Наследник для бандита (СИ)

Люда опустила вниз голову, прижимаясь носом к широкой мужской груди. Просто некуда было деться. Родион так крепко держал, прижимал к себе. Лучше уж вдыхать его запах, чем смотреть в хищные глаза.
— Я ему отказала. Ты ведь не тронешь парня. Он не виноват.
— А зачем ты пошла с ним? Я ведь предупреждал, чтобы рядом с тобой не видел никого, у кого между ног есть член! Или ты слов не понимаешь? — вроде бы Рахманов и говорил спокойно, но в голосе слышались решительные стальные нотки.
Людмила снова ощутила сухость в горле. В голове зашумело. Боялась этого мужчину. Ещё больше испугалась за Ваню. Ничего не отвечала. Упёрлась лбом в мужскую грудь.
Родион услышал, как девушка странно засопела, а после почувствовал, как его рубашка в области груди стала влажной.
— Ты сырость решила разводить? — в голосе мужчины слышалось удивление. Обхватил девушку за плечи и отстранил от себя. Перевёл взгляд на заплаканное личико. Удивился ещё больше. Вроде ничего не сделал. Не тронул её, а она ревёт.
— Ты чего плачешь?
— Я просто переживаю за Ваню. Ты ведь ничего ему не сделаешь, Родион?
— А этот сопляк так дорог тебе?
— Я просто не хочу, чтобы по моей вине пострадал человек. Любой. Я не знаю, как ты, но я не смогу жить с таким грузом. Я же ничего не сделала. Просто поговорила немного по пути из школы. Неужели мне запрещено абсолютно всё?
— Успокойся. Не реви. Не трону я этого Иванушку. Но, Людмила, впредь ошибки не прощу. Я сказал, чтобы мужиков рядом с тобой не было, значит их не должно быть. Узнаю, что ты снова ослушалась, буду разговаривать с тобой иначе, и вряд ли конечности твоего хахаля останутся целыми. Имей в виду. И мне плевать кто он тебе! Друг, одноклассник, коллега или просто знакомый. Чтобы ни с кем не была. Подруг тебе вполне хватит.
Людмилу бесили приказы. Не хотела чувствовать себя собственностью этого бандита. Но именно таковой себя и чувствовала. Но должен же быть выход из этой ситуации? Хорошо, что хоть пообещал Ваню не трогать. Уже легче.
— Родион, скажи, чего ты хочешь от меня, а?
— Я говорил.
— Если я соглашусь на твои условия, ты отпустишь меня и Регину?
— Что? — он не сразу понял к чему она клонит, но мгновенно впился в покрасневшие девичьи глазки острым взглядом.
— Я хочу обсудить условия, чтобы понимать, как долго ты будешь держать меня своей пленницей. Ты сказал, что желаешь меня, как женщину. Если я соглашусь, ты после отпустишь меня? Позволишь жить так, как мне хочется и уйдёшь из моей жизни?
Родион хмурился. Сжал плечи девушки и не отводил взгляда от её личика. Он говорит вполне серьёзно. Это точно.
Ни одна баба ещё не желала убраться прочь с его территории по свой воле. Напротив, женщины стремились задержаться подольше в его жизни, чтобы пользоваться теми материальными благами, на которые Рахманов для них никогда не скупился. А эта? Она не перестанет его удивлять!
— Тебе настолько не нравится со мной, Людмила? Я ведь тебе всё дал.
— Всё, кроме свободы. Я не могу так жить. Это невыносимо. Как долго я должна развлекать тебя и спать с тобой, чтобы ты дал мне свободу?
— Хочешь спать со мной? — процедил тихим хриплым голосом.
— Ты же сказал, что хочешь именно этого. Как долго мне придётся с тобой спать, Родион? Когда ты отпустишь меня?
— Со мной не торгуются девочка. Отпущу тогда, когда ты мне наскучишь.
— Когда это произойдёт?
— Людмила, чётких сроков ты не услышишь. Пока ты мне нужна, ты будешь со мной.
— Как долго!
— Чёрт! Ты не слышишь меня, да? Что тебя не устраивает?
Людмила смотрела на мужчину и понимала одно: он её не слышит. Никаких сроков он ей не установит. Рахманов желает её, как женщину.
Люда не знала, чем именно, но определённо чем-то сильно зацепила Родиона, как мужчину, распалила. Он от неё не отстанет, пока не получит своё. Такие мужчины всегда получают желаемое. Если не будет с ним по своей воле, так Родион просто возьмёт силой.
Люда не думала, что терпения у Рахманова хватит надолго. Возможно, что взяв её, как женщину, он разочаруется. Ведь Людмила совершенно не знала, как стоит ублажать мужчин. В случае с Рахмановым даже стараться не будет.
 
Насколько хватит Родиона проводить время в постели с пресной девкой-неумёхой?
Людмила полагала, что совсем ненадолго. А дальше Люда будет ему не нужна и мужчина вышвырнет её прочь. Не убьёт ведь. Смысл Родиону мараться об неё, когда знает, что она никому ничего не скажет и уж точно в полицию не пойдёт!
Почему-то вспомнилась поговорка: «Раньше сядешь — раньше выйдешь». Не стоит оттягивать неизбежное. Быстрее после освободит себя от него.
— Если ты ещё хочешь меня, Родион, можешь взять желаемое, — тихо произнесла, заметив, как вспыхнули тёмные мужские глаза.
Родион медленно заскользил взглядом по девушке, но на его лице стыло нечитаемое выражение.
— Прекрасно. Тогда раздевайся, — он сел на кровать, наблюдая за девушкой, надеясь, что та сейчас не хлопнется в обморок, потому что личико её сильно побледнело.
— С-сейчас? — уточнила, едва ворочая языком.
— А когда? Я намерен получить своё сейчас и здесь. Я жду, Люда. Снимай с себя эти тряпки. Сама, — мужчина подошёл к девушке, встал напротив и медленно принялся растягивать пуговицы на своей рубашке, неотрывно наблюдая за девчонкой.
  
Глава 17
 
Родион видел растерянность в её взгляде, испуг. Медленно расстегнул рубашку, после очень неспешно снял вещицу с себя, небрежно откидывая на спинку стула, стоящего недалеко от кровати у небольшого стола.
— Я жду, Люда. Сама раздевайся или ты хочешь, чтобы я сам тебя раздел?
Людмила молчала. Таращилась на мощный мужской торс, поражаясь, сколько бешеной силы заключено в этом тренированном жилистом теле. Мощные руки, широкая грудная клетка с порослью тёмных волос, опускающихся узкой дорожкой по кубикам на животе за пояс брюк.
Девушка напряжённо сглотнула. Расстегнула блузку, обнажая белую футболку. Скинула с себя блузку и выронила её из рук прямо к собственным ногам.
Всё это время Родион пристально наблюдал за её движениями. Потемневший опасный мужской взгляд заскользил по девичьей фигурке сверху вниз и обратно.
Рахманов шагнул к Людмиле, складывая руки под грудью, демонстрируя девушке литые мускулы, перекатывающиеся под кожей.
Люда пялилась на него и не знала, куда себя деть от смущения. Полуобнажённый мужчина притягивал взгляд, будоражил воображение.
Под рёбрами на правой стороне, Людмила увидела у Рахманова два округлых шрама. Даже подумать страшно, как и где он их получил. На бицепсе левой руки внимание приковал тонкий ровный шрам, похоже, полученный от острого лезвия.
— Чего же ты застыла, милая, продолжай! — Рахманов приблизился и властным жестом прикоснулся к футболке девушки, задирая её вверх. Снял и откинул в сторону. Сильные пальцы пробежались по девичьим плечам, смахивая бретельки бюстгальтера в стороны.
Людмила прикрыла глаза, когда его пальцы медленно заскользили по шее, ключицам и сместились за спину, расстёгивая бюстгальтер, откидывая его прочь.
Людмила не шевелилась. Смотрела на мужчину, видя, какими непроницательными чёрными стали его глаза. Даже зрачок невозможно рассмотреть, он словно стал размером с радужку.
Прикосновение мужчины жгло кожу. Людмила молчала. Рахманов пока наблюдал. Перевёл взгляд на округлую девичью грудь. Людмила приоткрыла губки, когда его руки накрыли грудь и принялись её мять.
Рахманов и припомнить не мог, когда это девичья грудь его так сильно возбуждала. У Вепревских девушек формы тела в основном доведены до совершенства искусственно. У Люды же всё натуральное. Грудь небольшая, но ему нравилась.
Девушка с силой втянула воздух, когда его пальцы сжали соски. Испуганно наблюдала, как он склонил голову и прикоснулся губами к её шее.
Руки мужчины опустились к её талии, сжали, оторвали от пола, а через мгновение он поставил её на пол у стенки.