Кастинг для покойников
– Я не уверен, смогу ли вернуться. Но если вернусь, обязательно найду вашу кошку, – пообещал я, глядя в его глаза цвета крови.
Расставшись со стариком, я поспешил пойти к Интригану.
– Слишком опасно встречаться на виду у всех, – заявил он мне.
– А вы, оказывается, уже начали распускать слухи.
– Ты уже знаешь об этом? Я ведь предупреждал. Что поделать, у нас осталось слишком мало времени. Да ты не переживай так. Я сообщил пока только немногословным попутчикам. Кроме того, я просил их никому не рассказывать о твоей тайне. Но если ты откажешься помогать мне, я расскажу болтливым и конфликтным. Когда все узнают про тебя, Мачону ничего не останется, как признать свою ошибку. В таком случае ему будет трудно самовольно решить твой вопрос, и придется обсудить твою дальнейшую судьбу со Всевышним. В лучшем случае Всевышний решит отпустить тебя, но может получиться и по-другому. Мне кажется, что воскресить мертвого и вернуть его в мир живых – очень опасно во всех отношениях. Помнишь, Мачон сказал в первый день, что и здесь существуют свои правила и порядок?
– Дяденька, за что вы так со мной?
– Не хочу много говорить. То, что шанс для тебя, и для нас тоже – шанс. Дай нам этот шанс. Поделись своей удачей. Иначе тебе придется скитаться за компанию с нами миллионы лет.
– Понимаю, что это мучительно, но поверьте мне, я не мог поступить ни так, ни сяк.
С ними обоими, Интриганом и Мачоном, совсем непросто договориться.
У меня возникло такое чувство, словно меня связали по рукам и ногам канатом. Его можно только развязать, а сам он не порвется и разрубить его невозможно. Снова всплыло в памяти широкое лицо гадалки. Сколько раз я уже убедился, что она была права!
– Эх, жалею, что не выложила сообщение в фан-клубе, – жалобно повторяла Дохи, когда я вернулся на свое место.
Про какое дурацкое сообщение она все время нудит, достала уже, ей-богу! Самому тошно. Внезапно наши с ней взгляды встретились. Почему Чжиндо хотел исключить Дохи из списка тех, кто пойдет дальше? Я вспомнил об этом в тот момент, когда заглянул в ее глаза.
– Я хотел тебя спросить. Ты знакома вон с тем, интеллигентного вида чуваком?
– Конечно знакома. Это же дядька, который одолжил мне свой пиджак и втихаря забрал обратно, когда стало еще холоднее. Очень даже знакома. Только нет в нем ничего интеллигентного.
– Нет, я имею в виду, знала ли ты его при жизни? Ты можешь и не вспомнить его сразу. Подумай хорошенько.
Дохи, прищурившись, наблюдала за Интриганом, затем громко фыркнула, сказав, что не видела его раньше.
– Эх, надо было написать, – снова завела она свою песню.
– Что за письмо? – спросил я с глубоким вздохом. Казалось, что она не успокоится, если я не поинтересуюсь.
– Секрет!
Так я и знал.
– Ну-ну, храни хорошенько свой секрет. И не напоминай о нем все время, а то вдруг сама не заметишь, как проговоришься. Ты ведь не хочешь этого? Очень тебя прошу, ради бога, храни его, ладно?
– Ты почему таким тоном разговариваешь?
А что я такого сказал? Посмотрела бы на себя, сама вечно грубит. И чего они все ко мне привязались? Ну хорошо, согласен. Моя единственная вина в том, что в тот день я решил подняться на крышу здания. Ничего бы не случилось, если бы я прошел мимо, сделав вид, что ничего не заметил.
– Сама такая. – Я отгородился от нее раскрытой ладонью.
– Ты чего?
– Просто перевел на тебя твои слова «ты почему таким тоном разговариваешь».
Я поднялся с места и отошел от нее.
Зачем вы так со мной?
Когда в очередной раз опустился черный туман, меня снова схватила рука и куда-то потащила. Я подумал, что это опять Интриган, но рука принадлежала Саби. Он привел меня к Мачону.
Я очутился в незнакомом месте, которое ни разу до этого момента не видел. Там, где была перегорожена дорога, у обочины росло развесистое дерево, такое толстое, что его невозможно было обхватить даже двумя руками. В стволе имелось отверстие, войдя в которое, я оказался в просторном помещении.
– Мне пришлось дать обещание отправить тебя домой, но при условии, если ты будешь сидеть тихо до окончания десятого тура. Зачем все усложнять? – Мачон был рассержен.
Он думал, что это я проболтался Лохматой и старику-хозяину «Здания здоровья». Слухи расходятся слишком быстро, если уже добрались до Мачона.
– Я же просил тебя быть осторожнее. Ты разочаровал меня.
– Это не я.
Мне не хотелось втягивать Интригана, но у меня не было другого выхода. Когда ты со всех сторон окружен неприступными стенами, высокими и скользкими, нет смысла думать о том, как перелезть через них. Для того, чтобы выбраться на свободу, нужно найти другой способ. Выбор был неизбежен. Я рассказал Мачону всю правду.
– Чжиндо? А как он узнал об этом?
– Он подслушал ваш разговор с Саби.
– Подлая крыса, – сквозь зубы пробормотал Мачон. – И что он тебе сказал? Расскажи мне все, ничего не утаивая.
В его глазах появился стальной блеск. Под его взглядом у меня стало покалывать все тело, словно от разрядов тока. А вдруг я сказал что-то не так? Судя по тому, как злится Мачон, Интригану может не поздоровиться. Интересно, какое еще наказание может ждать его здесь? Невозможность пройти дальше вовеки веков? А может быть, существует иной мир, в котором страдания настолько суровы и мучительны, что несравнимы со здешним смертельным холодом? По большому счету, меня не должно было волновать, что будет с Интриганом, но все равно я слегка переживал за него.
– Ну, говори быстрее.
– Э-э… Я ведь уже сообщил вам. Пропустить всех путников дальше. Отправить меня домой. Он сказал, что нужно выставить именно такие требования.
Я не сказал про условие, касающееся Дохи. Сейчас оно не имело значения.
– И поскольку я не согласился на твои требования, он одного за другим подговаривает попутчиков, чтобы психологически давить на тебя. – Мачон скрестил руки на груди.
– Все понятно, что у него на уме. Он хочет любым способом пройти дальше, воспользовавшись нашей ошибкой. Вы не должны соглашаться на его требования. Ведь в таком случае ситуация может усложниться, и вы не сможете ее разрешить, – воскликнул Саби.
– Нельзя же спокойно наблюдать за его действиями. Быть беде, если слухи о допущенной ошибке дойдут до Всевышнего.
Мачон надолго погрузился в раздумья.
– На Ильхо, скажи лохматой женщине и седому старику, что Чжиндо распускает беспочвенные слухи. Скажи, что, узнав про такие слухи, ты встретился со мной и уточнил следующее: никоим образом покойник не может воскреснуть и вернуться в мир живых.
– Я уже сказал, что смогу вернуться. Что вы пообещали мне.
– Ты почему такой неосмотрительный? – неожиданно рявкнул Саби.
Мне вдруг стало ужасно обидно.
– За что вы все так со мной? При жизни и после смерти! Я хотел всего лишь спокойно прожить отпущенное мне время, без происшествий. Ну почему я так нелепо умер, попал в такое странное место, а меня за это шантажируют и вдобавок орут? За что вы со мной так?
Обида тяжелым комом подкатила к горлу. Ну почему мне выпала такая дурацкая судьба?
– Ох, проблема уже возникла, и мы пытаемся как-то решить ее. В общем, скажи той женщине и старику, что ты обманул их. Времени осталось не так много. Нужно как-нибудь продержаться до конца десятого тура. Если до того момента ничего не произойдет, ты вернешьсядомой. Клянусь своей честью, что отправлю тебя обратно. – Лицо Мачона выглядело напряженным.
– Уже, конечно, поздно об этом говорить, но вам с самого начала не нужно было их жалеть и сочувствовать, – горестно вздохнул Саби. – Помните, господин Мачон, с каким трудом вы добились разрешения на организацию кастинга? А они даже не знают, какой редкий шанс им выпал, и только гадают, пройдут или не пройдут, отказываются от участия и отчаиваются… Сердце кровью обливается видеть такое! Так они еще и нас шантажируют, найдя слабое место. Нужно было оставить их, чтобы сполна перенесли наказание за то, что не дожили свой земной срок. Я так переживаю, что рухнут законы и правила, заведенные с незапамятных времен, со дня сотворения неба и земли, этого и того света. До Чжиндо – очень коварное существо. Именно поэтому я так умолял вас не проводить кастинг в этот раз, как только узнал, что он находится в этой группе путников.
