Пыль моря (СИ)

Ближе к полудню сверху донеслось:
– Прямо по курсу парус! Туземный!
Мишка заволновался. Впервые ему представился случай самостоятельно принимать решения. С палубы парус не виден, пришлось ждать с полчаса, пока он показался. Небольшое судно шло поперёк по косой и медленно приближалось. Мишка изучал его и в голове строил план захвата. Все глаза были прикованы к этому судну с косыми парусами, низко сидящему в воде. Матросы приободрились, изготовившись к абордажному бою, хотя никто серьёзно к этому не относился.
Но странно, судно и не думало сворачивать. Даже наоборот. Казалось, что оно идёт на сближение. И-шань довольно потирал руки.
– Смотри, капитан, сами идут в руки! Этого ещё не бывало!
– Скорей выполним задание и вернёмся, – ответил Мишка, не отрывая глаза от окуляра трубы.
– Не дать ему проскочить у нас перед носом! – крикнул Вэйдун и подправил рулевой брус.
До судна оставалось не более полутора ли, и Мишка приказал готовить залп из пушек. Ему стало казаться, что это судно неспроста идёт само на сближение. В трубу он не заметил никаких подозрительных приготовлений, но внутренний голос требовал осторожности.
Пушкари неторопливо возились с зарядами и запальниками. Канониры присматривались в щели закрытых портов, примериваясь к расстоянию.
Вдруг с мачты донёсся крик наблюдателя:
– Слева по борту паруса! Четыре и такие же!
Мишка дёрнулся от неожиданности и глянул в указанном направлении. Четыре паруса один за другим надвигались с наветренной стороны. Теперь сразу стало ясно, почему первый не стал сворачивать. Это были пираты островов Сулу. Один Вэйдун слышал о них, и слышал много недоброго.
– Вот и влипли! – выругался Мишка, когда Вэйдун поделился своими опасениями. – Так и есть! Хотят сами нас захватить. С этих станется! Из охотников сами превратились в зайцев.
– И уйти теперь поздно! – заметил И-шань.
– Придётся сражаться, – ответил Мишка побелевшими губами.
Он побежал к пушкарям. Все стали хмурыми и сосредоточенными. Близкая и неотвратимая опасность съела весёлость и беззаботность.
– Миш, смотри, сигналы подают! – крикнул И-шань. – Видно, остановиться велят.
– Лечь в дрейф! – вдруг прокричал Мишка, и хотя этот приказ вызвал недоумение, его быстро выполнили. – Готовьте мушкеты и бомбы. Как только сцепимся, пали и бросай бомбы. Самострелы готовь!
Джонка медленно покачивалась, матросы спешили уложить паруса и хватали оружие. Ряды мушкетов стояли вдоль фальшборта.
Судно красиво развернулось и стремительно стало сближаться. Оно было ниже джонки, сверху видно, как вооружённые ножами и саблями матросы готовились прыгнуть на абордаж. Вот полетели крючья и вгрызлись в борта. Свирепые лица нападающих оскалены в ожидании броска.
– Пали! – крикнул Мишка, и нестройный грохот выстрелов прогремел над судами.
Вниз полетели гранаты с пороховым зарядом, щёлкали пистолетные выстрелы. Дым медленно сползал к носу. На судне растерялись. Поднялись такие вопли, что хватали за душу. Матросы валились кучами.
– Пушкари, давай залп! – скомандовал Мишка, и джонка качнулась от выстрелов трёх пушек.
Обломки бортов, куски человеческих тел и порванных снастей разлетелись в разные стороны. Палуба вражеского судна завалена телами, где вперемешку с мёртвыми корчились раненые и придавленные.
– Вперёд, на абордаж! – Мишка легко сиганул на палубу поверженного в панике судна и остальные последовали его примеру.
Сопротивления почти не последовало. Ошеломлённые внезапным отпором нападающие валились на палубу, простирая руки в мольбе о пощаде. В минуту всё было окончено. Около пятидесяти трупов валялось на палубе в лужах крови. С десяток живых молились, взывая к милости аллаха.
Тин-линь приволок израненного капитана в яркой чалме, покрытой пятнами засыхающей крови.
– Вот их главарь! Злой, как рысь в твоих лесах, Миш.
– Отведи на джонку. И всех пленных на джонку! Сматываться пора! Подходят остальные суда. Нет смысла сражаться со столькими! Быстро осмотреть судно, забирайте ценности – и в бега!
 
Не более трёх ли отделяли джонку от наступавших судов. Там орали и бесновались от злобы и нетерпения. Криков слышно не было, но редкие ружейные выстрелы слабо долетали и заставляли поспешать.
– Пушки левого борта, приготовиться к залпу! – Мишка с тревогой вглядывался в приближающиеся суда. – Может удастся сбить их злость! Целься вернее! Огонь!
Ядра прочертили едва заметный след в воздухе и бухнулись недалеко от переднего судна. Оно сразу же отвернуло и пушкари радостными криками встретили этот манёвр.
– Боятся, собаки! Пусть не лезут!
Однако радоваться было рано. Суда пиратов разделились и, видимо, решили охватить джонку с двух сторон. И Мишка понял, что если не вырваться немедленно из возникших клещей, то придётся драться в окружении, что неминуемо приведёт к гибели и джонки и команды.
– Бросай всё! Все на борт! Поднимай паруса! Уходим! Быстрей, дьяволы!
Матросы спешили исполнить команду. Мишка сам остервенело тянул снасти и подгонял остальных. Джонка напряглась и двинулась, накренившись на правый борт.
Палубу спешили очистить для предстоящего боя, пленных заталкивали в трюм и задвигали засовы. Пушкари тщательно заряжали пушки и стояли наготове. Вэйдун не отходил от рулевого и постоянно поправлял его работу. Все взоры поминутно обращались к судам. Но расстояние не уменьшалось, и это вселяло некоторую надежду на успех. Джонка имела отличный ход, и догнать её будет трудно. 
– И-шань, доложи о бое, – спросил Мишка подошедшего помощника.
– Лучше не бывает, капитан! Как ты их шарахнул! Так вот, четверо раненых, один из них плохо, остальные легко. Девять пленных вместе с их капитаном. Бочонок пороху успели прихватить, да другого припасу. А это на твоё решение, капитан, – и боцман выложил на планширь ящичек красного дерева.
– Глянем, что нам бог послал, – сказал довольно Мишка.
– Я уж не стал всем говорить, – загадочно заглядывая в глаза Мишке, тихо проговорил И-шань.
– Это ты брось, боцман! Мне такого и даром не надо. Понял?
Набитый жемчугом, золотыми браслетами, подвесками, кольцами с цветными камнями и прочей драгоценной мелочью, ящичек сразу привлёк внимание матросов. Стали протискиваться ближе, галдели, довольно цокали языками и недоверчиво поглядывали на капитана.
– Ребята, вы хорошо поработали и заслужили эту добычу. Но сейчас не время делить. Вот уйдём от этих собак, тогда я вам всё предоставлю. А сейчас следите за противником и его манёврами. Расходитесь.
Матросу недовольно покидали капитана. И-шань тоже топтался нерешительно, но Мишка приободрил его.
– Не огорчайся, друг. Получишь своё, как нашедший эти сокровища. Но о дурном не помышляй. С этого начинаются все неприятности и вражда. А нам надо держаться слитно.
И-шань тяжело вздохнул и отошёл к матросам.
Там временем ветер изменился, и два судна правого борта стали заметно приближаться. У них ход тоже был хорош и ветер им больше благоприятствовал. Но эти были поменьше первого, надеялись отогнать их своими пушками.
Остальные суда никак не могли сблизиться и шли параллельным курсом. Солнце катилось к горизонту и часа через три наступит ночь. Удастся ли за это время избежать сражения?
И Мишка понял, что без боя не обойтись. Отличные моряки, нутром чувствовавшие море и ветер, нападавшие медленно сближались с джонкой, и до них оставалось чуть меньше двух ли.
Вэйдун подошёл к Мишке. Лицо его выражало значительность.
– Капитан, можно обмануть их, – он кивнул подбородком в сторону идущих судов. – Передний, видишь, вырывается вперёд. Они захвачены погоней. Давай резко изменим галс и пройдём между судами. Передний уйдёт, не сумев вовремя развернуться, и мы сможем обстрелять идущего сзади.
Мишка задумался:
– А это мысль. Вот только сумеем мы быстро изменить галс? Ветер не очень хорош.
– Давай выбросим плавучий якорь, а когда нас обгонят, мы окажемся в хорошем положении.