Пыль моря (СИ)

– Смотри, Тин, что наш капитан удумал, – заметил Мишка, отвлекаясь от наблюдения за берегом. – Клянусь предками, готовит внезапную атаку из этого укрытия. Смотри, как удобно.
– Что мы смыслим в этом. Только сдаётся мне, что деваться нам некуда. Придётся сдаваться.
– Тише, ты! И не думай! Помилуют, что ли? По мне лучше драться. Оно и не так страшно. Бодрись. Мало ли, что может произойти.
Джонку качнуло волной, и все матросы борта упёрлись в надвигающиеся камни. Справились.
Спустили маленькую шлюпку. Двое матросов высадились на скалы и забрались наверх. Тут же донеслись слова о движении вражеской джонки.
Она медленно, на вёслах, проплывала в версте от стоянки. Перед вечером ветер почти стих, скоро можно ожидать ночного бриза. Это должно помочь прорваться в море. Видно на это и рассчитывал капитан Ли.
Так прошёл час. Вернулись с берега матросы, и тут же капитан отдал распоряжение ставить все паруса. В проливе быстро темнело, а враг подошёл на расстояние не более ста саженей. В минуты подняли все паруса и якоря, бросились на вёсла, и джонка рванулась в пролив. Внезапно показался силуэт большой джонки – он оказался совсем рядом.
Мишка не успел ничего приметить, как раздался грохот пушечек и затрещали мушкетные выстрелы.
Матросы на вёслах надрывно стонали, джонка неслась прямо на вражеское судно. Там поднялась паника. Грохнул бесполезный залп правым бортом и скрыл джонку на время с глаз. Рулевой развернул, и пираты быстро стали проходить вдоль теперь уже не опасного правого борта. С обеих джонок раздавались залпы мушкетов, пули с визгом проносились над головами. Стонали раненые, кровь растекалась по палубе из-под убитых. С близкого расстояния прогремели две пушечки и ядра пропороли вражеский борт чуть ниже ватерлинии. Пираты радостно кричали, размахивая абордажными саблями.
Пройдя в двадцати саженях от вражеской джонки, пираты стали уходить к морю. Шумел отлив, рулевой старался, пока ещё не совсем стемнело, поскорее выбраться на открытую воду.
Большая неповоротливая джонка медленно разворачивалась, неслись отдельные выстрелы. Пираты весело отвечали, но расстояние быстро увеличивалось – паруса уже наполнились вечерним бризом.
Шесть убитых и два десятка раненых не умерили ликования команды по случаю такого блестящего манёвра. Славили капитана, повара разносили в чашках водку, все веселились и горланили. Дразнили скрывшуюся в темноте неприятельскую джонку и распевали песни.
Вскоре выбрались в море. Редкие огоньки обозначали берег. Звёзды сияли ярко и безмятежно. Джонка бодро торопилась к своим Рыбачьим островам. До них не больше трёх дней пути и они казались сущим пустяком по сравнению с только что пережитыми волнениями.
– А ты панику хотел разводить, – смеясь сказал Мишка, и грубо, но по-дружески толкнул Тин-линя в плечо. – Ещё поживём! Вишь как оно получается! Теперь посмотрим, что за острова. Жизнь интересная штука!
----------
[1] Галс – курс судна относительно ветра, один из самых значимых факторов для парусного судна.
  
Глава 31. Острова
 
Только что наступил день. Ветер, хоть и не попутный, но давал возможность держаться по курсу. Курчавые облака плыли в вышине, и погода обещала быть хорошей.
С высоты грот-мачты раздался голос наблюдателя:
– Дым на горизонте! Слышны пушечные залпы!
Ли Ю-сун просмотрел горизонт в трубу, перекинулся парой слов с помощником и махнул рукой в сторону едва видного дыма.
Джонка слегка изменила курс. Звуки пальбы доносились всё отчётливей. Рядом шёл бой, долг требовал вмешательства. Судя по всему тайваньские и цинские корабли сошлись в морской схватке.
Судно готовили к бою. Лили на палубу воду, посыпали песком, смачивали паруса и такелаж, укладывали по бортам мушкеты и пороховой припас. Раздавались сдержанные голоса и команды. Начальники подгоняли палками матросов, выгоняли на помощь легкораненых.
Не прошло и часа, как джонка подошла к месту сражения. Десятка два небольших тайваньских джонок, окутанных дымом и маневрируя, пытались атаковать восемь больших кораблей, расцвеченных флагами императора Кан-си и командующего цинским флотом Лан Ли. Виднелись пожары, две джонки тонули, разбитые ядрами, в волнах маячили головы спасающихся.
 
– Сыны Неба! Вот достойная жертва вашей храбрости! Перед вами цинские черви, продавшиеся маньчжурам! Вперёд, смелей!
Джонка слегка развернулась и подошла прямо к большому судну, отбивающемуся от четырёх джонок. Мушкетная трескотня, вопли сражающихся, взрывы редких гранат сливались в сплошной гул.
У пиратов оказалась прекрасная позиция. Императорские солдаты всё внимание направили на атакующие джонки, которые стремились сцепиться и завязать абордажный бой. Это дало возможность почти незамеченными подойти под самый борт. Пушечки, задрав рыльца, рявкнули, изрыгая картечь, и матросы с криком полезли на вражеский борт.
Мишка разрядил свой пистолет в солдата, нацелившегося ему в грудь, и вспрыгнул на палубу. Там творилось страшное дело. Трупы и раненые забрызгали доски кровью, пушки лежали на боку. Противоположный борт плотно облеплен спинами солдат. Часть из них бросилась на новых врагов, но сабля Мишки разогнала первый натиск. В то же время остальные пираты заполняли пространство и рубили оторопелых и перепуганных солдат.
Пистолетные выстрелы расчищали путь нападавшим, и враги стали разбегаться. Но крики и палочные удары начальников возвращали их в бой.
Мишка плохо видел окружающее. Зато чётко выделял непосредственную опасность и его длинная сабля наводила ужас на защитников. Половина палубы была уже очищена от солдат и матросов. Но в это время громкая команда бросила большую часть солдат на маленькую кучку пиратов.
Они стали пятиться, отмахиваясь саблями. Ещё минута-другая – и пираты были бы смяты, но с других джонок воспользовались затишьем и бросились на палубу неприятеля. Зажатые с двух сторон, императорские начальники стали сдаваться, а за ними и солдаты. В несколько минут джонка была захвачена и победные крики огласили воздух. Сорвали императорские знамёна и знаки, кололи пленных и собирали оружие.
Но ликование длилось считанные минуты. Начальники бросили своих матросов снова в бой. Оставались другие джонки, и с ними надо было кончать. На побеждённом корабле остались люди капитана Ли. Их не так уж много, но они быстро наладили пушки и стали вести огонь по рядом стоящей джонке. Это позволило остальным кораблям тайванцев сцепиться и броситься на палубу.
В полумиле в стороне тоже успешно шло сражение па палубе флагмана. Остальные джонки цинов не выдержали боя и стали выходить из боя. Некоторые тащили за собой шлейфы дыма, но продолжали отстреливаться. Тайванцы вяло их преследовали, но в основном занялись работой более прибыльной. Тащили всё, попадавшееся под руки, а ценностей на джонках хватало.
Бой затихал, израненные джонки одна за другой возвращались к захваченным кораблям, спеша поживиться добычей. По пути вылавливали ещё не утонувших моряков и солдат. Некоторых тут же приканчивали.
Мишкина джонка почти не пострадала, если не считать множество дыр от пуль в бортах. Зато от команды осталось целыми не больше десятка. Остальные убиты или ранены. Был ранен и Мишка с И-дуном. Мишке слегка прострелило бедро и царапнуло руку, а И-дун получил сабельный удар по голове и теперь лежал и тихо стонал. Голову успели обмотать тряпкой, и кровь уже перестала хлестать из рассечённого лба.
Капитан Ли с перевязанной рукой обходил захваченный корабль и распоряжался добычей. Похлопал Мишку по плечу:
– Видел тебя в драке. Хорош! Заслужил награду. Не забуду.
Мишка поклонился, бормоча под нос: «Нужна мне твоя награда, живодёр!»
Ювэй носился среди раненых, подавая воду и помогая делать перевязки. Он был горд участием в таком великом деле, хоть и оставался на своей джонке. Зато теперь старался показать себя. Далеко не отходил от И-дуна и всё справлялся о боли. Тот ругал его, но не отгонял.