Обреченный трон (ЛП)

— Но? — спросила она, глядя на меня так, словно надеялась, что у меня есть ответы, которые ей необходимы, хотя мы обе знаем, что я хреново разбираюсь в таких вещах, чем кто-либо из наших знакомых. Но я догадывалась, что являюсь экспертом в том, чего не следует делать, так что могу дать ей свой совет по этому поводу.
— Но если думаешь, что есть шанс, и любовь между вами может быть восстановлена или что ты однажды сможешь простить его, тогда, пожалуй, тебе стоит открыться такой возможности. Потому что когда-то я думала, что никогда не смогу простить Дариуса за то, что он сделал со мной, и, хотя, я до сих пор этого не сделала, но мне бы хотелось, чтобы у меня появился шанс попробовать. И я не хочу, чтобы ты тосковала по мужчине, которого любишь, когда есть возможность обрести счастье с ним, даже если это лишь слабый проблеск надежды. По крайней мере, надежда есть.
Глаза Дарси наполнились слезами из-за нас обеих, и я грустно улыбнулась, притянув ее в свои объятия, и мы натянули одеяла на головы, как делали в детстве.
— Я не уверена, что есть хоть какая-то надежда, — прошептала Дарси в темноте.
— Знаю, — согласилась я. — Но не быть уверенной лучше, чем быть уверенной, что ее нет. Так что просто подумай об этом, хорошо?
— Хорошо, — согласилась она. — Я подумаю об этом.
Ксавьер
Я побежал трусцой на Территорию Земли на урок Улучшения Орена, взволнованный возможностью полетать со своим стадом. Сегодня у меня было охуенно классное настроение. С тех пор, как я прошел Час Расплаты, дерьмо, казалось, становилось все лучше и лучше.
Дариус и другие нашли Имперскую Звезду, моя мама сбежала от моего отца, а мой рог вырос на два сантиметра за последнюю неделю. Жизнь прекрасна. И в довершение всего, я провел вчерашний вечер, украшая свое барахло блестящими топазовыми стразами и большим бриллиантом, который теперь украшает основание моего члена.
Я не был уверен, что сделал все правильно, но я все выяснил из статьи в Зодиас Уикли. И теперь мне не терпится похвастаться. Раздевание стало чем-то вроде второй натуры, и все другие жеребцы постоянно демонстрируют свои сверкающие достоинства, привлекая внимание самок. Так что пришло время мне сдаться и сделать это. Мне казалось, что это не совсем правильно, но я уверен, что со временем привыкну.
Я поспешил на холм, где все остальные Пегасы уже собрались на занятия. Профессор Клип-Клоп — на самом деле его звали Клиппард, но, похоже, ему понравилось прозвище, которое дали ему ученики — был там, с фиолетовыми волосами, квадратным подбородком и узкими плечами, и уже раздевался, готовясь к переходу.
— Доброе утро, Ксавьер! — приветливо позвал он. — Готов подняться в небо?
— Да, сэр, — усмехнулся я, направляясь к своему стаду, но мое настроение резко упало, когда мой взгляд упал на Тайлера без рубашки, который шептал на ушко Софии и целовал ее шею. Она была в нижнем белье цвета радуги, которое заставило мой член радостно дернуться, но то, как он прикасался к ней, заставило меня поджать губы. Он такой собственнический засранец, с мускулами и волосами, которые всегда выглядят непринужденно развевающимися на ветру, словно он только что пролетел сквозь самое свежее и пушистое облако. Я мечтаю врезать ему по его чертовой роже.
София махнула мне рукой, и я стянул с себя футболку, обнажив широкую грудь, над которой я ежедневно работал в тренажерном зале Лунного Досуга.
Прежде чем я добрался до Софии, Лизель выскочила на моем пути, ее серебристые волосы ниспадали по позвоночнику, а большие глаза обрамлены голубым блеском, который соответствует ее измененной форме.
— Привет, Ксавьер, хочешь полетать со мной сегодня? — Она похлопала ресницами, и я посмотрел поверх ее головы на Софию.
— Да, конечно, — пробормотал я, когда она провела пальцем по моему прессу.
София возмущенно фыркнула, и мое сердце сжалось, когда она посмотрела на Лизель. Она… ревнует?
 
Лизель встала на цыпочки, привлекая мое внимание к себе. Она действительно очень красива, с полными губами, смуглой кожей и ароматом, напоминающим мне леденцы. Но для меня существует только одна девушка, и я планирую заполучить ее и это стадо, как только смогу.
Лизель запустила пальцы в мои волосы, наклонив голову набок.
— Тебе бы очень подошла длинная грива, ты никогда не задумывался о том, чтобы отрастить ее?
Внезапно ее оторвали от меня за волосы, и я обнаружил там Софию, сбившую ее на землю и обернувшуюся, чтобы осыпать ее грязью. Святое дерьмо.
— Жестоко, детка, — засмеялся Тайлер, доставая свой атлас, снимая происходящее.
— Ты, безродная дрянь! — закричала Лизель, бросаясь на Софию, но моя девочка была готова, сильно ударив ее ногой в живот и отправив обратно на землю. София победной рысью обошла вокруг нее, и мой взгляд проследил за ее задницей, когда все больше самцов приближалось.
Рука Хьюберта коснулась моей, когда он шагнул ко мне. Он был на голову ниже меня, с гладкой грудью и красочной татуировкой феи на правом боку. Он был голым, его маленький блестящий член гордо выставлен напоказ. Который был чертовски твердым, пока он пялился на Софию.
Я злобно фыркнул и толкнул его на землю, заставив его заскулить от ярости. Однако он не встал, когда я навис над ним, покорно опустив голову.
— Давайте поднимемся в небо, банда! — позвал профессор Клип-Клоп, и я понял, что сейчас или никогда не смогу продемонстрировать свой новый диджаззл. Никогда бы не подумал, что мне понравится украшать свой член вместо игры в Фортнайт, но все изменилось.
Нервы бушевали внутри меня, когда я снимал туфли, сбрасывал штаны и боксеры, выйдя из них и отведя плечи назад, я посмотрел на Софию. Она вернулась к Тайлеру, но ее глаза были прикованы ко мне, расширяясь, когда они опустились на мой блестящий член.
Несколько самок поменьше одобрительно зашушукались, но мне было не до них дела. Мне нужно лишь одобрение Софии, и когда она закусила губу и шагнула ко мне, мое сердце бешено забилось.
— Хорошо выглядишь, Ксавьер, — промурлыкала она, и я постарался не возбудиться, но, черт возьми, я помешался на этой девушке.
Тайлер топнул ногой, когда остальные девушки столпились вокруг меня, а Лизель даже протянула руку, чтобы потрогать его, пока я не отбил ее руку.
Моя голова уже готова была взорваться от гордости, когда я почувствовал, что один из драгоценных камней оторвался и упал в траву. О нет.
За ним упал другой, потом еще один, пока целый каскад страз не упал вниз и не приземлился между моих ног, а все вокруг в шоке уставились на меня. Нет, нет, нет! Стоп, стоп!
Я в тревоге заскулил, когда последняя из них упала, и, наконец, бриллиант сорвался, и это конец. Наступила тишина, и, клянусь, мимо пронесся несносный перекати-поле.
Тайлер первым разразился смехом, от которого ярость захлестнула каждый дюйм моего существа.
— Что за бесполезное заклинание прилипания ты использовал, приятель?
Я пытался сохранить достоинство, но другие уже вовсю ржали, и у меня возникло желание проделать дыру в земле с помощью магии земли и позволить ей поглотить меня.
— Я использовал клей Беглюзл, — пробормотал я, а потом пожалел, что не промолчал, потому что Тайлер только сильнее расхохотался.
— Эта штука как сахарная вода, — хихикнул он, и я в гневе притопнул ногой, когда к хохоту присоединилось еще больше людей.
Тайлер поднял свой атлас, собираясь запечатлеть это и выставить меня на посмешище всей школе. Но хуй с ним. Я издал яростный клич и бросился на него со всех ног. Он был недостаточно быстр, чтобы уйти с дороги, и я повалил его на землю, сильно ударив головой.
Я обрушил на него свои кулаки, а он с сердитым мычанием отбивался, пытаясь перевернуть нас. Его костяшки пальцев врезались мне в челюсть, я повернул голову, укусив его за руку, и он громко заскулил, заставив нас наконец перевернуться. Я позволил переходу пройти через меня, не позволяя ему одержать верх, и мое тело превратилось в сиреневую форму Пегаса. Я оттолкнул его копытами, и он тоже перекинулся, разорвав свои штаны и приземлившись на четыре мощные серебряные ноги.