Спасение

«Арестная команда введена в ваш район», — сообщил оперативный отдел.
«Пусть поспешат. Осталось всего шесть минут».
«Это наши лучшие силы. Тебе расстилают красный ковер. Говорил же, что я тебя вытащу».
Сави улыбнулась за маской.
Они дошли до конца Фонтанной. До подстанции оставалось двадцать метров: маленькую квадратную будку окружала серая металлическая ограда, под которой скопились груды оберток от фастфуда и топорщилась пустынная трава. Сави слышала гул трансформаторов, посылающих ток по городу и дальше, к аэродрому, поддерживавших работу кондиционеров и городских систем. Кинтон потреблял необыкновенно много энергии.
Двадцать три года назад китайская национальная корпорация «Солнечная энергия» забросила на Солнце первый колодец. Простой сферический портал, заглатывавший плазму и передававший ее двойнику на дне гигантской МГД-камеры на астероиде за орбитой Нептуна. Солнечная плазма выхлопом гигантской ракеты рвалась из камеры, и ее мощнейшее магнитное поле генерировало в индукционной катушке ток феноменальной силы. Одним гениальным изобретением Китай разрешил энергетические проблемы Земли. Теперь вся планета питалась от множества солнечных колодцев, дающих огромное количество дешевой энергии и не вредивших окружающей среде.
Десять пятьдесят две. Оставалось пять минут, и они нога за ногу двинулись мимо последних домов. Сюда же сходились еще три улицы.
По ту сторону подстанции не было ничего, кроме пустыни. У них за спиной смеялись и перекликались дети.
Сави обратилась к Кетчеллу.
— Твои люди ничего не видели?
Когда он обернулся, она заметила под его белой полотняной курткой наплечную кобуру, оттянутую тяжелым автоматическим пистолетом.
Вот дерьмо!
— Нет. Все чисто. Давай за дело.
«В моей группе есть вооруженные. Предупреди арестную команду». «Сделаю».
Они быстро зашагали по каменистой грунтовке. Сави запустила руку в сумочку, нащупала шестигранный рычажок. И всего миг промедлила, прежде чем повернуть его.
Черт, только бы Юлиса не ошиблась с настройкой.
Нажав, она услышала щелчок кнопки.
И Кетчелл, и Ларик обернулись на ее шумный выдох.
— Включила, — сказала им Сави.
Десять пятьдесят три.
Они были у самой ограды. Сави на ходу сняла сумку с плеча и уронила к основанию столба.
Все трое молчали и не сбивались с шага. Через тридцать секунд они оказались у начала проспекта Реннисона. И присели за хлипким заборчиком сборного домика. Сави опасалась, что тонкий композит расколется от взрывной волны, создав множество осколков.
— Нас кто–нибудь видит? — торопливо спросила она.
— Все тихо. — Ларик уже затыкал уши пенопластовыми пробками.
— Черт, — спохватилась Сави. — У тебя запасных нет?
С новым презрительным взглядом он протянул пару и ей. Сави сжала пальцами первую и начала проталкивать ее в ухо. И тут она уловила движение на каменистой земле за спиной. Не веря себе, округлила глаза. По Фонтанной улице прямо к подстанции катился мяч.
— Нет… — прошептала Сави.
Кетчелл перехватил ее взгляд, увидел мяч и тоже обомлел.
— Дерьмо!
Мяч был всего в нескольких метрах от ограждения, и за ним бежал мальчик — лет восьми или девяти.
— Нельзя! — Сави встала. — Нельзя, вернись.
— Не лезь, — прорычал ей Кетчелл.
— Уходи, — выкрикнула Сави. — Прочь!
Мальчик обернулся, увидел отчаянно машущую ему женщину в белой пластиковой маске. Мотнул головой и побежал за мячом.
— Черт! — взвизгнула Сави. Перед глазами у нее стоял Талиш на больничной койке, почти не похожий на живого человека за трубками и внедренными в тело аппаратами. Сави побежала.
— Нет! — рявкнул ей вслед Ларик.
Мальчик почти догнал мяч, остановившийся в паре метров от брошенной под оградой сумки. И снова обернулся, неуверенно взглянул на несущуюся к нему Сави.
— Прочь! Прочь! — яростно орала она.
Ребенок растерялся. Неуверенно отступил на шаг под бешеным взглядом сумасшедшей тетки. Потом, поняв, что та и не думает тормозить, что налетит прямо на него, развернулся и бросился бежать.
 
Сави обхватила мальчишку, подняла на руки, не слушая визга отбивающегося ребенка. И продолжала бежать, наращивая расстояние между собой и сумкой. Она увидела вспышку и больше ничего…
Зал для посетителей хирургического отделения был нейтральным во всех отношениях. Светло–серый ковер, белые стены с двумя окнами во всю длину, за которыми открывался ночной Брисбен. Посередине, спина к спине, два ряда сидений с достаточно толстыми и удобными подушками, чтобы, свернувшись на них, встревоженные родные могли провести ночь. Качественные торговые автоматы и большой экран, без звука крутивший новости, дополняли обстановку.
Юрий Альстер провел здесь больше часа, но сесть так и не пожелал. Поэтому его заместитель Кохе Ямада тоже не мог сесть и не скрывал злости по данному поводу. В зале находились только они двое.
Наконец далеко за полночь из второго отделения показалась семья Рирдон. Бен Рирдон был невысоким лысым толстяком чуть за сорок, с как будто приплюснутым лицом. Он выглядел сердитым, и Юрий подозревал, что тот носил это выражение лица постоянно. Бен работал с техникой, копавшей каналы для Ледопада, — тяжелая работа, для которой он выглядел вполне приспособленным. Его нынешняя подружка Дани была немногим старше двадцати. Типичная пара, решил Юрий, оценив ее короткую джинсовую юбку, открывавшую загорелые бедра, и дешевую зеленую рубаху с логотипом кафе «Альсидес» на обоих рукавах.
Они прошли по коридору, держась по сторонам кресла–коляски, в котором сидел девятилетний Тоби Рирдон. Кресло катила санитарка. Когда Юрий преградил ему дорогу, Бен оскалился.
— Тебе чего? — хриплым от страха и усталости голосом спросил он.
— Просто хочу задать Тоби пару вопросов, — самым любезным тоном, на какой оказался способен, ответил Юрий. И подмигнул мальчику, у которого щеки и правая рука были залеплены лечебным пластырем; одна нога, закованная в лубок, не гнулась.
— И не думай, — отрезал Бен. — Мы десять раз ответили на все вопросы.
— Я не из полиции, — объяснил Юрий. — Из службы безопасности «Связи».
— Уматывай, парень. Зайди через недельку. Моего сына подорвали, ты это понимаешь? Ему девять лет, а те ублюдки его подорвали.
— Знаю. И медицинская страховка «Связи» предусматривает возмещение убытков. Ради этого стоит потратить минутку?
Бен, сжав кулаки, шагнул вперед.
— Ты мне угрожаешь?
— Я прошу вас поступить правильно.
— Я не против, пап, — подал голос Тоби.
— Мы едем домой!
— Несколько вопросов, и вы меня больше не увидите, договорились? Я могу устроить вам лишнюю неделю оплаченного отпуска, и провести его вы сможете хоть здесь, в городе, хоть на курорте Золотого Берега у самого моря. Приятное местечко. Совсем не то, что Кинтор. Вы сможете побыть с Тоби, пока он не поправится. Мы ведь все этого хотим, не так ли?
Бен колебался, явно проклиная себя за желание поддаться соблазну.
— Хорошо бы, — осторожно вставила Дани.
Бен ее не слушал.
— Ты как, большой человек? — обратился он к Тоби. — Только если ты в состоянии.
— Играем, пап!
Бен сверкнул на Юрия глазами.
— Не затягивай!
— Конечно, — Юрий опустился на колени, чтобы быть вровень с Тоби. — Доктор тебя хорошо починил?
— Ага, наверное.
— Так вы в футбол играли, так?
— Да, с ребятами. Это был мой мяч, понимаете? Мне его папа подарил. Он, наверное, теперь пропал. Я его больше не видел.
— Я добуду тебе новый, — пообещал Бен.
— Вы играли в конце Фонтанной?
— Ага.
— И что случилось?
— Джез пнул мяч. Ну, сильно. Я побежал за ним.
— К электростанции?
— Да, он внутрь не залетел, ничего такого. Честно. Папа мне говорил, что внутри там опасно.
— Твой папа был совершенно прав. И ты поймал мяч?
— Нет. Та женщина закричала, вроде бы «Нет» и «Уходи прочь». Она бежала на меня.