7 минут в раю (СИ)

Опешивший от такого Кян быстро выдал:
- Нет, я подрался.
И тут же осознал, какую ошибку совершил. От холодных рук, беспорядочно тягающих его за щеки, голова начала кружиться и печь.
- Что?
- То есть, ударился.
- Рэки…
Ланга цыкнул и недовольно отвёл взгляд. Его забота была столь умилительной и согревающей, что Кян был готов умереть прямо здесь и сейчас.
Парня затошнило. Всё вокруг слилось в единую картину и начало беспорядочно плавать. Дыхание сперло что-то жесткое и колющее.
Рэки слышал, как его друг говорил что-то. Слов разобрать не мог, но сердцем понимал, что тот уже готов был набить кому-нибудь лицо. Единственное, чего парню хотелось - положить голову на подушку и ещё ненадолго закрыть глаза. Всё-таки, на экскурсию им ещё совсем не скоро. Можно и…
Обратно в чувства его привели холодные мокрые губы, коснувшиеся лба.
- Ты горишь.
Ланга выглядел таким напуганным и растерянным, что от этого хотелось смеяться. Как будто сама ситуация была невозможной. Они спали вместе всю ночь, при этом фактически в ссоре, а вчера один из них подрался и сиганул в сугроб с высоты второго этажа, пока второй шлялся непонятно где и приполз ночью весь в соплях. Что-то из разряда детской фантастики.
Кян мотнул головой и во мгновение стало безумно дурно. Парень понял - его нос заложен основательно, оставалось дышать только ртом, а такое дыхание сопровождалось хрипом и сиплым свистом, сначала еле различимым, теперь невозможно громким.
Ланга наклонился над ним и накинул одеяло. Стало теплее, но тело все равно ощущало ужасный мороз, подобный уличному. Рэки попытался выпрямиться и ощутил резкую боль во всем теле. Кости ныли, словно всю ночь пара парней проспали голыми в гараже на полу.
Даже осознавая собственное недомогание, Кян совсем не хотел тревожить блондина. Все-таки он не должен нянчиться с больным, когда целью всей этой поездки было провести время с друзьями. И уж тем более, он не должен проводить время с кем-то вроде Рэки. Последняя мысль резанула по сердцу и оставила зудящую невидимую дыру.
Рэки знал, что она не правдива, но сам хотел верить в это. Парень отвернулся к стенке и всхлипнул:
- Не… Не важно… Просто ложись к себе.
Не прошло и секунды, как его развернули обратно. Теперь Хасегава выглядел не на шутку напуганным. Парень потянулся к нему, ещё раз поцеловав лоб. Судя по выражению лица Ланги, он все ещё обжигал губы, если не стал еще горячее.
- Всего день. Как ты успеваешь?
- Успокойся, полежу и пройдёт.
Ланга снова цыкнул и во мгновение стал злым. Парень встал на ноги, осмотрелся и спешно накинул на себя чужую толстовку.
- Это же моя…
- Нашёл время. Хотя…
Хасегава снова подошел к нему и, неожиданно, пустил руки под майку. Они легко скользили, будто между ними и животом был слой масла.
- Ты весь мокрый. Ну хоть это неплохо. Тебе холодно?
Рэки отвернулся и уставился на стену.
- Угу. Майка в тумбочке.
- А вторая толстовка?
- Не высохла со вчера…
Кян начал хрипло кашлять, словно пытаясь выплюнуть внутренности.
- Я не думал, что когда-нибудь скажу это, но я хочу тебя треснуть.
В комнате раздались беспорядочные шаги и режущий звук молнии на рюкзаке. Хасегава спешно искал что-то, видно, разбрасывая по кровати вещи.
- Блин,да где?
- Почему ты свет не включишь?
- У тебя будут болеть глаза.
Рэки чувствовал внутри вулкан, выплевывающий из своих недр что-то горячее; вызывающий рвотные позывы. Парень скривился и зажмурился, стараясь не дать накипающему выйти наружу.
Неожиданно Хасегава взял его за плечи и посадил. И что удивительно - желание блевануть куда-нибудь как рукой сняло.
- Потерпи немного.
- Ага.
- Подними руки.
Хасегава сработал как часы. Как только с парня сняли майку - последнему показалось, что он оледенеет и мгновенно умрет. Уже через секунду на него натянули что-то большое и тёплое. Ланга снова схватил его за плечи и положил на подушку.
- Так получше?
- Это что, толстовка? Почему не носишь?
Взволнованный Ланга на секунду стал спокойным и улыбнулся.
 
- Не хочу.
- Но она ведь классная и тёплая…
- Я очень рад, что тебе она нравится. Значит ты её и носи.
Сказав это парень рывком накрыл опешившего рыжика одеялом и заправил уголки так, чтобы Кян не смог вылезти.
- Эй!
- Месье, вы в ловушке.
- Это я уже понял.
- Не вставай. Я схожу за учителем.
- Вот так встал и пошёл. Прямо сейчас.
Парень улыбнулся и потянулся.
- Не язви мне тут. Пять минут и я вернусь.
Сразу после этих слов Хасегава вылетел прочь. Кян, смотрящий ему вслед, думал:
« И снова у тебя проблемы из-за меня…»
У рыжика было стойкое ощущение, что между тем как Хасегава ушёл и они вернулись вместе с учителем, прошла добрая пара часов. Кян чувствовал себя треской, которую жарят в кипящем масле. Парня тошнило. В лёгкие - как воды набрал. Нос не дышит, через рот - всё булькает и скрипит. И стоило ему двинуться, чтобы почесать руку, как одеяло дернулось и соскочило, открыв половину тела. Парень моментально замёрз. Сжавшись, он попытался укрыться, но было так же плохо. В конце концов Рэки с головой накрылся одеялом и сжался в калачик. Время действительно текло бесконечно долго.
Наконец входная дверь распахнулась и в комнате послышалось два знакомых голоса.
- Рэки, ты как?
- Угораздило же вас. В самый разгар поездки…
Даже сквозь одеяло Кян сумел почувствовать боль от включённой люстры. Кто-то грубо дернул одеяло и яркий свет ослепил рыжика.
- Боже, а с носом то что? Ты же вроде говорил, что он температурит.
- Он… Упал.
- Если ты ему лицо начистил, то так и скажи. Мне нет до этого никакого дела. Главное - родителям ни слова. Понял?
«А, этот тот петух-классрук какой-то параллели.» Ланга просто молчал. Зрение все ещё не хотело фокусироваться, потому Кян довольствовался обжигающими белыми пятнами, гарцующими перед глазами.
- Да уж… Кян, как так получается, что ты - одна ходячая катастрофа? Ещё и Лангу заставляешь подрываться и тратить на себя время. Вот были бы мозги.
Даже осознавая, что сенсей говорил правду, рыжик думал лишь об одном:
«Хочу плюнуть ему в лицо.»
Решившись на ужасный поступок, Рэки прокашлялся, не прикрывая лицо. Преподаватель отскочил от него и начал ругаться:
- Ну давай-давай, ещё нас двоих зарази. И что теперь с тобой сделать?
- Он ведь может просто отлежаться в номере.
- Нет, это исключено.
Стало холодно, рыжик натянул на себя одеяло, оставляя прорезь только для глаз.
- Это ещё почему?
- Ну, лекарства у нас конечно есть. Но я не могу выделить никого из преподавателей, чтобы они остались здесь вместе. А он один дел натворит… Потом вдвоём за комнату отдуваться будете? Да и поколбасится он денёк в таком состоянии - может быть отпадёт желание делать глупости.
«Похоже, что я сегодня умру.» С каждой секундой у парня всё сильнее слипались глаза. Рыжик шмыгал носом, надеясь, что сможет дышать хоть немного. Казалось, сопли уже доставали до самого горла.
- Я останусь.
- Что? Ланга, ты и так молодец.
- Я серьезно. Поделитесь аптечкой и идите. Да и у меня самого в сумке было что-то.
Кян отчетливо слышал топот ног и знакомый скрипящий звук молнии. Ланга снова рыскал в рюкзаке.
- Не бери на себя слишком многое. А ещё ты целый день пропустишь.
- Да хоть до конца поездки тут просижу.
- Не усердствуй. Да и оставлять двух учеников на самоуправство я не могу.
- А все 40 можете.
- Что ты имеешь ввиду?
- У него из-за меня по-вашему нос разбит? Или, может быть, это кто-то из вашего класса? И я не стану утруждать себя напоминанием о том, что это в любом случае ваша ошибка. Хотя я и так это уже сказал.
- Ланга, не ругайся пожалуйста. У меня голова болит.
- Извини.
- Что-то ты разболтался. А так и не заметишь, что вы ладите.