Обреченный трон (ЛП)

— Привет, братишка, — промурлыкала она, склонив голову на одну сторону, когда двинулась дальше в летний домик. — Меня здесь не должно быть. — Она хихикнула, озорно оглядываясь по сторонам. — Папочка не хочет, чтобы я навещала тебя.
— И почему? — потребовал я, моя кровь кипела, когда она, как фантом, перемещалась по комнате.
Мой желудок скрутило, когда я рассматривал ее. Она сама не своя. Тени поглотили ее. Но я видел в ее глазах частички моей сестры, так что, конечно, она ведь сможет вернуться ко мне? Тори вернулась. Так почему не она?
— Потому что ты плохой, плохой мальчик, — сказала она с сумасшедшей улыбкой. Она взобралась на спинку дивана, на цыпочках пройдя вдоль нее, и с интригой посмотрела на меня.
— Послушай меня, — процедил я. — Лайонел — твой враг, ты заперта в тенях.
Она взмахнула рукой, и я вскрикнул, когда тени обхватили мои органы, сдавливая их так, что казалось, будто они вот-вот лопнут. Мне удалось устоять на ногах только потому, что она поддерживала меня в вертикальном положении своей силой.
— Не смей говорить гадости про Папочку. Он заботится обо мне, он любит меня.
— Он не любит ничего, кроме себя, — прорычал я, и Клара вскрикнула, как будто я ударил ее.
Она спрыгнула с дивана, приземлившись передо мной и обхватив мое лицо руками, рассматривая знакомые веснушки, усеивающие ее нос. Ее прикосновение было ледяным, а глаза затуманились тенью. Однако под ними виднелся проблеск моей сестры, которая только и ждала, чтобы выйти наружу. Я знаю, что ты там.
-Клара, — прохрипел я. — Разве ты не помнишь меня?
Ее пристальный взгляд скользнул по моему лицу, гнев в ее чертах исчез, пока вместо него их не заполнила тоска. Слезы покатились по ее щекам, и она сделала небольшой и полный надежды вдох.
— Лэнс, — выдохнула она, падая вперед и держась за меня. Тени перестали контролировать мое тело, и я ахнул, обхватив ее руками, ее хрупкое тело прижалось к моему. Ее плечи вздрогнули, а ногти в отчаянии впились мне в спину. — Помоги мне, — всхлипнула она. — Не отпускай меня. Пусть это закончится здесь. Больше не могу, не могу, не могу.
Боль пронзила меня при ее словах, и я пожалел, что не знаю, что делать. Я прижал ее к себе, мое сердце бешено колотилось, когда я взял ее за подбородок и приподнял ее голову, чтобы она посмотрела на меня. Ее нижняя губа задрожала, а туман в глазах рассеялся, так что ее прекрасные черные радужки засияли мне в ответ.
— Это действительно ты? — спросил я в отчаянии, и она кивнула.
— Я здесь. Я всегда здесь, — сказала она сдавленным голосом. — Но она тоже здесь.
— Что ты имеешь в виду? — потребовал я, держа ее и пытаясь понять, что делать. Как, черт возьми, я могу ей помочь??
Она внезапно зарычала, отпрянув от меня и вытянув руку. Тени прижали меня к земле спереди, и ее босая нога впилась мне в позвоночник.
— Никчемное маленькое животное, не прикасайся ко мне. Только мой король может прикасаться ко мне!
Тени вонзились глубже, зарываясь в мою грудь, и агония пронзила мои конечности. Моя челюсть сжалась, когда я оказался в их власти и почувствовал, как они обвиваются вокруг моего сердца, сжимая, сжимая, сжимая.
— Оно лопнет, и тогда ты больше никогда не расстроишь ни меня, ни папочку, — прошипела она, а я сопротивлялся сильнее, пытаясь вырваться, но ее сила всепоглощающа.
— Остановись! — Голос Тори наполнил воздух. — Нашему королю он нужен живым. Он возненавидит тебя, если ты убьешь его.
Клара остановилась, обе ее пятки врезались мне в спину, когда она полностью навалилась на меня.
Клара приостановилась, оба ее пятки впились мне в спину, когда она полностью встала на меня.
— Возненавидит меня? — задохнулась она.
— Да, он сам мне об этом сказал, — твердо сказала Тори, и тени внезапно ослабли, отпустив меня, так что я облегченно вздохнул. — Он ищет тебя.
— Ох, папочка, что я наделала?! — Клара выбежала за дверь со скоростью Вампира, исчезая в темноте.
Я поднялся на ноги, исцеляя себя.
— Спасибо, — вздохнул я, а Тори грустно улыбнулась и закрыла за собой дверь.
 
Меня каждый день преследует мысль о том, что моя сестра трахается с Лайонелом Акруксом. Что она находится в плену теней. Она сама не своя. Я просто не знаю, что делать. У Тори есть ее Феникс, который помогает держать тени в стороне, но если Дарси не придумает, как изгнать тени от всех нас, я не представляю, как смогу спасти Клару.
— Я должен помочь ей, — тяжело сказал я, и Тори нахмурилась, вызвав у меня страх, что она может высказать то же, что и раньше. Что Клара не сможет вернуться. Что ее там нет. Но я только что убедился в этом сам. — Не говори, что ее нельзя спасти, — хрипло сказал я, отвернувшись от ее мрачного выражения лица.
— Я и не собиралась, — серьезно ответила она. — Вообще-то… теперь, когда я сама побывала рабом теней, я думаю, что, возможно, ты прав. Но это все равно не объясняет, как она смогла выжить после всего того времени.
— Я знаю, — вздохнул я, проводя рукой по лицу, прежде чем с потребностью посмотреть на пустую бутылку бурбона, которая никак не хотела утихать.
— Хочешь еще? — поддразнила Тори.
Я повернулся и обнаружил, что иллюзия сместилась с ее стороны, показывая бутылку бурбона в руке. Я посвятил некоторое время тому, чтобы научить ее тому, чему научил Дарси, и, блядь, они обе быстро обучались.
— Ты и твоя сестра однажды превзойдете меня. — Я ухмыльнулся, а она повторила мое выражение лица, протягивая мне бутылку.
Я взял ее, прихватил с кухни еще один стакан для нее и налил каждому из нас, и все это менее чем за две секунды.
— Почему ты поощряешь мою дурную привычку, Тори Вега? — подозрительно спросил я.
— Думаю, ты сможешь сам вылечить себя от гниения печени, когда захочешь, так что вряд ли это такая уж плохая привычка, — сказала она, с ухмылкой отпивая из своего бокала.
— Выпьем за это. — Я стукнул своим бокалом об ее бокал, после чего осушил половину из своего, жжение по пути вниз к желудку немного ослабило удушающую боль от встречи с сестрой в таком состоянии.
— Итак, у меня есть еще один маленький подарок для тебя, — сказала она, плюхнувшись на диван, а я сел в кресло напротив.
— Не могу поверить, что ты вспомнила, что у меня день рождения, — удивленно произнес я, и ее губы приоткрылись.
— Да… конечно, чувак, — сказала она, попытавшись притвориться. — Отсюда и все подарки, да.
— Он будет завтра. — Я издевательски ухмыльнулся, а она нахмурилась.
— Ладно, неважно, я не помню. Но я явно получила очки, поскольку мое подсознание сказало: «Принеси Лэнсу кучу крутого дерьма». И я даже не буду сегодня бить тебя по яйцам, так как чувствую себя очень щедрой. Так ты принимаешь мой подарок или нет?
— Тогда давай. Но если это не ключ к моей свободе, не восстановление моего положения в обществе и не твоя сестра, завернутая в бант, настроенная простить меня, то, вероятно, это не то, чего я хочу.
Она хихикнула.
— Продолжай мечтать о последних двух. Но первое… — Она сдвинула брови и полезла в карман, доставая золотое кольцо с красным камнем в верхней части. — Я нашла это сегодня в покоях короля, — прошептала она. — Я думаю, оно принадлежало моему отцу.
— О, Тори… я не могу это надеть.
Близнецы рассказали мне о видении, в котором им явился их отец, которого Лайонел приказывал Темным Принуждением, и с тех пор это не давало мне покоя. Я принципиально ненавидел Дикого Короля в течение многих лет. Я больше всего на свете хотел, чтобы Дариус и другие Наследники вместе заняли трон, чтобы Вега не сумели отнять его у них, опасаясь, что в их жилах течет кровь их отца. Но я так чертовски ошибался. Не только насчет них, но и насчет него. Все королевство обвинило Хейла Вега в злодеяниях, которые он совершил, а ведь все это время его коварный друг нашептывал ему на ухо. Это изменило все. И ничего. Ведь всё уже сделано, история. Но зато это дало мне еще тысячу причин презирать Короля Дракона. Как будто они были мне нужны.