Полюби Меня (СИ)

Повисло неловкое молчание. Вчера Александр спьяну брякнул мне о том, что не смог переспать с другой женщиной. Для мужчины признание в подобном необыкновенно травматично. А уж для огромного, сильного и властного Александра — скорее всего он просто ненавидел себя с утра. Да и сейчас избегает смотреть мне в глаза. Вот. Отводит взгляд, словно блики на реке, что видна из окна, занимают все его внимание.
— Я нашла и поговорила с вашей бывшей главой HR. Это она стала той, кто изменил мое резюме и протащил меня к вам на собеседование. Увы, она лично не встречалась с заказчиком. Только получила деньги за работу.
— И поплатиться за это. Я сейчас же оповещу все крупные агентства по найму о том, что она ненадежна. — Александр нашел врага в лице Хелен и очень этому обрадовался. Теперь ему не нужно было объяснять причины своего поведения, искать слова, извиняться за неуместные признания. Поезд под названием «Александр Дарк» несется дальше, а что он снесет на своем пути — проблемы препятствия.
— На долю этой семьи выпало достаточно горя. — мне вспомнилась девочка, худенькая, эфемерная, еще не до конца оправившаяся от болезни. Ее мать, всеми силами цепляющаяся за внешнее проявление благополучия, а сама — того и гляди сломается.
— У каждого, кто хотел навредить «Азаик» были для того достаточно веские причины.
— «Азаик» — это все, что тебя волнует, Александр? У этой женщины дочь, малышка еще. Она только пережила страшную болезнь. Едва не погибла. Ее мама сделала все возможное, чтобы ее спасти. — я попыталась мягко объяснить, что письмо, которое он собрался написать, может уничтожить чужую судьбу. Одно мановение руки, и Хелен светит разве что работа уборщицы в супермаркете. Да и то, не факт. Не спроста мне приходило в голову сравнить Дарка со всемогущим демиургом, одной рукой он мог щедро рассыпать милости: спасать октавийцев, ищущих приют вне острова, жертвовать деньги на детские приюты, помогать строить карьеру своей бестолковой секретарше. Другой рукой он мог уничтожить конкурента, ни на секунду не задумываясь о том, что отправляет людей на биржу труда, наказать предавшего его человека.
— «Азаик», это все, что у меня есть. — Босс сообщал очевидную ему истину, а я едва удержалась от того, чтобы рассмеяться ему в лицо:
— Говорит единственный полноправный наследник самого могущественного рода итхисов.
— Кира, пойми. Если бы не «Азаик» и ежемесячные отчисления в пользу казны Октавии, сидеть мне уже с десяток годов с какой-нибудь своей дальней или ближней родственницей и растить пяток детишек Луны. Деньги «Азаик» — единственное, что стоит между моей семьей и мною. — мужчина утомленно прикрыл глаза. Его похмельную голову подобные пререкания утруждали.
— Не сходится, — мне стало вдруг совершенно ясно. Словно в голове зажглась люминесцентная лампа и разогнала тьму. — Зачем подсылать к тебе эодэртэ, если целью является разрушение «Азаик»? Чисто теоретически, случить у тебя помутнение разума на любовной почве, смогла бы Нора выполнять твою работу?
Синие вены заиграли на бледном лице. Александру очень не понравился выпад в адрес бывшей любовницы. Нужно будет запомнить. Конечно, хорошо, что он столь высокого мнения о тех, с кем когда-то встречался. Люди, поливающие бывших грязью обычно и сами те еще мешки с дерьмом.
— Я доверяю Норе как себе, Кира, она бы никогда…
— Я в этом не сомневаюсь! Но допустим, если бы ты стал вдруг мною одержим, то в самом худшем случае, ты бы просто передал Норе дела корпорации. А быть может даже этого бы не понадобилось. Скорее всего ты, как и Аэрто, решил бы, что нас связала настоящая искра. Ты бы также управлял компанией, просто у тебя появилась бы подружка…
— Жена. Перед лицом общества и закона. — Поправил он меня, словно сказанное было важным: — На что ты намекаешь, Кира? — Александр в упор отказывался видеть очевидное. Он слишком давно привык отрезать себя от политики Октавии. Быть может и вовсе забыл, кем является. А ведь, если Аэрто бесплоден, как и старший сын семейства Дарк, то выходит, что Александр единственный, кто может сесть на место старого короля, когда тот умрет. Ведь, насколько я поняла — фертильность является обязательным фактором при решении всех вопросов наследования у итхисов. Если конечно сам Александр не умрет раньше, чем старый король. Сожженный неестественной страстью, вызванной прикосновением эодэртэ.
 
— Я намекаю на то, что мое появление в качестве твоего секретаря было ударом не по «Азаик», а лично по тебе, Александр.
Теперь до него дошло. Топазовые глаза загорелись, острый клык рассек губу и показалась крохотная капелька крови.
— Мне нужно позвонить дяде, Кира.
Не было необходимости указывать мне на дверь. Я и сама прекрасно поняла, что пора убираться по каким-нибудь делам. Пойти что ли Викки позвонить. Узнать, понравились ли ей туфли, и заодно рассказать о своих приключениях в Европе. Тягучая речь на октавийском раздалась за моей спиной, я обернулась, глянув напоследок на Александра. Тот улыбнулся мне, а во взгляде сквозило такое неприкрытое восхищение, что я покраснела. Потому что восхищался он не моей внешностью, не тем, в какой прекрасной форме я держу свою фигуру и как здорово слежу за волосами. Александру Дарку нравилась моя суть, мой быстрый и такой беспорядочный разум.
  
Глава 12. В которой поезд сходит с рельс. Where the train goes insane
 
Ровно три недели у нас с Александром удавалось делать вид, что его пьяных откровений никогда не было. Я перешла на человеческий режим сна, утром отправлялась на работу, и выполняла инспекцию баров и ресторанов сети. Успела посетить все места из списка, который мне набросал Александр. Два раза побывала в Аду и Парадизе, тогда, когда те были закрыты для посетителей. Было забавно наблюдать за сексуальными чертями и нежными ангелами без их рабочего грима. Обычные мужчины и женщины, подтянутые и привлекательные, но лишенные иномирной притягательности. Во многих местах сотрудниками являлись итхисы-полукровки. Молодые и уже в годах они выполняли разную работу. Кто-то работал секьюрити, кто-то барменом, некоторые выполняли задания на удаленке: колл центр под Адом оказался впечатляющим и состоящим исключительно из альбиносов. Любопытно, что босс каждому находил применение. Развиты мускулы, но слабовато с интеллектом — в охранники, быстрые руки и симпатичная мордашка — к барменам, острый ум — открыты любые пути. Александр помогал своим соотечественникам с разрешением на работу, регистрацией, освоением языка, получением образования и повышением квалификации.
Каждый, с кем мне доводилось встретиться, расцветал радостной улыбкой при упоминании имени Александр Дарк. «Он бы спас Октавию. Он бы все изменил», — с верой в голосе сообщил мне юноша-уборщик в Аду. О каких изменениях мечтали он и ему подобные не сложно было догадаться — уничтожение закостенелого строя, открытие границ, свобода прессы. Развеивать его мечты я не стала, выслушала умозаключения молча, пообещала передать шефу низкий поклон. Александр не революционер. Он конечно мог бы взяться за такое рискованное предприятие, как реформирование в целой стране — но не имел на это ни малейшего желания. Для того, чтобы быть политиком нужно или страдать грандиозным нарциссизмом или быть идеалистом, ну или мечтать заработать много денег. Нарциссом как и идеалистом босс не был, а деньги свои он получал другими способами, держась подальше от политики.
В свободное время я обзванивала заводчиков мальтийских болонок в стране, ни у кого из них не мог быть куплен этот щенок. Я так и позабыла сообщить Александру о том, что собака — единственное связующее звено между нами и неизвестным, который попытался убрать его подальше от октавийского престола. Да и вообще, тема моего найма, была временно забыта. Сам босс не особенно горел желанием делиться со мной информацией, полученной от Аэрана. А я не хотела его пытать. Меньше знаешь, крепче спишь. А в моем случае — дольше живешь. Хватит с меня тайн итхисов. Тем более, что от некоторых из них не удастся сбежать уже никогда.