Огонь в его ярости (ЛП)

«Ещё нет».
Ноздри бородача раздуваются, и он свирепо смотрит на Раста, потом на меня.
— Возможно, тебе стоит отозвать своего сторожевого пса, прежде чем я сделаю что-то, о чем ты пожалеешь, малышка.
— Если ты назовешь меня так еще раз, то потеряешь руку, — спокойно говорю я.
— Да ты…
«Меняйся сейчас же, Раст, — говорю я своему дракону. — Напугай его до чертиков».
«Готово, — говорит мой дракон, и я качаюсь вперед на своем сиденье, когда Раст оборачивается в свою боевую форму. Бородатый кочевник в шоке падает навзничь со стула, когда дракон нависает над нами, и я вижу, как Гвен и Андреа дрожат, как будто собираются убежать, поэтому я кладу руку на ногу каждой из них, чтобы дать им понять, что все в порядке. Другие кочевники пошатываются и падают назад в шоке.
Раст открывает рот, и на одно ужасное мгновение мне кажется, что он собирается поджечь их всех. Но он лишь издает оглушительный рев, от которого сотрясаются стены спортзала. Вот почему я хотела провести нашу встречу здесь. Я хотела, чтобы они увидели абсолютную мощь моего дракона. Я хотела шокировать их и напугать до полусмерти.
Кажется, это работает. Выражение ужаса на их лицах просто смехотворно. Слабый запах мочи проникает в комнату, и я морщу нос. Я медленно поднимаюсь на ноги, не обращая внимания на боль в ноге. Я не двигаюсь вперед, просто кладу руки на стол.
— Встань с пола, — говорю я Бородачу. — Сейчас же.
Он, шатаясь, поднимается на ноги, его лицо бледнеет. Позади него другие кочевники поднимают свои ружья, направляя их на Раста, но мы все знаем, что они бесполезны против драконов.
Я беру блокнот и протягиваю ему.
— Твой список. Итак, где Даниэла?
Губы Бородача шевелятся, но ничего не выходит. Через мгновение он шепчет:
— В лагере. Мы должны вернуться в лагерь. — Его глаза расширены от страха и мечутся туда-сюда между мной и моим драконом.
— Она в твоем лагере. Как далеко это отсюда?
— Несколько… несколько часов, — заикаясь, бормочет он, медленно поднимаясь на ноги. Раст рычит, и мужик осторожно отодвигается еще на фут назад.
— Ну что ж, тогда, — твердо говорю я, — у вас есть наш список. У вас есть ваши мотоциклы. Мы ожидаем, что она вернется сегодня вечером.
Гвен хватает меня за руку, наклоняясь ко мне.
— Эми, подожди. Откуда нам знать, что они вернут ее?
— Потому что они действительно, действительно не хотят, чтобы мы пришли за ними. — Я скрещиваю руки на груди. — Дракон может учуять конкретного человека и идти по его следу многие мили. Мы найдем тебя и сравняем твой лагерь с землей, и уничтожим всех внутри, если ты не вернешь ее целой и невредимой. Сегодня вечером.
Пока я говорю, глаза бородатого вождя сужаются. Он смотрит на меня, а затем мгновение наблюдает за Растом.
— Если ты отпустишь нас, мы, конечно, сможем вернуть ее обратно.
Похоже, чем дольше он стоит на ногах, тем больше к нему возвращается уверенность. Он делает еще один шаг назад, и выражение его глаз становится менее испуганным и более хитрым. Мне нужно вернуть себе преимущество.
— Более того, с этого момента ты оставишь Форт-Шривпорт в покое. Он защищен драконами, и мы без колебаний позволим им съесть любого, кто переступит наш порог.
Губы Бородача изгибаются.
— Потому что теперь здесь заправляет драконья киска? — Его люди отступают еще на шаг, поглядывая на своего командира со смесью страха и бравады.
Раст рычит, опуская голову. Я оглядываюсь и вижу, что его глаза отливают опасной чернотой. «Позволь мне уничтожить его».
Я кладу руку на его нос. «Пока нет, любимый».
— Не зли моего дракона. Ему не нравится, когда ты меня обзываешь.
Бородач оглядывается на своих людей. Он хмурится, поглядывая на меня и Раста. Как будто он пытается решить, стоит ли сохранять лицо.
— Выдрессировала его, как собаку, не так ли? — он насмехается надо мной. — Ты…
Раст наклоняется над столом и одним небрежным движением заглатывает мужчину. Хрустят кости, на пол брызжет кровь, и одна отрубленная рука падает на пол. О, фу.
  
«Я не позволю ему оскорблять тебя. Или меня. — Мысли Раста черны. — Должен ли я съесть их всех?»
«Нет, подожди, Раст. Не надо. Позволь мне разобраться с этим. Отступи».
Неохотно Раст отступает назад, изо рта у него все еще капает кровь. В спортзале воцарилась полная тишина. Оставшиеся кочевники выглядят потрясенными, их лица побелели. Теперь они не выглядят такими высокомерными.
Я сжимаю свои руки.
— Хорошо. Один из вас вернет Даниэлу сегодня вечером. Кто вернет вещи по списку?
На этот раз ни одна душа не возражает. Один из мужчин бросается вперед и поднимает блокнот с того места, где он лежит в крови.
— Сегодня вечером, — говорит он мне дрожащим голосом. — Посмотрим, что мы сможем сделать.
— Сделай это. — И я делаю прогоняющее движение рукой. — И вам лучше приступить к работе.
Они, спотыкаясь, выходят из спортзала и выбегают, не оглядываясь. Раст снова рычит, встряхивая крыльями на всякий случай, если им понадобится больше вдохновения, чтобы убраться к чертовой матери. Я должна признать, что он звучит довольно устрашающе.
Двери спортзала закрываются, и я снова сажусь. У меня дрожат ноги и руки. Я бросаю взгляд на Гвен, и она совершенно бледна. Глаза Андреа пустые и широко раскрытые, и она сжимает свой пистолет крепче, чем я когда-либо видела, чтобы кто-то держал оружие. Я чувствую себя… опустошенной.
Мы противостояли им.
— Готово, — тихо говорю я. — Теперь мы должны подождать.
— Ты… ты думаешь, они вернут ее обратно? — спрашивает Гвен, глядя на меня. — Почему мы их не убили?
— Потому что, если бы мы убили их всех, остальная часть их банды вернулась бы в поисках драки. И они, вероятно, убили бы Даниэлу назло. — Я качаю головой. — А так они вернуться и скажут своим приятелям избегать этот форт. Слухи распространяются, и ни один кочевник не посмеет соваться в это место. Просто дай этому время.
— Это было потрясающе, — говорит Андреа. — Ты была так спокойна и уверена в себе.
Я смеюсь, и мой смех звучит немного истерично. Неужели они думают, что я не испугалась? Меня все еще трясет.
— У меня был дракон, который поддерживал меня.
Раст немедленно обнюхивает меня. «Мне жаль, что я не смог дождаться. Нет, подожди. Не так. Мне жаль, что ты расстроилась. Я не жалею, что съел его».
Я морщусь, когда его липкая морда касается моих волос. «Отвратительно, детка. Ты весь в… байкере».
«Мне нужно принять ванну, — соглашается он. — Ты можешь вымыть меня».
«И тебе нужна зубная паста, — добавляю я. — Много зубной пасты».
— Ребята, с вами все в порядке?
— Это было потрясающе, — говорит Андреа, и ее глаза сияют. Она нервно поглядывает на Раста, но с энтузиазмом поднимает вверх большой палец. — С вами, ребята, возглавляющими это место, мы станем самым безопасным фортом в округе.
— Возглавлять? — протестую я, качая головой. — О нет, Гвен…
— …не хочет этого делать, — вставляет Гвен. — Никогда не хотела. Я чуть не завела нас на действительно темную тропу. У меня нет того, что нужно, чтобы быть справедливым, объективным лидером. И я не хочу быть лидером. За один день ты уже все перевернула с ног на голову. И у тебя есть дракон. — Ее голос полон благоговения. — Ты можешь быть тем защитником, который нам здесь нужен. Теперь этот форт твой, если ты останешься.
О, вау. Я не знаю, что и думать. В этом есть что-то привлекательное, но в то же время я должна думать о Расте.
«Если ты здесь счастлива, то и я тоже». — Его когти обвиваются вокруг меня, и он притягивает меня назад, к своей груди. Другие девушки выглядят встревоженными, но я просто глажу чешую своего дракона, зная, что прямо сейчас ему нужны мои прикосновения. В его мыслях все еще есть немного дикости, как будто ему требуется все, что у него есть, чтобы не броситься вслед за кочевниками, не разжевать их всех и не выплюнуть.