Секрет заброшенного поместья (СИ)

Прочная нить, связывающая его с Гермионой, к счастью, позволила Драко появиться уже под куполом защиты дома, что значительно облегчало задачу поиска девушки, экономило время, но исключало незаметный побег: быстро снять заклинания не получится, как и незаметно трансгрессировать прочь. Значит, задачей было дотянуть до прихода помощи извне, заботясь, чтобы Гермиона не пострадала. И для этого следовало выманить Эрука из дома и занять его делом…
Вокруг стояла тишина, не доносилось ни звука. Не желая попусту рисковать, Малфой снова обратился в хорька, и юркий зверек мелькнул в приоткрытую дверь.
Дом оказался ещё меньше, чем казался снаружи. Первый этаж почти целиком был отдан под единственную большую комнату с крайне аскетичной обстановкой. Большой стол полностью завален бумагами и другим хламом. На двух стульях висела одежда. На грубо сколоченных деревянных полках стояли книги. В углу узкая лестница вела вниз. Судя по всему, это убежище уже давно служило Эруку тайной базой.
У окна на узкой тахте Драко увидел ту, которую искал. Запястья девушки были накрепко привязаны обычными веревками к деревянным перекладинам кровати, глаза закрыты, а по телу прокатывались волны дрожи — в помещении стоял промозглый сырой холод, а из одежды на Гермионе по-прежнему была лишь всё та же ритуальная белая мантия, на которой там и тут виднелись кровавые потёки и разрезы.
Эрука видно не было, только из подвала раздавался размеренный стук.
Подобравшись совсем близко, Малфой мягким движением скользнул на кровать и аккуратно дотронулся влажным носом до тонкой кисти. Девушка вздрогнула и открыла глаза. Взгляд её был полностью осознанным, и Драко сразу понял, что заклятие подвластья практически перестало действовать — чего и следовало ожидать. Даже в таком измученном состоянии Гермиона нашла в себе силы противостоять вторжению в разум. К тому же, посещение Руквуд-холла ей должно было придать энергии, и благотворное влияния визита туда пока действовало, пусть и ослабевая с каждым часом.
Гермиона следила за зверьком с неослабевающим вниманием, и в карих глазах светилось узнавание. Волшебник был уверен: она поняла, кто явился её спасать, в конце концов, когда-то она уже имела возможность наблюдать Драко Малфоя в образе белого хорька.
Малфой осторожно перегрыз веревки, оставив их на месте, не рискуя пока превращаться в человека и пользоваться волшебной палочкой: на помещении могли стоять сигнальные чары. Он понимал, что быстро снять защиту не удастся, поэтому раньше времени не хотел выдавать своего присутствия, тем самым подводя Гермиону под удар.
— Он… в подвале, — слабо шепнула девушка. — Там… лаборатория.
Кивнув, что в исполнении маленького хищника в иной ситуации выглядело бы довольно комично, Драко скользнул по лестнице вниз. Эрук действительно был там, стоя над котлом с зельем, характерный запах которого выдавал в нём почти готовое оборотное. Учитывая обстоятельства, догадаться о том, кого собирался изображать маг, было несложно. Эрук хотел могущества и мести, и, если достичь первого так и не удалось, то можно было не сомневаться, что вторая цель не потеряла привлекательности.
Скрипнув зубами, Малфой бесшумно поднялся обратно в комнату. План наконец-то сложился в его голове. К счастью, зелью ещё далеко было до полного созревания, а на данной стадии оно требовало регулярного присмотра, что давало фору во времени, которой Драко обязан был воспользоваться. Как изначально и было решено, следовало как можно скорее отвлечь Эрука, вытащив его из дома, подальше от Гермионы. Молодой маг был достаточно уверен в собственных силах, чтобы надеяться продержаться до подхода подкрепления.
Превратившись в человека, Драко подошел к кровати, на которой лежала Гермиона, и оставил под тонким матрасом одну из своих палочек в надежде, что девушка в крайнем случае сможет использовать оружие. Невольно вспомнилось о том, что Гермиона могла её когда-то наблюдать в руках у Поттера. Неприятный осадок виденного по воле существ, живущих на путях мёртвых, царапнул острыми когтями, но Драко быстро взял себя в руки, отметая глупую ревность.
  
Пленница чуть заметно кивнула, в карих глазах засветилась благодарность, смешанная с каким-то другим, абсолютно незнакомым чувством, от которого по телу мага прошла волна тёплой дрожи.
— Будь… осторожен, — еле слышно прошептала она. — Пожалуйста.
Слабо улыбнувшись, Драко поспешно отвернулся, скрывая охватившие его эмоции, и покинул комнату. Выйдя из дома, он перекинул кинжал в левую руку, достал вторую палочку и принялся нарочито грубо распутывать плетение заклинаний, заранее зная, что действия произведут шум, оповещая хозяина о вторжении.
— Малфой…
Как и следовало ожидать, Эрук почти мгновенно повелся на простую провокацию и выскочил из дома. Вспышка заклинания ударила о купол защиты позади вовремя отклонившегося с траектории Драко.
— Невежливо встречаешь гостей, — фыркнул он, выставляя щит против нового удара. — Где накрытый стол, где приветствия?
— Я же сказал: вы не получите девчонку, — зашипел Эрук. — Ты не послушался, теперь и род Малфов ждёт забвение. Ты посмел вмешаться в мои планы, а такого я не прощаю. Не знаю, как ты попал внутрь, но наружу уже не выйдешь. Моё терпение лопнуло. А Блэка здесь нет, так что готовься к смерти.
Очередное заклятие — пока всего лишь конфундус — заставило Малфоя пригнуться, пропуская луч. Пока шло всё по плану.
— Если бы я получил силу рода, просто спокойно жил бы, — сообщил, резко взмахнув палочкой, Эрук. — Мне не было бы дела до тебя и остальных здешних снобов. Но твоё вмешательство приведет к плачевным последствиям для всех англичан.
— Кажется, ты вообразил себя по меньшей мере вторым Волдемортом и строишь планы по захвату Англии? — хмыкнул Драко, плавно двигаясь вдоль купола защиты так, чтобы отвести Эрука подальше от входа в дом. — Не надорвёшься? Он, помнится, плохо кончил. Совсем плохо. Поверь, я видел!
— Не смей меня сравнивать с этим полукровкой! — прокричал Эрук. Голос сорвался в хрип от переизбытка эмоций. — Потрать он все силы на то, чтобы получить наследство Гонтов, остальное пало бы к его ногам само. И Гонт-касл — тоже.
— Похоже, вопросы чистоты крови для тебя болезненны, а, Эрук? — расплылся в ехидной улыбке Драко, чувствуя, как противник поддается неконтролируемой ярости, а значит, теряет необходимую концентрацию. — Ты так любишь рассуждать на эту тему. Может, помимо предателей рода, у тебя в предках обнаружится еще кто-нибудь… неприглядный? Ведь изгнанникам живётся нелегко, особенно если причина отрезания от семьи весома.
— Не смей!.. — Фраза оборвалась — Эрука не хватило одновременно на разговор и невербальное колдовство, и луч заклинания благополучно улетел в сторону.
— Жаль, я не успел разузнать подробности, — продолжил тем временем Драко, тщательно сохраняя хотя бы видимое спокойствие. — Ведь в хрониках семей аристократов твои предки уже не числятся — утратили это право после изгнания, как можешь догадаться. Впрочем, важны ли эти детали? В род тебе не вернуться, ведь именно на твоём прадеде вина за его полное угасание.
— Мой прадед пытался вернуть роду истинную силу! — прошипел его противник. — Если бы ему удалось задуманное, Руквуды имели шанс вновь обрести власть над смертью. Что по сравнению с этим жизнь женщины, к тому же не отличавшейся чистой кровью?
— Ты точно не числился среди Пожирателей? — хмыкнул в ответ Драко. — Твои рассуждения — прямо калька с их глупостей. Моя незабвенная тётка, например, такими разговорами извела род Лестрейнджей под корень. Да и других тронутых на голову фанатиков там было достаточно.
Эрук снова зашипел, пригнулся, и из его палочки рванул поток ледяного холода, от которого Драко только в последний момент сумел поставить щит. Отраженное заклинание, вспыхнув синим пламенем, ушло в землю, покрывая траву прочным снежным настом.
— Твой папочка точно был фанатиком, — зло выдохнул соперник, отступив на шаг для краткой передышки. — И та самая тётка, родная, заметь. Оба они безумному полукровке лизали сапоги. Да и ты сам носил рабскую метку. Думаю, тебе пора отправиться за родственниками следом. Импедимента! Сектусемпра!