Пыль моря (СИ)
– Тащи самое ценное, остальное бросай! Оружие не оставлять и порох! Всё забирать! Сгодится!
Спустили лодку, и купец с пятью матросами пересели в неё. Трое матросов изъявили желание пополнить команду пиратов. Милка этому был очень доволен.
За полчаса успели перетащить часть шёлковых тканей, риса, муки, бобов, немного камфары и перца с корицей. Остальное бросили. Джонка заметно кренилась, и оставаться на ней стало опасно.
В это время Фу Чжи закричал срывающимся голосом:
– Капитан, джонки! Близко! Спасайся!
Не далее, как в двух-трёх ли надвигались три джонки китайского флота. Большие и громоздкие, они готовились расстрелять пиратов. Одна взяла мористее, пытаясь отрезать путь к отходу.
– Бросай всё – и на паруса! – вопил Мишка и сам схватил снасть. Паруса поползли вверх, и Вэйдун стал разворачивать джонку, ловя ветер. Вот тут сказались качества маленького судна. В считанные минуты джонка развернулась и стала набирать ход.
С военных джонок раздался залп, ядра взрыли море вблизи бортов.
– Теперь посмотрим! Пусть пытаются догонять! – сквозь зубы цедил Вэйдун, вцепившись в дерево румпеля. Он тонко чувствовал ветер и ставил джонку так, что она под острым углом к ветру неслась, прыгая по волнам.
– Смотри на третью джонку, Вэйдун, – сказал Мишка. – Гляди, как обходит с моря. Не напороться бы.
– Ничего, капитан. Хода у неё не хватит. А мы к берегу подадимся. С тех мест и попытаемся проскочить. Видишь, они не могут так круто к ветру идти. Это нас должно спасти.
Джонки шли почти параллельным курсом и борта китайского судна иногда изрыгали клубы дыма. Доносились раскаты пушечной пальбы, ядра взметали снопы воды. Однако ядра не долетали и капитан, видимо, просто надеялся на чудо или пугал пиратов.
– Сейчас возьмём ближе к острову и выбросим незаметно плавучий якорь. Когда джонка нас обгонит, мы нырнём у неё под кормой. Они не успеют развернуться. – Вэйдун сосредоточенно оглядывал море и прикидывал свои возможности. Он сильно опасался, что на старости лет не сумеет вырваться из лап проклятых цинов, с которыми воевал не один год.
– Дуракам бы раньше выслать джонку в море нам наперерез, – заметил Мишка, лелея надежду на успешный манёвр Вэйдуна.
– Видно у цинов нет ещё опытных капитанов. Не додумали. А может просто понадеялись, что такое малое судно не стоит их мысли. Спесивы начальники и самонадеянны.
– Как всегда, Вэйдун. А ты им покажи, что и ты что-то стоишь.
– Стараюсь. Они сами идут в свою же ловушку. Было б у нас больше силы, можно б с ними поиграть. Но обождём до лучших времён. Как там наш хвастун? Досталось ему?
– Досталось и хорошо. Кость раздроблена, и рука может не работать.
– Плохо дело. Не плохой был моряк. Не задобрил он духов. Понадеялся.
Джонки уже далеко разошлись, но китайцы рассчитывали прижать пиратов к острову. Однако Вэйдун резко изменил направление, матросы чётко исполнили манёвр, и пиратская джонка стала быстро приближаться к военной джонке. Но там не сразу поняли, в чём дело, а потом оказалось, что время упущено. Пока большое судно разворачивалось и ловило ветер, Вэйдун стал уходить в море.
Второе и третье судно китайцев тоже не поспевали, и с досады палили из пушек, ядра которых пропадали в море, не причинив вреда пиратам.
– Теперь пусть ищут нас! – весело хмыкнул кормщик, оглядываясь на отстающих китайцев. – Пусть поучатся у старого моряка!
Ветер слабел, и огромные джонки китайцев медленно двигались, в то время, как пираты почти не снижали хода. Матросы весело смеялись, дразня обманутого врага и понося его отборными ругательствами.
– Теперь на юг, – сказал Вэйдун спокойно и солидно. – Здесь нам делать теперь нечего. Немного погоняют нас и отстанут. Продовольствия достали, денег тоже, и пора в свои воды подаваться.
--------------
[1] Салинг – часть рангоута, рамная конструкция из брусьев, служащая для соединения мачты и её продолжения в высоту (стеньги). Иногда салинги служат опорой для площадок (марсов).
[2] Транец – нижняя часть прямой кормы.
Глава 79. Сражение
Прошёл почти год с тех памятных дней, когда Мишка с товарищами покинул остров и колонию Лян после ужасной волны, и так удачно избежали гибели во встречи с китайскими кораблями.
За это время команда сильно пополнилась и составляла около тридцати человек. В основном китайцы из дельты Меконга. С этим районом у Мишки завязались тесные отношения. Хуа-дун стал близким другом и помощником в сбывании награбленного товара.
Мишка не стал менять корабль на более удобный и вместительный. Иероглиф обозначающий тайфун красовался на носу джонки, и Тин-линь с любовью обновлял его чёрным лаком всякий раз, когда замечал, что он стал тускнеть от ветра и воды. И действительно джонка имела отличный ход и была послушна рулю, как вышколенная лошадь. И хоть в шторм крен её часто становился угрожающим, однако Вэйдун старался избегать штормовой погоды и прятался в тихих местах.
Мишка пополнил дважды свой взнос в братство И-дуна, и ещё ни разу не снимал проценты. И-дун же процветал. К ним присоединился Тин-линь, их братство грозило превратиться в солидную компанию.
И-дун владел десятком джонок и прибирал к рукам обширные районы на островах Сулу и к северу от них.
Мишка часто выполнял определённые задания И-дуна и ещё чаще своего нового компаньона Хуа-луна, с которым общался значительно больше.
Вот и на этот раз джонка «Тайфун» боролась со встречными ветрами и пробиралась к берегам Саравака. Там надлежало отыскать небольшую флотилию конкурента и тихонько прикончить её. Задание весьма опасное, поэтому необходимо было соблюсти секретность, и ни в коем случае не раскрывать себя. Таковы были условия Хуа-луна.
– Думая о предстоящем, хотелось бы посоветоваться с тобой, – говорил Мишка, уединяясь с кормщиком на юте.
– Выкладывай, капитан, что с тобой делать. Мне только и осталось, что в советники определиться куда-нибудь. Уйду к какому-нибудь султанчику на островах, и заживу припеваючи и в спокойствии.
– Э, Вэйдун, брось хвастать! Знаю тебя. Сколько раз грозился уйти, а всё торчишь на руле. Таким и отправишься к предкам.
– К предкам я ещё не тороплюсь, а покоя хочется. Ну ладно, что там у тебя стряслось?
– Я о том задании, что нам всучил купец. Что присоветуешь, старина? Нам ведь нельзя быть узнанным.
– А что же остаётся? Всех на дно и концы в воду.
– Рискованно. Всех можем не отправить, а тогда нам у Меконга больше не появляться. Понял?
– А что ж тут не понять. И то верно. Всегда кто-то спасётся или удерёт. Что ж придумать?
– Мозгуй, старый.
– А может чуток переделать джонку, подкрасить, паруса поменять, оснастку, глядишь – и не узнают. А потом всё вернуть по-старому.
– Так это ж времени сколько потратить надо?
– Кой что можно на ходу сделать, остальное на укромном острове. Дня три, не больше. А что придумаешь иного?
– Придётся принять совет, старина. Но это поближе к цели.
Так и порешили, что зайдут на островок к северу от Саравака на очистку днища. А пока приступили к мелким работам на борту. Матросы плели паруса из заготовленного материала, ладили снасти и нашивали борта, изменяя внешний вид джонки.
В архипелаге Натуна решено отыскать пустынный островок и там закончить все работы. В отдалении мелькнули смутные очертания острова Бунгуран, и на следующий день предстояли поиски.
К полудню послышался отдалённый гул пушечной пальбы.
– Что там может быть? – спросил Мишка, прислушиваясь к неясному гулу.
– Может пираты захватывают корабль, а может и испанцы с голландцами бьются, – флегматично молвил Вэйдун и стал подправлять румпель, направляя джонку восточнее, подальше от возможных неприятностей.
– Погоди, кормщик, успеем ещё уйти. Давай глянем, как там.
– Да что глядеть-то? Пустое. Ещё попадёшь в переделку.
– Мы осторожненько, потихоньку. Давай не отворачивай.