Спасение

С утра, решила она, никаких слез. Это была ее «перемена». Ее выбор.
В давние времена из всех Святых Ирелла больше всего любила Юрия Альстера за его логику и самообладание. Теперь же ее восхищение принадлежало Алику Манди, научившему ее, каким беспощадным приходится иногда бывать и как вера в себя дает тебе силу.
Ирелла поднялась бесшумно, постаравшись не тревожить Деллиана. Накинув простой халатик, она выскользнула в стойло, где бодрствовали Ума и Дуни. Девочка улыбнулась, с уважением отметив, что Уранти не ошиблось. Мунки проснулись вместе с ней, невзирая на разделявшую их стену. Пусть эмпатическая связь и не телепатия, но в ней, несомненно, было волшебство, какого уже не будет в предстоящей ей жизни.
То, как она держалась, стараясь не шуметь, помешало им устроить бурную встречу. Улыбаясь им — фальшиво (о, как фальшиво!), но улыбка одурачила мунков, — Ирелла утешающе гладила их мягкую шкурку. Мунки взглянули на нее с ожиданием, и девочка игриво вскинула голову. Все трое выскользнули из бунгало в теплое раннее утро.
От уютного полумесяца бунгало до окруженного раскидистыми высокими деревьями озера было около километра. Лебеди тихо скользили по неподвижной воде, выгибая шеи, чтобы с любопытством взглянуть на показавшихся из подлеска пришельцев.
Ирелла немедля вошла в воду, чуть вздрогнув от ее холодных объятий. Она протянула руки Уме и Дуни, подзывая их к себе. Ее осанка была так безупречно спокойна, что они охотно вошли следом в готовности разделить задуманное хозяйкой приключение.
Ступни погрузились в ил, вода поднялась ей до пояса. Перелесок оставался безмятежным и прекрасным. Славное зрелище напоследок.
Она обхватила руками плечи мунков.
— Мой выбор, — бесхитростно проговорила она, чтобы они поняли, что все правильно, именно этого она и хочет. Подогнув ноги, она коленями погрузилась в густой ил. Ума с Дуни послушно согнули колени вслед за девочкой. Ее голова высоко поднималась над поверхностью, а над их макушками сомкнулась вода.
Ума слабо отбивалась, но Ирелла подозревала, что так может случиться. Дуни с полной покорностью позволил удерживать себя под водой. Ни один мускул не дрогнул на замкнутом лице Иреллы, пока ее маленькие спутники умирали в ее крепких объятиях. Слез не было.
И это больше всего напугало Александре и остальных, когда они выломились из–за деревьев, безнадежно опоздав.
  
Экспертная группа
 
Феритон Кейн, Нкая, 25 июня 2204 года
Юрий уже закончил рассказывать, как он нашел Горацио, а до места крушения «Рейнджеру» оставалось еще пять часов хода. В длинное окно я видел, как вновь переменился ландшафт Нкаи: мы спускались на пыльную равнину, припорошенную красновато–серым реголитом. Протянувшиеся к горизонту маячные столбы были в два раза выше гладких на удивление валунов, валявшихся на земле. Девственную пыль перед нами прорезала колея прошедших ранее караванов — их прямой, словно по лазерному лучу, путь нарисовал чудовищные граффити на геологическом ландшафте, не менявшемся со времен земных динозавров.
— Так что же происходило на Алтее? — спросил Алик.
— Мы до сих пор точно не знаем, — отозвалась Джессика. — Я целый год потратила на анализ по следам задания. «Адскую» ракету выбрали неспроста. Седьмой корпус почти целиком обратился в пар, нашим лабораториям было практически нечего анализировать. Мои находки не позволяли прийти к определенному выводу.
Она скромничала: я сам просматривал ее доклад. Среди всех этих секретных файлов попадались любопытные факты. Определенно Энсли Зангари держался того же мнения. Я так считаю хотя бы потому, что Юрий добился желанной цели — места главы безопасности «Связи». Награда от босса за верность.
— Но для мальчонки все кончилось хорошо? — спросила Кандара.
Мне в ее вопросе послышалась усмешка, как будто Юрий рассказал обычную сказочку.
— Да, мой отец вполне оправился, — ответил Луи. — Спасибо за заботу.
Я (как и вся компания в «Рейнджере», за исключением Юрия) удивленно обернулся к Луи. Я знал только, что он из третьего поколения отпрысков Энсли Зангари, а порыться в файлах, чтобы выяснить имена родителей, не догадался. Признаться, от такого совпадения мне сделалось не по себе.
 
— Ваш отец? — Лицо Джессики осветилось чистым, неподдельным любопытством. — Вы сын Гвендолин и Горацио?
— Угу.
— Чертовски впечатляющая история «как познакомились мама с папой»! — восхитилось Элдлунд.
Луи помолчал, допивая свой эспрессо.
— Зависит от точки зрения. Но в общем, пожалуй, да.
— Как мило: и с тех пор они жили долго и счастливо, — съехидничал Алик. — Но что это я со шпильками? — Он нацелил палец на Джессику. — Так что вы узнали? Открытие оказалось достаточно неприятным, чтобы заставить вас снова перебежать на другую сторону?
Она неохотно кивнула, как будто до сих пор стыдилась сделанного выбора.
— Преступления такого рода: похищения беспомощных, незаметных людей ради выгоды — в утопийском обществе просто не существуют. А я в душе, в сущности, кабинетный работник. Вот я и вернулась в надежде на тихую жизнь. Очень глупо?
Юрий снисходительно буркнул что–то, но возмущаться не стал.
— Все это дело явно подтвердило подозрения Энсли относительно оликсов, — сказал он.
— Как? — удивился Алик. — Они же вам помогли.
— Помогли. Выдали мне всю информацию об использовании К-клеток для пересадки мозга, о которой я просил, — и добавили, что эта идея остается на стадии научной мечты. Дипломатия и сотрудничество в чистом виде. Но Хаи‑3 говорил о мужчине.
— Не понимаю, — проговорило Элдлунд.
— Дословно он сказал: «Я буду молиться за ваш успех в возвращении несчастного, который был похищен».
— Вы не говорили ему, кто похищен! — воскликнул, прищелкнув пальцами, Алик. — Мужчина, женщина или омни.
— Верно, — подтвердил Юрий. — Энсли никогда не доверял праведности оликсов. И получил доказательство. Они беззастенчиво воспользовались свойственной нам алчностью, потому что считали ее нормальной человеческой чертой. Это дурная черта, если ее не сдерживать. А оликсы не сдерживали, потому что они нас не понимают, а только имитируют. Отсутствие моральных фильтров, помните? У них таких просто нет. Вот почему мы теперь не спускаем с них глаз.
Юрий обернулся ко мне, и я демонстративно кивнул. Теперь я понимал, чем объясняется его пристрастность: учитывая обстоятельства, она выглядела вполне разумной. Юрий был неподходящей мишенью для дезинформации, Хаи‑3 сглупил. Ошибка, допущенная им в представительстве, подкрепила подозрительность Юрия, а он в свою очередь убедил Энсли Зангари, что оликсы ради денег способны на любое коварство. После этого в каждом преступлении, совершившемся в системе Сол, — от перехода улицы на красный свет до политических манипуляций — Юрий винил оликсов.
Что ж, исключив Юрия из числа подозреваемых, я продвинулся на шаг вперед, но все еще не понимал, откуда берет начало миф о пересадках мозга с применением К-клеток. А ведь он так укоренился в народной культуре, что не вырубишь топором. Мне хотелось найти подсказку в рассказе Юрия, но он, очевидно, так же недоумевал по этому поводу, как и я.
— Вы думаете, тот адский снаряд выпустили оликсы? — спросил Алик.
— Не напрямую, — возразила Джессика. — Это была работа Меланомы.
Любопытно отметить, как среагировал Алик. Он возмущенно выпрямился.
— Что вы мне голову морочите!
— Не морочу.
— Го–осподи. А подтвердить можете?
— Для суда — нет. Но наш Ген 7 Тьюринг собрал множество данных. Мы сделали цифровую симуляцию Бронкала за три дня до нашего с Юрием прибытия и экстраполировали на два дня вперед. Она с двумя подручными объявилась, пока мы опрашивали Хоакина Верона. Обратным порядком мы проследили ее до токийских хабов. До того — понятия не имеем. Разведка японского уголовного отдела и не подозревала, что Меланома находится на их территории.