Отступник на краю империи (СИ)
Начался оживлённый спор по поводу культурной программы. Как по мне, в зимнем Фазисе было не так уж много развлечений. Это ведь не средняя полоса России. Ни тебе катка, ни горок, ни ледяных скульптур и горячего шоколада в ларьках. Зато, как выяснилось, имелся планетарий. А ещё — Дом Игровых Автоматов. И верёвочные лабиринты в одном из торговых пассажей. И клуб настольных игр, и хоккей с мячом, и крытый велотрек для всех желающих, и даже театр юного зрителя. Лично меня не цеплял ни один из перечисленных пунктов, но Федя с Джан наперебой спорили, что круче, глаза у обоих горели. Толстяк даже забыл про свою математику и ожесточённо размахивал вилкой с насаженным на неё куском сардельки.
— Не хочу вас отвлекать мелочами, — вмешался я в эту клоунаду, — но сегодня у нас есть важные дела. Например, миллион двести полновесных российских рубликов, которые надо забрать и поделить.
— Сделаем, — отмахнулась Джан.
— А ещё мне надо посетить банк, — продолжил я. — Пополню депозит, изучу отчёт финансового управляющего…
— Ты просто скучный, — выдал свой вердикт Федя. — Убивать умеешь, а веселиться — нет.
— Душнила, — хмыкнула Джан.
— Заколебали, — попытался я отшутиться. — Сами вы душнилы.
Мы препирались ещё добрых четверть часа, а потом решили грамотно распределить задачи. Деньги нам передадут через час, их надо забрать. Тут разночтений не возникло. Потом — распределение. Я еду в банк, а ребята закупаются продуктами на выходные. Со всеми вопросиками мы должны справиться к двум часам. А в три ничто не мешает встретиться с моими друзьями и пойти куда-нибудь.
Сказано — сделано.
Деньги в этот раз были прикреплены под сиденьем в кабине Колеса Обозрения. Мы отправили туда Федю, как ценителя всевозможных аттракционов. Мальчишке пришлось подождать несколько минут, чтобы сесть в «правильную» кабину. Вышел он уже с чеком на кругленькую сумму, который чуть позже передал мне. Разумеется, оружейник послал не себя, а проекцию, которая зашла в подъезд многоэтажного дома и там благополучно растворилась.
Чуть позже я сгонял на Монетный бульвар, обналичил в «Империал-Банке» треть суммы и поехал в центр города. Повторил операцию в филиалах «РайфКредитБанка» и консорциума «Динькофф». С огромной кучей бабла прикатил домой, поделил всё по-братски и вновь отправился на рандеву с банкирами, только уже ганзейскими. Меня сразу провели в приватную комнату, напоили вкусным чаем, предоставили полную и сжатую версии отчёта, а также с превеликим удовольствием приняли хрустящие купюры. Вениамин Бабарыкин отметил, что появились интересные направления для инвестиций и передал слово финансовому консультанту.
Насколько я понял, в мире набирает обороты авиастроение.
Ведущие державы вложились в разработку сверхбыстрых пассажирских авиалайнеров, которые будут перемещаться по воздуху быстрее дирижаблей. Сейчас всё находится на стадии конструкторских разработок, но лет через десять-пятнадцать… В общем, мне предлагали инвестировать в ведущие проекты небольшую сумму денег, а остальное раскидать по «голубым фишкам».
Ознакомившись с отчётом, я согласился.
Ганзейские умы весьма удачно вкладывали мои деньги, и я полностью доверял их советам. Тем более, что они получали свой процент прибыли с ликвидных активов.
Примерно в половине второго я въезжал в паркинг родного ЖК.
Дома первым делом сел на телефон и начал звонить по номерам одноклассников. Идея совместного отдыха поначалу мне не понравилась — всегда есть шансы на то, что Федя сболтнёт лишнее. С другой стороны… Уж больно замкнутый образ жизни я веду, а это подозрительно. Подростки дружат и за пределами школы. Ходят в кино, сидят в кафешках, развлекаются кучей разных способов. Выглядишь «своим в доску» — и к тебе никто не присматривается. А соседи пройдут через жёсткий инструктаж по поводу чрезмерных откровений.
Маро не подняла трубку.
А вот Ираклий с Игорем Гридневым восприняли идею потусоваться вместе с энтузиазмом. Игорь предложил сходить в шарокатный клуб, Ираклий — к игровым автоматам. В итоге мы приняли решение встретиться на Площади Безымянного Героя, откуда можно было поехать в любом направлении.
— Я думала, на машине поедем, — расстроилась Джан, когда я заявил, что мы топаем на канатку. — Мне пару вещичек прикупить надо.
— Пару вещичек, — передразнил Федя, натягивая кепку с квадратным козырьком. — Мы тогда и до вечера не справимся.
Морфистка открыла рот, чтобы возмутиться, но я тут же пресёк разгорающийся конфликт:
— Не ссорьтесь. На машине мы не едем, потому что она двухместная, а нас трое. Конечно, если Фёдора засунуть в багажник…
— Но-но-но! — оружейник воздел палец-сардельку в праведном гневе. — Попрошу без этого всего!
— Да он не поместится, — хмыкнула Джан.
Дождавшись, когда все оденутся, я окинул своих друзей оценивающим взглядом. Джан выглядела просто сногсшибательно — обтягивающие джинсы, тёплый кардиган с крупной вязкой, перчатки и зонтик-трость. Волосы распущены и смотрятся просто восхитительно. Пахнет дорогим женским парфюмом — освежающим, но без приторной сладости.
— Поймаем такси, — сжалился я.
— Другой разговор, — одобрил мои действия ленивый Федя.
В лифте я решил провести небольшой инструктаж:
— Важный момент, коллеги. Держим язык за зубами. Где мы живём — это никого не касается. Максимум — район. Ни слова о Кромсателе. Ни слова о ваших способностях. Никаких намёков на большие деньги. Нельзя упоминать радиостанцию, огнестрельное оружие, пули, артефакты, Бродягу…
— О чём-то говорить можно? — робко поинтересовался Федя.
— Можно. О погоде, развлечениях, левых темах. О школе — пожалуйста. Чувствуете нездоровый интерес к запретному — переводите разговор в другое русло. Спросите у Ираклия, как его дед собирает мандарины. Или про то, как идут дела в их недавно открытой пекарне. Его сразу понесёт, и мы отобьёмся.
— Ты не очень-то им доверяешь, — заметила Джан.
— Я никому не доверяю, — двери лифта, звякнув, раздвинулись. — Кроме вас.
— И на том спасибо, — улыбнулась морфистка.
Такси нам удалось поймать минут через десять — возле неработающей семейной гостиницы «Нино». Мне всегда нравился этот милый отельчик. Три этажа, широкие террасы с маркизами и плоская крыша со стеклянным ограждением. Говорят, летом здесь заработает ресторан, в который пускают не только постояльцев.
По дороге Джан все уши прожужжала мне про Маро и про то, что хотела бы с ней познакомиться. Контраст поразительный, и я пришёл к умозаключению, что морфистка разработала новую стратегию. Изучить «соперницу», найти её слабые стороны, показать, что я «занят». Женские штучки…
Мы вышли на Площади Безымянного Героя, и я сразу увидел ребят. Вот только было их гораздо больше, чем я рассчитывал. Рядом с Гридневым стояли Ева и Регина, а Ираклий привёл братишку лет семи, точную копию самого себя.
— Надо за ним присмотреть, — виновато сообщил Кучеряшка. — Взрослые поехали в деревню, Бесо не с кем оставить.
Мальчонка был реактивным и не мог устоять на месте. Постоянно что-то лопотал, спрашивал, тыкал пальцами во всё подряд, а потом начал вязаться к Фёдору.
Я представил своих соседей одноклассникам.
Сказал, что мы из одного ПСП, а теперь снимаем на троих квартиру в Новом Городе. Ева с Региной неожиданно восхитились — это ж полная самостоятельность! Без родительского надзора, учителей фехтования, гувернёров и прочей муры! Посыпались вопросы, на которые неожиданно ловко отвечала Джан. Потом мы решили отправиться к игровым автоматам в пассаже «Аттика», где незаметно пролетело полтора часа. Следующим пунктом нашей программы был шарокат, здорово смахивающий на боулинг. Лучше всех кегли сбивала Ева, а потом начало везти Игорю, но мы быстро просекли, что он мухлюет, применяя телекинез.
Федя неожиданно быстро сошёлся с Бесо.
Мальчишки играли в настольный хоккей, пачками пожирали мороженое и без умолку трещали обо всём на свете. Регина и Ева мило щебетали с Джан, и я малость расслабился. Прямо идиллическая картина. Школьники отдыхают, строят планы, забыв обо всём на свете. Правда, разговаривают не о спутниках, ракетах, «Артеке» и стройотрядах, а больше о родовых поместьях и светских сплетнях. Джан свою биографию не скрывала — её родственники давно покинули пределы Российской империи, а Волки не имели власти в черте Фазиса. Насколько я понял из разговоров, морфистка происходила из весьма именитого халифатского Рода, о котором слышали даже Ева с Региной. Кто бы мог подумать…