вот теперь они, недовольные заходом на острова, в лабиринте которых легко можно сесть на мель или напороться на рифы, ворчали и собирались группами, выражая возмущение капитаном.