Обреченный трон (ЛП)

Мое сердце забилось при виде Наследников, ожидавших нас там. Дариус, Макс, Сет и Калеб были одеты в нарядные костюмы и внимательно наблюдали за нашим приближением. Я видел, как шевелились их губы, а рука Калеба обвилась вокруг руки Дариуса, когда мой брат уставился на Тори. От напряжения в его позе у меня защемило в груди, и он твердо кивнул Калебу, хотя это действие, казалось, причиняло ему боль. Очевидно, что они разговаривали в заглушающем пузыре, но как только мы подошли достаточно близко, они рассеяли его и все двинулись вперед, приветствуя свои семьи.
Дариус притянул меня в объятия и сказал низким голосом мне на ухо.
— Это твоя ночь, Ксавьер. Наслаждайся ею.
Я улыбнулся ему, когда он отпустил меня, но моя улыбка померкла, когда его взгляд снова переместился на Тори, а она вела себя так, словно он был невидимкой. Мне было больно видеть их вдвоем в таком положении. Разве недостаточно того, что они были Несчастными? Теперь еще и мой отец должен был так поступить с ними? Это неправильно. Иногда я совсем не верю в звезды. Трудно принять, что они когда-нибудь будут на нашей стороне, когда все, что я вижу от судьбы в эти дни — полная хуйня.
— Начнем, — ярко сказала Зенит.
Мое сердце колотилось о грудную клетку, когда она приказала нам пятерым встать в круг, а наши родители и Тори встали позади нас. Было легче сосредоточиться, когда отца больше не было видно, и я улыбнулся Хэдли, стоявшего напротив меня, и ухмыляясь, как наглый болван.
Зенит встала между нами, когда Нова отошла посмотреть, а Афина и Грейсон схватили меня за руки по обе стороны от меня.
— Вот так, возьмитесь все за руки, — сказала Зенит, ее глаза окинули нас оценивающим взглядом.
Эллис и Хэдли взялись за руки, затем за руки близнецов, так что мы все оказались соединены в круг.
— Для меня величайшее удовольствие пробудить сегодня ваши Элементы, — объявила Зенит. — А теперь, пожалуйста, поднимите головы к небу, так как пришло время звездам пробудить вашу внутреннюю силу.
Я откинул голову назад, ухмылка, пожирающая мои губы, тянулась по моему рту, потому что, черт возьми, я наконец-то получу магию. Я больше не буду полностью беззащитен. Я буду учиться, стану сильным и, возможно, смогу помочь своему брату и его друзьям в борьбе с ублюдком Драконом, который называет себя моим отцом.
Звезды над головой были бесконечно яркими и сверкали, как миллионы огней, наблюдающих за миром, разворачивающимся под ними. Я чувствовал, как их сила пульсирует в воздухе, вливая в мои вены прилив бодрости. Может, они и были мудаками, но сегодня они сделают для меня хотя бы одну хорошую вещь.
— Virtus aquae invocabo1! — крикнула им Зенит.
— Вот так, возьмитесь все за руки, — сказала Зенит, ее глаза окинули нас оценивающим взглядом.
Эллис и Хэдли взялись за руки, затем за руки близнецов, так что мы все оказались соединены в круг.
— Для меня величайшее удовольствие пробудить сегодня ваши Элементы, — объявила Зенит. — А теперь, пожалуйста, поднимите головы к небу, так как пришло время звездам пробудить вашу внутреннюю силу.
Я откинул голову назад, ухмылка, пожирающая мои губы, тянулась по моему рту, потому что, черт возьми, я наконец-то получу магию. Я больше не буду полностью беззащитен. Я буду учиться, стану сильным и, возможно, смогу помочь своему брату и его друзьям в борьбе с ублюдком Драконом, который называет себя моим отцом.
Звезды над головой были бесконечно яркими и сверкали, как миллионы огней, наблюдающих за миром, разворачивающимся под ними. Я чувствовал, как их сила пульсирует в воздухе, вливая в мои вены прилив бодрости. Может, они и были мудаками, но сегодня они сделают для меня хотя бы одну хорошую вещь.
— Virtus aquae invocabo! — крикнула им Зенит.
Воздух застыл, и я перестал дышать в ожидании, напряжение охватило атмосферу, когда вокруг меня воцарилась тишина. Затем капли воды усеяли мои щеки, и я рассмеялся, когда водный Элемент влился в мои мышцы, разливаясь по телу, как переполненное озеро.
Эллис засмеялась, и сзади меня раздался звук возбужденных аплодисментов.
 
— Это моя девочка! — воскликнула мама Эллис, а Тиберий радостно воскликнул.
— Замечательно, у вас двоих есть Элемент воды, — объявила Зенит.
— Похоже, ты не сможешь утопить меня, Афина, — поддразнил ее Хэдли, и она надулась.
Я вдохнул, и магия во мне закружилась, как в водовороте. Я был двойным Элементалем. Без сомнения. Мой знак зодиака связан с огнем, так что у меня будут те же стихии, что и у брата, в конечном счете. Я не мог такого ожидать.
— Все сосредоточьтесь на небе. Rogo vim aeris2! — Зенит воззвала к небесам.
Волосы Грейсона и Афины зашевелились от ветра, которого я не чувствовал, и они возбужденно закричали.
— Прекрасно, в вас обоих пробудилась стихия воздуха, — сказала Зенит близнецам, и я усмехнулся, когда они оба сжали мои руки. — Invoco virtutem ignis3!
У моих ног вспыхнуло тепло, и я усмехнулся, глядя на огонь, кружащий вокруг меня.
— Да, блядь! — воскликнул Хэдли, когда вокруг него тоже вспыхнул огонь. Я усмехнулся, заметив клыки в его рту и жажду крови в его глазах, когда проявился его Орден.
Наследники все начали ликовать позади меня, и ухмылка растянулась по моему лицу, казалось, навсегда. Я был свободен, скоро я буду учиться овладевать своей силой в академии, в которой мечтал учиться всю свою жизнь. Этот день начинал соперничать с моим первым полетом в качестве Пегаса.
— Замечательно, Ксавьер, — донесся до меня мамин голос.
Моя грудь вздымалась, когда тепло Элементаля распространялось по моему телу, согревая каждый дюйм меня, и ощущение реальной силы пульсировало в моей груди.
— Вот дерьмо, — Глаза Хэдли потемнели, он задыхался и бросился на Зенит, которая тут же протянула ему руку, словно видела это тысячу раз. Его клыки вонзились в ее тело, и он глубоко пил из нее, насыщая свою жажду крови. Наконец он вырвал клыки и удовлетворенно усмехнулся, отступая назад, снова вступая в круг.
— Вы обладаете даром огня, Ксавьер Акрукс и Хэдли Альтаир, — объявила Зенит, и я почувствовал на себе взгляды всех остальных, поскольку никто еще не получил второй Элемент. Но Земля была последней, поэтому Хэдли обязательно получит ее, так как он Дева, и остальные тоже, несомненно, получат ее. Я снова посмотрел на небо, когда Зенит прокричала звездам свою последнюю команду. — Rogo vim terrae4!
Я посмотрел вниз и увидел, как вокруг ног Хэдли выросла трава, жадно вьющаяся по его телу. То же самое происходило и с близнецами, и они возбужденно смеялись. Я взглянул на Эллис, желая увидеть то же самое, но там ничего не было, и только через секунду я понял, что она смотрит на меня с ужасом в глазах. Что-то пощекотало мою руку, и я перевел взгляд на нее, мое сердце заколотилось в полном неверии, когда я обнаружил, что трава тоже обвивается вокруг моего тела.
— Святое дерьмо, — вздохнул я.
— У него три стихии! — вздохнула мама, и я повернул голову посмотреть на свою семью. Глаза отца были широко раскрыты, их наполняла гордость, которую я никогда в своей чертовой жизни не видел направленной на меня.
— У моего сына три стихии! — засмеялся он, дважды быстро хлопнув в ладоши, и по моим щекам поползло тепло. Я все еще ненавидел этого засранца, но, возможно, я был лопухом, потому что сейчас он смотрел на меня так, как я всегда хотел, и это было чертовски приятно.
Дариус улыбался во весь рот, а другие Наследники выглядели потрясенными. Это было так странно — быть в центре внимания после того, как меня так долго держали взаперти, прятали и игнорировали. Но мне это очень нравилось.
Тиберий начал утешать свою жену, которая разрыдалась, и мое сердце сжалось от боли за Эллис, когда эмоции ярости оставили ее. У нее был только один Элемент, и это должно быть отстойно — видеть, как мы все обретаем больше власти, чем она. Макс фыркнул, едва скрывая смех, и остальные Наследники набросились на него, все четверо вдруг засуетились и зааплодировали. Но было трудно сосредоточиться на чем-либо, кроме взгляда отца. Того, как впервые в жизни он увидел во мне ценного человека. Мое нутро внезапно сжалось, и счастье от этого факта улетучилось, когда я понял, что это значит.