Обреченный трон (ЛП)

— Я этого не говорил, — прорычал я.
— Значит, ты готов склониться передо мной? — поддразнила она, и мой позвоночник выпрямился в явном отказе.
— Я не хочу ссориться с тобой, — сказал я низким тоном, и она рассмеялась.
— И тем не менее, все время, пока это висит между нами, разве не будем мы всегда ссориться в глубине души? Когда дошло до дела, твоя семья предала мою. Твой отец забрал у нас все. Шанс вырасти в мире, где нас любят, шанс рано обрести силу и научиться всему тому, что тебе дается так легко. И даже после всего, что произошло, ты все еще хочешь продолжать обкрадывать нас, не так ли? Ты все еще считаешь, что ты и другие Наследники более достойны сидеть на троне, чем мы. Несмотря на то, что это наше право по рождению. Несмотря на то, что мы более могущественны, чем вы. Даже несмотря на то, что нам пришлось потерять все, чтобы оказаться там, где мы сейчас. — Ее глаза горели эмоциями, которые она редко кому позволяла видеть, и я метался между желанием обнять ее и потрясти.
— Рокси, — сказал я грубым голосом, шагнув вперед и делая движение, чтобы поймать ее руку, так как гнев пронзил меня из-за ее обвинений. Но она сдвинулась так, что я не успел дотронуться до нее, моя рука ничего не поймала, когда она отпрянула назад, и зверь во мне злобно зарычал. — Если бы я мог вернуться назад и все изменить, я бы это сделал. Но это не изменит реальности, в которой мы сейчас живем. У меня и у Наследников достаточно политических знаний, силы характера и магической подготовки, чтобы гарантировать, что мы — единственные реальные кандидаты на то, чтобы править этим королевством после свержения моего отца. И если бы ты перестала быть такой чертовски упрямой и взглянула на это логически, то увидела бы…
— Хватит, — огрызнулся Габриэль, встав между нами и одарив меня яростным взглядом, который так и напрашивался, чтобы я выбил его с его лица. — Если так пойдет дальше, нас обнаружат здесь, и ваши препирательства ничего не решат. Ты слишком упрям и своенравен для этого. — Его слова могли быть адресованы нам обоим, но по тому, как он уставился на меня, ясно, кому они адресованы.
— Какие-то проблемы? — зарычал я на него, но вместо того, чтобы клюнуть на приманку, которую я ему подкинул, он только вздохнул.
— Я часто имею дело с гораздо более раздраженными мужчинами, чем ты, Дариус, и ты не заставишь меня драться только потому, что твоя гордость уязвлена. Мы пришли сюда по определенной причине и должны довести ее до конца. — Он бросил страдальческий взгляд на портрет своей матери, затем отошел от меня и направился к креслу, стоявшему в центре комнаты.
Настоящий трон, выполненный из стекла, который отражает свет и, казалось, искрится от бесконечной магии. Он инкрустирован серебряными драгоценными камнями, которые, я уверен, были осколками метеоритов, и на его поверхности были нанесены все созвездия.
Рокси двинулась за ним, не тратя больше времени на меня, и я мысленно пробормотал проклятия ей и себе, следуя за ними. Чем скорее она смирится с тем, что ей придется склониться перед нами, тем лучше.
Габриэль опустился на стеклянный трон, протянул руку, провел пальцем по подлокотнику и застыл, его взгляд на несколько секунд заволокло видение, после чего он отдернул руку и покачал головой, отгоняя его.
— У нас мало времени, — пробормотал Габриэль, и Рокси взяла его за руку, крепко сжав его пальцы, прежде чем он посмотрел на меня через плечо. — Ты должен записать все, — сказал он. — Потому что я не знаю, что увижу, но знаю, что это, возможно, самое важное видение во всей моей жизни.
Вскинув бровь, я молча достал свой атлас из кармана и включил запись.
Габриэль поцеловал голову Рокси, затем отвел ее на несколько шагов назад от стеклянного кресла, после чего повернулся к нему спиной и медленно опустился на него.
Он резко вдохнул, и огонь в каждом бра в комнате потух под сверхъестественным ветром, который поцеловал мою кожу и заставил меня задрожать. Когда мы погрузились в полумрак, рука Рокси нашла мою в темноте, и я крепко сжал ее, моргая, пытаясь увидеть сквозь кромешную тьму. Я вздрогнул, когда в бра вспыхнуло темно-синее пламя, озарив все вокруг жутким цветом.
 
Все драгоценные камни, вставленные в кресло, начали светиться каким-то внутренним светом, а созвездия, которые они образовывали, проецировались вокруг нас, покрывая стены, потолок и пол, словно мы сами парили среди них.
Руки Габриэля вцепились в подлокотники трона, костяшки его пальцев побелели, а зрачки, казалось, засветились золотым светом, пока все, что я мог видеть в его глазах, было насыщенного золотого цвета, словно я смотрел в лицо звезды.
— Выслушайте меня, ибо его пророчество может изменить ход самой судьбы, — сказал он бесплотным голосом, который совсем не принадлежал ему, а пальцы Рокси сжались на моих, когда она испустила тревожный вздох.
— Смотрите на восток, в сердце восходящей звезды, когда ветер позовет вас, и найдите истоки своего наследия, — твердо сказал он, прежде чем его голос, казалось, умножился и отразился от стен комнаты, и я был уверен, что следующая часть была пророчеством, которого он ждал.
Два феникса, рожденные из огня, восстанут из пепла прошлого.
Колесо судьбы вращается, а Дракон готов нанести удар.
Но кровь обманщика может изменить ход судьбы.
Остерегайтесь человека с нарисованной улыбкой, который держится рядом с вами.
Обратите презренных. Освободите порабощенных.
Опасайтесь тех, кто связан узами. Многие падут, чтобы вознесся один.
Претерпите проклятие. Охотник заплатит цену.
Не повторяйте ошибок прошлого. Сдержите нарушенное обещание.
Загладьте разрыв. Все, что скрывается в тени, не является тьмой.
Кровь прольется наружу. Скрепите свою судьбу. Выберите свою судьбу.
Синий огонь погас в волне, и свет от кристаллов в троне тоже погас, когда вздох Габриэля донесся с трона.
— Габриэль? — взвизгнула Рокси, отпустив меня и бросившись вперед, она зажгла огонь в своей ладони, свет от которого полыхал достаточно ярко, чтобы осветить ее брата, полуразвалившегося на троне.
Я выключил свой атлас и двинулся вперед, помогая ей поднять его на ноги.
— Мы должны уйти сейчас же. Вард уже на пути сюда, — пробурчал Габриэль, едва держась на ногах, когда, спотыкаясь, направился к двери.
— Что случилось, тебе нужно, чтобы я тебя исцелила? — обеспокоенно спросила Рокси, но Габриэль покачал головой.
— Дело не в этом. Просто сейчас на меня обрушилось так много видений, что я едва могу выдержать их тяжесть. Мне нужно сдержать их на время и уйти куда-нибудь, где я смогу разделить их и рассмотреть каждое по отдельности, — объяснил он.
— Тогда давайте уйдем отсюда, — сказала я.
Я обхватил его за талию и перекинул его руку через плечо, после чего поднял его на ноги и направил к двери, почти полностью удерживая его вес на себе.
Рокси поспешила вперед нас и потянула дверь на себя, после чего погасила свою магию огня и вышла обратно в коридор.
— Не туда, — пробормотал Габриэль, когда я повернула направо, и я развернул нас, наполовину неся его, когда мы побежали в другом направлении.
Голос Варда донесся до моего слуха, как раз когда мы повернули за угол. Габриэль указал на гобелен с изображением Гидры, стоящей на склоне горы, и Рокси отодвинула его в сторону, открывая за ним лестницу.
Я втащил Габриэля в проход для слуг, надеясь, что никто из них в данный момент им не воспользуется, а Рокси накинула на нас заглушающий пузырь, и мы начали спускаться по ступенькам быстрым шагом.
Мы свернули, и Габриэль протянул руку, открывая один из королевских проходов с помощью кольца, которое дала ему Рокси, чтобы мы могли проскользнуть в более безопасные туннели, где нас никто не найдет.
— Тебе нужно вернуться назад, Тори, — сказал Габриэль, указывая на голый участок стены справа от нас. — Затем ты сможешь обойти вокруг вечеринки через сады. Дариус вернется другим путем.