Безжалостный (СИ)

— Получен запрос на открытие канала связи в режиме конференции, — доложил оператор связи.
— Открывай канал, — кивнул Дуган де Гарат.
На обзорном экране открылось сразу два окна с двумя молодыми людьми, с точки зрения Дугана, практически сопливыми мальчишками.
— Что происходит? — нетерпеливо спросил первый из них. Как и говорило собранное досье, особым терпением граф Гней де Велот не отличался.
— Война закончена, — сообщил Дуган, внимательно наблюдая за другим экраном, с которого на него молча взирал Марк Ортис де Фобос. — Не далее как несколько часов тому назад мой флот полностью уничтожил или же захватил корабли графа Абеларда де Шверт. Сам граф Абелард погиб вместе с лидером прорыва «Зигфрид». Думаю, об остальном нам стоит переговорить при личной встрече. Надеюсь, вы не откажите принять меня на борту своего флагмана.
— Хорошо, — согласился Гней де Велот после коротких раздумий. — Но с моей стороны на переговорах будет присутствовать барон Марк Ортис де Фобос. Второй юнец все так же молча склонил голову. Сразу и не поймешь — это кивок или поклон вежливости.
— Как вам будет угодно, Ваша Светлость, — согласился Дуган де Гарат, скрывая понимающую улыбку. Доклады СБ не врут и граф де Велот подвержен влиянию Марка Ортиса. А вот насколько сильному — это можно определить при личной встрече.
Он почувствовал легкое возбуждение и азарт. Как на охоте, до которой был большим любителем. Достойный противник, порой даже ценнее друга. Он подгоняет тебя, заставляет развиваться, расти над собой. И Марк Ортис вполне тянул на такого противника.
Полет до «Вдоводела» прошел без приключений. Лететь к Марку Ортису Дуган де Гарат бы не рискнул. Имея столь значительный перевес, барон дома Фобос вполне мог решиться атаковать корабли дома Гарат. А граф Гней де Велот другой и слишком верит в ценность данного слова.
Мазнув быстрым взглядом по собранному в ангаре почетному караулу, а заодно и команде контрабордажа, Дуган Гаранис спустился по аппарели.
— Ваша светлость, — один из абордажников, судя по всему старший, отдал четкий салют. — Добро пожаловать на борт «Вдоводела». Граф Гней Серт де Велот ожидает вас в кают-компании.
Почетный караул остался в ангаре, словно опасался, что из челнока графа выскочит десант. А вот офицер проводил его точно до дверей кают-компании, но заходить не стал и остался снаружи.
За столько лет, Дуган де Гарат научился неплохо разбираться в людях. Полезное умение. Для правителя так и вовсе незаменимое.
Граф Гней Серт де Велот на него впечатления не произвел. Он больше тянул на не слишком накаченного абордажника, нежели чем на правителя нескольких систем. Возможно, будь у мальчишки больше времени и опыта, он заматереет и избавится от ненужных иллюзий. Но разве ему дадут это сделать?
Марк Ортис показался невозможно молодым, но Дуган де Гарат отлично знал, кто в этом тандеме главный. А кто только считается таковым.
— Граф Гней де Велот, барон Марк де Фобос, — сухо улыбнулся он, внимательно смотря на Марка. — Наконец-то мы встретились лицом к лицу.
* * *
Переговоры с графом Дуганом Гаранисом де Гаратом продолжались почти два часа. Правитель дома Гарат оказался до ужаса дотошным, оговаривая каждую деталь по два-три раза. Новость о разгроме флота Абеларда Резона де Шверта Гнея, конечно, радовала. Но вот способ, которым граф Дуган де Гарат добыл победу, вызывал некоторую оторопь, порождая в душе Гнея чувство брезгливости, близкое к отвращению.
Как можно так безжалостно предать союзника? И даже то, что дом Гарат готов был поделиться трофеями, не радовало молодого графа. Впрочем, это вовсе не означало, отказ от корабля. Тяжелый крейсер, пусть и порядком побитый, на дороге не валяется.
И все же, когда все вопросы были обсуждены, Гней чувствовал себя выжатым, разбитыми и слегка вымазанным в одной известной вонючей субстанции. Не такой славы он хотел, соглашаясь на участие в этой войне.
Марк, подыгрывая «другу», вынужден был демонстрировать такое же состояние. Хотя лично ему встреча с Дуганом де Гаратом понравилась — интересный и очень опасный человек, нужно за ним приглядывать.
 
Хоть они почти не разговаривали, но обменивались столь красноречивыми внимательными взглядами, что будь на месте Гнея кто-то другой, то их бы точно заподозрили в каком-нибудь заговоре.
Но Гней — это Гней. Именно этим он и хорош!
— Наконец-то все закончилось! Это была самая странная и безумная компания, в которой мне довелось участвовать, — проворчал Гней, когда граф де Гарат покинул борт «Вдоводела». — Моя берлога, — сообщил он, открывая двери в каюту капитана. — Располагайся. — Стоило дверям сомкнуться за их спинами, Гней стащив с себя верхнюю часть парадного скафа и остался в одной тонкой футболке с гербом дома Велот. — Сначала пал дом Лерн, а теперь еще и Шверт! Предательство! Всюду одно лишь предательство! В этом мире совсем не осталось места доблести и чести!
— Граф Теодор Дане сам угодил в ловушку. Твоей вины тут нет, — успокоил его Марк. Про свою вину он умолчал, хотя особой вины и не чувствовал. — Про предательство графа Дугана де Гарата я и вовсе промолчу.
Хотя, какое это предательство? Разумный выбор разумного человека. Граф Дуган де Гарат увидел свой шанс быстро подняться и не упустил его. То, что Гней назвал предательством, для Марка было просто грамотным ходом. Плодом работы если не его рук, то гениальной (какие тут могут быть сомнения?) головы.
— После такой передряги нужно выпить! — подытожил Гней. Задрав голову к потолку каюты, он поднял руки и наслаждением потянувшись до хруста в суставах.
Спрятанный в стене мини-бар явно не нуждался в приставке мини. Четыре длинные полки были заполнены выстроившимися в ровные ряды бутылками, украшенными хорошо знакомыми и совершенно незнакомыми Марку этикетками. 
Пока Гней звякал бутылками, Марк с интересом осмотрелся. Ему приходилось бывать на борту «Вдоводела», но в каюте капитана, захваченной Гнем, он оказался впервые. Несмотря на то, что «Вдоводел» — тяжелый крейсер, а не лидер прорыва, каюта капитана оказалась почти такой же большой, как его апартаменты на «Октавиане Августе». За одним маленьким исключением — на «Октавиане» у него две комнаты, а у Гнея на «Вдоводеле» — одна.
Убранство каюты было под стать характеру Гнея — легкий беспорядок, много оружия и, что Марка особенно удивило, разнообразных моделей космических кораблей. Все модельки были заботливо заключены в прозрачные противоударные полусферы и занимали несколько полок большого стеллажа, расположенного возле входа.
Проблема была не в самих моделях. Люди занимаются разными, зачастую и более бесполезными вещами. Марк отлично знал, сколько времени и усидчивости требуется, чтобы правильно раскрасить и склеить тонкие детали подобных моделей, добиваясь точного соответствия оригиналу. А усидчивость и Гней… что-то тут не сходится.
Вот коллекция холодного оружия, украсившая сразу две стены, в том числе и ту, что возле кровати — это как раз в духе Гнея Серта де Велот. Остается надеяться, что все это колюще-режущие обилие надежно закреплено, а то в случае отказа систем искусственной гравитации может получиться неприятно. Особенно если она сперва отключится, а потом включится, а ты в это время будешь находиться в каюте.
Прошествовав к моделями, Марк с интересом осмотрел коллекцию. Некоторые модельки были довольно старыми, у части отсутствовали детали. Зато внешний вид других говорил, что красили и собирали их совсем недавно.
— Детское увлечение. Жалко выкидывать, — заметив его интерес, сказал Гней, разыгрывая равнодушие. Выглядел он при этом немного смущенным, словно его застали за чем-то неприличным.
«Детское, как же, — мысленно усмехнулся Марк. — Модель лидер прорыва «Райдзин» вышла ограниченной серией около года тому назад».
— Тебе стоит пообщаться с адмиралом Дайсоном. Его коллекция моделей не уступает твоей. — Благодаря Имиси, Марк прекрасно знал об увлечениях своего адмирала, который не гнушается задействовать СБ, чтобы достать интересующую его модель.