Секрет заброшенного поместья (СИ)
— Смею уверить, самое тяжёлое твоя супруга уже перенесла, появляться на свет они будут всё равно поодиночке, — спокойно усмехнулся Гарри. — И хватит уже сходить с ума! Возьми себя, наконец, в руки.
Драко только отмахнулся и продолжил носиться из угла в угол. Гарри, осознав бесполезность любых слов, пожал плечами, передал эльфу мантию и удобно устроился в кресле, вытянув ноги к камину и прикрыв глаза; день выдался непростым, а волнение за Гермиону только усиливало эффект усталости.
Вскоре в холле раздался шум, и в библиотеке появился Сириус Блэк под руку с кузиной — графиней Нарциссой Клеруа, бывшей леди Малфой, увлеченно о чем-то беседующие. Гарри успел уловить отрывок разговора: спор шёл вокруг выбора имени наследника Блэков, который должен был появиться на свет к Рождеству. Знаковое событие, впрочем, как и случившаяся полтора года назад свадьба Сириуса, который наконец-то решил, что нагулялся и пришел в норму после всех злоключений, выпавших на его долю. Теперь глава рода Блэк восстанавливал загородное поместье семьи, которое, не имея статуса родового гнезда, за последний век пришло в полный упадок. Лорд Блэк по-прежнему категорически не желал жить на площади Гриммо постоянно, считая дом слабо приспособленным для жизни не то что детей, но и взрослых. В планах числилась масштабная перестройка лондонского особняка, но начать решили с малого.
Появление новых гостей заставило хозяина дома прекратить метания и уделить матери и дяде приличествующее внимание, но надолго его не хватило: нервы снова взяли своё, и даже неизменно бьющие в цель насмешки главы рода Блэков не приводили к нужному результату, только накаляя обстановку. Драко шипел в ответ, уверяя, что полюбуется на дядюшку Сириуса через пару месяцев, когда придёт пора рожать его жене. Мужчины уже были в шаге от ссоры, когда появился эльф, выражение лица которого было крайне торжественным, а за ним широкими шагами зашёл в комнату Гиппократ Сметвик в сопровождении сияющей Джиневры Поттер.
— Вы можете увидеть жену и сыновей, — устало улыбнулся целитель хозяину дома, и Драко, не желая терять и секунды, трансгрессировал к спальне супруги.
Родственники обменялись улыбками облегчения: успешно завершившиеся роды давали шанс на возвращение привычного всем Драко: сдержанного и рассудительного. По нему все успели соскучиться с момента, когда обнаружилось, что ожидается появление на свет близнецов, вопреки родовым традициям Малфоев иметь лишь одного ребенка, которые частенько трактовали как проклятие.
Истрепав себе нервы до основания, Малфой старательно распространял волнение на окружающих, разве что на работе держа себя в руках. Данный факт успел за последние месяцы порядком поднадоесть всему окружению молодой семьи. Особо чувствительные вообще старались не пересекаться с лордом Малфоем, как и большая часть домовых эльфов, отправляя старшего — Дирка — парламентёром каждый раз, когда возникала надобность, и дружно истово молясь о скорейшем разрешении хозяйки от родов.
***
Гермиона Малфой казалась совсем хрупкой на фоне огромной кровати, на которой традиционно появлялись на свет наследники рода. Правда, первый раз случилось, чтобы здесь родился не только будущий Малфой, но и будущий Руквуд, но такова доля Возрождающей, а природа пришла на помощь, пусть и ценой испытаний будущей матери: вынашивание двойни ей далось непросто.
— Кажется, я справилась, — слабо улыбнулась молодая женщина, протягивая руки к мужу.
— Ты лучшая, я всегда это утверждал, — уверил её он, опускаясь на колени у кровати и покрывая поцелуями тонкие пальчики, на одном из которых сверкал большой изумруд, который носили жены глав семейства Малфоев со времени основания рода.
— Так уж и всегда, — слегка фыркнула Гермиона. — Слышал бы тебя Гарри.
— Про себя — всегда, — парировал Драко. — А то, что боялся признаться вслух — дурак был.
Леди Малфой улыбнулась, сжав руку мужа. Она до сих пор до конца не привыкла к такому Драко: откровенному, открытому. С которым можно было спорить, но не ругаться, обсуждать миллион разных дел, читать книги, просто молчать вместе… Да, на работе он по-прежнему цедил слова сквозь зубы, бывал высокомерным до невыносимости и мог любого унизить взглядом, но то на работе, в Министерстве. Дома это был её любимый муж. И Гермиона готова была благодарить всех возможных святых за каждый час их прожитой совместной жизни.
— Знаешь, ты совершила чудо: в нашей семье множество лет появлялся только один наследник, — продолжил тем временем Малфой. — Последнее исключение случалось, кажется, в пятнадцатом веке, представляешь? Остается думать, что сплетники, говорящие о проклятии рода, были правы!
— Ну пока наследник у рода Малфой родился только один, — мягко возразила Гермиона. — Ты же помнишь…
— Зато оба они — точно Блэки, — прервал её с усмешкой Драко, поднимаясь на ноги и подходя к колыбельке. — И кое-кого это порадует, я уверен.
На него внимательно смотрели две пары ярко-синих, как у дядюшки Сириуса, глаз. Только вот хохолок волос на лбу у одного из них был почти платиновым, как у отца, а у второго — тёмно-каштановым.
— Да, кровь — не водица, — поддержала Гермиона, наблюдая за мужем и сыновьями. — Думаю, имена тоже Сириуса порадуют, ведь после возвращения из Арки он успел кардинально пересмотреть отношение к семье, хоть и несколько своеобразным способом.
— Скорпиус и Антарес? — улыбнулся Драко, аккуратно беря на руки во все глаза уставившихся на него сыновей. Имена они выбрали давным-давно, только узнав о двойне, но родственников о результатах оповещать не спешили.
— Скорпиус Малфой и Антарес Руквуд, — кивнула Возрождающая. — И дрогнет Хогвартс через одиннадцать лет.
— Можно только посочувствовать преподавателям, учитывая, что к ним прибавятся Альбус Северус Поттер и молодой наследник рода Блэк, которому никак не выберут имя, — в серых льдистых глазах зажглась проказливая искра. — Ничего, на Джеймсе Сириусе сначала потренируются. Для начала.
Раздался нетерпеливый стук, и в комнату стали заходить друзья и родные, разглядывая наследников, ахая, вздыхая и обсуждая. Малфой, сидя рядом с женой, мог только сжимать её пальцы, стараясь через прикосновение передать всю благодарность и любовь к ней. Он знал: двое мальчишек будут помнить о чести семей, получат все необходимые для чистокровных наследников навыки и соответствующее воспитание. Но одно правило молодой отец твердо намеревался нарушить, оставив вековые традиции рода Малфой в прошлом: никаких внушений, никаких ментальных закладок применять к сыновьям он не собирался. Настала пора менять стереотипы. И даже готов был заранее смириться, если кто-нибудь из них — о, ужас! — поступит на Гриффиндор.
— У меня возникло ощущение, что ты что-то задумал, — тихо произнесла Гермиона, когда гости постепенно разошлись, а сыновья, утомившись от пристального внимания, заснули.
— Счастье, — заверил её Драко, наклоняясь и нежно целуя. — Только счастье. Мы его заслужили.
По старинному поместью пронёсся поток воздуха, словно кто-то глубоко вздохнул от полного, всепоглощающего удовольствия. Крик новорождённых говорил о том, что магии рода не грозит забвение. Став Возрождающей для двух старинных магических родов, Гермиона выполнила миссию, уведя события совсем по иному пути от изначально предначертанного Судьбой.
Всё было хорошо…