Капо (ЛП)

— Давай, Сэйди, девочка моя. Пойдём, навестим дядю Армана. — У моей невестки определенно было чувство юмора. Почему в тот день, услышав эту фразу, я съёжился?
Я вышел из своего кабинета и направился к входной двери. Затем задержался, чтобы разыскать женщину, работавшую у меня уже много лет. Сесили была доброй пожилой женщиной, которая смотрела сквозь пальцы на то, кем я был, настаивая на том, что во мне есть добро.
— Сесили. Ты не окажешь мне услугу на следующий день или около того? — спросил я, когда застал её за уборкой на кухне.
— Конечно, сэр. Что вам нужно?
— Проследи, чтобы в комнате для гостей в задней части дома были свежие простыни.
Она сразу нахмурилась. Она была для меня такой же заботливой матерью, как и моя собственная мать. Это было одной из причин, по которой, на мой взгляд, женщин нужно было оберегать, защищать в любое время. Даже тех, кто бросал мне вызов на каждом шагу. Я должен был заставить Делани занять нужное место в моём сознании. Сесили не одобряла тех немногих женщин, которых я приводил в дом, и ни одна из них не оставалась на ночь за все эти годы. Я мог бы сказать, что она была обеспокоена тем, что я выбрал «вкус месяца», как любил называть это мой брат.
— У вас особая гостья, сэр?
Мне пришлось улыбнуться, учитывая её продолжающееся недовольство.
— Ничего подобного, Сесили. Я защищаю молодую женщину, которая находится в крайней опасности. Возможно, возникнет необходимость привести её сюда.
— Ах, — ответила она. — Как я и сказала вашему отцу во время нашего последнего разговора. Вы рыцарь в нашей семье.
— Ты просто прелесть, Сесили, но, к сожалению, я не рыцарь в сияющих доспехах.
— Может быть, они немного запятнаны, сэр, но вы хороший человек.
— И ещё одно одолжение.
— Всё, что угодно.
— Не могла бы ты собрать для меня несколько игрушек Сэйди, пакет с её едой, поилку и две её лежанки? Можешь просто поставить всё в прихожей.
— Собираетесь в небольшой отпуск, сэр?
Я рассмеялся, увидев блеск в её глазах.
— Погостим пару дней у друга.
— Буду скучать по пушистой девочке, но я рада, что вы чаще бываете дома. Вам нужно остепениться. Уже бы пора. — С этими словами Сесили ушла, а я смог только улыбнуться.
Пора.
Пришло время собирать вещи, прежде чем отправляться в путь. Нет, оседлость не была у меня в крови.
Впрочем, как сказала бы мне моя мама: «Никогда не говори «никогда»».
***
Как только экономка Армана впустила меня, Сэйди влетела в дверь так, словно это её собственный дом. Я был потрясён тем, что, куда бы ни пошла моя собака, везде появлялись улыбки, даже в самые худшие времена.
— Добрый день, Джинджер. Надеюсь, вы только что не натирали мраморные полы.
— Нет, сэр, мистер Тибодо, но это не имело бы значения, даже если бы я уже сделала. Сэйди. Почему бы тебе не пойти со мной? У меня есть особые угощения. — Она прижала руку ко рту, как будто совершила что-то ужасное. — Ну если твой папа не против.
— Конечно, не против. Ты и все остальные балуете её. Не ешь слишком много, малышка.
— Мистер Тибодо просил меня передать вам, что он у бассейна и просит вас присоединиться к нему.
— Спасибо, Джинджер.
Я зачарованно наблюдал, как Сэйди последовала за ней, счастливая, как никогда. Из всех вещей, в которых мой брат был прав, самым удивительным было то, что у меня появился щенок. Когда они исчезли из виду, я направился через гостиную к бассейну, с удивлением увидев своего брата в шортах. Он никогда их не носил. Готов был поклясться, что этот человек был рождён в костюме, но он стал вести себя более непринуждённо, по крайней мере дома, с тех пор, как встретил любовь всей своей жизни в виде Рэйвен.
Мы были странной семьёй, её отец сначала был нам как приёмный брат, а после предательства стал нашим врагом. Каким-то образом их отношения сблизили семью, вернув Томаса в лоно семьи. Теперь он работал в корпорации, уволившись из ФБР за несколько месяцев до этого.
Со всеми его навыками, включая обширные познания в оружии, он принёс реальную пользу нашей семье и нашей корпорации. Даже несмотря на то, что Арман хотел, чтобы он оставался на стороне закона.
  
Арман сидел на одном из шезлонгов, надев солнцезащитные очки, и смотрел на воду, как будто в её насыщенной синеве таились все ответы. Я был удивлён, застав его одного. Он был не из таких людей.
Когда я подошёл, брат поднял голову и усмехнулся.
— Ты привёл Сэйди?
Теперь он рассмешил меня.
— Конечно.
— Попытаешься через неё найти контакт с девушкой?
— Что-то вроде того.
Он указал на летнюю кухню.
— Захвати пива.
— Думаю, так и сделаю.
— Не хочешь рассказать мне, что произошло? Происходит что-то, из-за чего ты чертовски раздражён или взволнован до такой степени, что я слышу гнев в твоём голосе.
Мой брат знал меня лучше, чем кто-либо другой, наша близость помогла нам пройти через несколько сложных ситуаций.
— Думаешь, что так хорошо меня знаешь.
Он усмехнулся и последовал за мной к просторному бару, выхватив у меня из рук холодную бутылку для себя.
— Я знаю, ты слишком долго пробыл чёртовым плейбоем. Знаю, что девушка, которая тебя бросила, каким-то образом запятнала твой разум, настроив тебя против всех женщин. Знаю, что ты не можешь продолжать в том же духе всю оставшуюся жизнь. Тебе нужна опора в твоей жизни.
— И это говорит мужчина, который женат всего пару месяцев? Рэйвен не потребовалось много времени, чтобы накинуть тебе петлю на шею.
Арман ухмыльнулся и прижал руку к горлу.
— Не критикуй, пока сам не попробуешь. — Схватив открывалку, он снял крышку с «Короны».
Я отвёл взгляд, изучая выгравированную этикетку на бутылке.
— Ты когда-нибудь хотел кого-то так сильно, что не мог дышать?
— Дважды. И кто она? — Арману потребовалось всего три секунды, чтобы понять, о ком я говорю, на его лице отразился шок. — Ты, блядь, издеваешься.
— Боюсь, что нет. Делани уже взрослая, и у неё такой дикий и порочный ум.
— О чем свидетельствует убийца?
— О чём свидетельствует тот факт, что она чуть ли не соблазнила меня в «Хранилище».
— В клубе или самом хранилище?
— И то, и другое. — Я поднял взгляд, ожидая, пока брат рассмеётся. — К сожалению, я абсолютно серьёзен.
— Ты же знаешь, что не можешь продолжать трахать её.
Наконец, я открыл крышку, выбросил обе в мусорное ведро и сделал большой глоток, обдумывая свой ответ. Это был тот самый вопрос, который я задавал себе часами, мой разум был совершенно затуманен, как у какого-нибудь тупорылого мальчишки. Я хотел её, и не просто корчащуюся подо мной.
— Да, знаю.
— Но ты не собираешься поступать правильно.
— А ты поступил так с Рэйвен? — я посмотрел ему прямо в глаза.
Арман направился прочь от бара, качая головой.
— Это совсем другое.
— Она намного моложе тебя, и дочь твоего старого друга. Я до сих пор не понимаю, почему Томас не пустил тебе пулю в лоб.
Арман резко остановился и бросил на меня взгляд через плечо, полный ехидной ухмылки. За последние несколько месяцев Рэйвен, безусловно, улучшила его настроение. Я был благодарен ей за это. То, что он пережил, потеряв свою первую жену, было ужасно. Я сделал всё, что было в моих силах, чтобы найти этого сукина сына, ответственного за её смерть, так же, как он сделал бы это для меня.
— Потому что он знал, что столкнётся с гневом семьи. К тому же, он понял, как сильно Рэйвен полюбила меня, каким бы безумным это ни казалось. Однако, если я правильно помню, Брэндон реально считал тебя своим братом.
— Это было давно, брат. Я нажал на тормоза. Она всё равно меня ненавидит. Это очевидно. Всё, что происходило в том хранилище, было похоже на мгновение, проведённое в Вегасе. — Настала моя очередь усмехаться.
— Проблема в поговорке, что «всё, что происходит в Вегасе, остаётся в Вегасе» полная херня. Так или иначе, всё то дерьмо, что творится в городе грехов, всегда возвращается и преследует тебя. Секреты и ложь плохо сочетаются в семье. Ты должен знать это так же хорошо, как и я.