Отступник на краю империи (СИ)

Паз развалился на части, карта осталась в моих пальцах.
— Сюда нельзя, — в голосе охранника неуверенность. — Без документов…
Никто не собирался меня задерживать, я же владею магическим ключом. Значит, я постоялец, хоть и нарушаю неизвестные протоколы. Подумаешь, выгляжу как домушник из порнороликов. С кем не бывает. Холодно, зима. Нравятся человеку вязаные вещи, прикрывающие лицо в непогоду.
Охранник открыл рот, собираясь ещё что-то сказать, но я хлопнул по кнопке, запирая капсулу изнутри.
Посадка прямо как в лифте. Внутренние и внешние створы. Уютный салон, в котором без труда может разместиться человек шесть. Как я и говорил, в общем. Правда, кресла располагались напротив друг друга, были кожаными и по виду не дешёвыми. Окна отсутствовали напрочь, но это ничуть не напрягало. На что мне смотреть, если снаружи только мрак и тлен? Ищу глазами хоть какие-то намёки на систему управления. Обнаруживаю изысканный столик в центре с двумя вмонтированными кнопками. Помечено стрелками «вперёд» и «назад».
Люблю простые решения.
Жму на зелёную стрелку и усаживаюсь за столик, одновременно снимая балаклаву. Всё, камер нет, можно расслабиться. Капсула со щелчками отстыковывается от заглушки, плавно трогается с места и уходит в разгон. Слышится знакомый каждому жителю мегаполиса гул.
Эх, всегда мечтал прокатиться в персональном вагоне метро. Выглядит всё так, словно и не в поезде сидишь, а в какой-нибудь подводной лодке. Кожа, дерево, хром, полировка. Торцевые части капсулы закруглены и представляют собой уже знакомые мне люки. По сути, я еду в благоустроенном цилиндре и совершенно не понимаю, кто им управляет. Ясно, что где-то подо мной скрыт двигатель, разгоняющий эту конструкцию, но опять же… Скорость явно ниже, чем у обычного поезда. Значит, и лошадок в моторе поменьше.
Интересно, сколько времени уйдёт на поездку?
Капсулы, похоже, автоматические. Не роботизированные, тут Илоном Маском и не пахнет. Возможно, это вертикальные лифты, движущиеся на тросах, или пневматическая труба со сжатым воздухом. Гадать можно до бесконечности. Работает и работает.
Я пропустил момент, когда в капсуле нарисовался второй пассажир.
Ненавижу прыгунов. Они как фокусники, только злые и с мечами. Этот материализовался в метре от меня, аккурат между люком и вросшим в пол столиком.
— Руки на стол.
Изучаю пришельца.
Чёрная форма, отсутствие нашивок. Аккуратная стрижка, без всех этих новомодных бакенбардов. И внушительных размеров парные ножи, выставленные вперёд. Грамотная стойка, сразу видно, что человек профессионально занимается единоборствами.
— Сейчас ты положишь руки на стол, — продолжил одарённый, — и будешь сидеть до прибытия на станцию. Там нас встретят. Покажешь документы. Если всё в порядке, отпустим с извинениями. Но скажу прямо, ты мне не нравишься.
Сижу, не шелохнувшись.
— Я не собираюсь повторять два…
Обширный участок пола под ногами охранника внезапно утратил вещественность. Грозный страж порядка не успел ничего предпринять. Руки с ножами взлетели вверх, а самого прыгуна затянуло в призрачную полынью с хрустом, чавканьем и прочими звуками электромясорубки. Под аккомпанемент из душераздирающего вопля. Когда голова противника скрылась из вида, я зарастил прорезиненное покрытие и всё, что находилось внизу.
Жуткая смерть.
Чувака размазало по рельсам.
А в следующую секунду капсула начала тормозить. В голову пришло запоздалое понимание: встрял. По словам охранника меня ждёт делегация, и эти ребята настроены недружелюбно.
 Глава 3 
Всё-таки рельсы.
И протянутые под самым потолком кабеля, что сразу вызывает в памяти образ трамвая на электротяге. Рассмотреть это было проблематично, учитывая скудную освещённость тоннеля.
Ладно, чего уж тут.
Спасибо, что «железку» током не напитали.
Взобравшись по неприметным скобам на углубление заглушки, я сделал поверхность створок прозрачной и всмотрелся в задверье.
Платформа.
Закругляющийся потолок, причудливо изогнутые арки и хрустальные люстры. Барельефы с античными мотивами. Колонны, облицованные голубым и зелёным мрамором. Несколько скучающих пассажиров и три типа, которые… заходят в соседнюю шахту. Точнее — в открывшуюся капсулу, на которой я приехал.
 
— Где они?
— Мыслесвязи нет, Витя.
— Как нет? Он же внутрь телепортировался.
Голоса приглушены створками, но я всё слышу. Есть подозрение, что после инициации мой слух обострился.
Ждать нельзя.
Просачиваюсь на платформу и топаю к эскалатору. Веду себя естественно, словно я пассажир, спешащий по своим делам. Другие аристо провели по мне скучающими взглядами. Видимо, решили, что я прыгун.
Разговоры охранников доносятся обрывками.
— Тут нет… люков…
— Вентиляцию проверь…
— Да… не пролезть…
Эскалатор выносит меня к общей платформе. Чтобы пройти через турникет, надо вставить карту в прорезь. Несколько шагов — и меня затягивает в человеческий водоворот. Гул толпы, шум прибывающего поезда, фигуры людей, скользящих на эскалаторе вверх…
Здесь, насколько я помню, нехилая развязка.
Узел, в котором сходятся сразу три линии, да ещё приватные капсульные ветки.
В общем, легко затеряться, что я и делаю.
Толпа увлекает меня на платформу, заносит в вагон метро. Осторожно, двери закрываются. Мне показалось, или воздух породил у дальней колонны призрачную фигуру? Надеюсь, что показалось. Задолбали уже…
Поезд устремился во мрак, мне заложило уши.
Несколько минут перегона, и приятный женский голос объявляет следующую станцию — Охотный Ряд. Здесь, как я понял, названия линий и некоторые станции дублируют то, к чему я привык в своём мире. Дублируют, но не тотально. К примеру, Арбатская, Цветной бульвар и Трубная сохранились. А вот Красно-Пресненская, Маяковская и Проспект Мира канули в небытие. Вместо них на схеме красуются Баратынский Пассаж, Империал-Плаза и таинственный Генералитет.
Продолжаю изображать из себя унылого простолюдина.
Спешу на завод, никого не трогаю.
Эскалатор, кабина охранника, кассы с жетонами и километровые очереди к ним, подземный переход с вездесущими газетными киосками…
На меня пахнуло холодом.
Ледяным, мать его, холодом!
Поднявшись по ступенькам, я покинул каменный склеп и оказался в заметённой снегами Москве. Даже не верится, что выбрался.
Что там у нас с такси?
* * *
Проблемы обрушились на меня в ноябре, и с тех пор шли нескончаемым потоком. Говорят, что жизнь — это чередование белых и чёрных полос. У меня же — сплошная беспросветная жопа.
Начну с того, что Туровская духовная семинария возжелала собрать в одной точке всех резервистов. В извещении, которое было выслано инквизиторами на имя директора Андерсона, сообщалось, что мне надлежит явиться в Туров не позднее 4 января 1979 года и пробыть там весь остаток каникул, участвуя в «развёрнутом тестировании» потенциальных абитуриентов. Само собой, никто не возьмётся за моё обучение без аттестата. Сначала надо закончить школу, получив среднее образование, а уж затем поступить в распоряжение святых отцов. Опять же, если они заинтересуются моей скромной персоной.
Я подробно расспросил всех, кого только можно, об этих сборах. Ну, и немножко напряг Алису, которая потратила день на погружение в тему. Картина получалась следующая: если на зимних каникулах руководство семинарии решит, что я достоин там обучаться, мне несдобровать. Летом заберут на подготовительные курсы, следующей зимой — ещё на одни. После получения аттестата автоматом зачислят на первый курс. Опять же, после летнего сбора, на котором определятся с направлением моей будущей деятельности. И уже не отвертеться. Семинаристы превращаются в инквизиторов и работают на благо системы до глубокой старости.
Второй вариант. На сборах выясняется, что я не пригоден к духовной службе, и меня отпускают на все четыре стороны. Снимают с учёта и благополучно забывают о моём существовании. И я, разумеется, жажду именно такого сюжетного поворота. Значит, что?