Все, чего он хочет (СИ)

— Нет, конечно нет. Но «нет» ты бы не сказала.
— Ой, потому что ты ооочень неотразим, — сказала я насмешливо.
Его бровь поднялась выше, и он беззвучно усмехнулся.
Я начала краснеть.
— Хорошо, — отрезала я. — Ладно, так и есть.
Он засмеялся, прижал меня к себе и поцеловал меня нежно и глубоко.
Ооооо…
Так намного лучше.
Пока он не отстранился и не сказал:
— Я довольно неотразим…
Затем он просто рассмеялся, когда я несколько раз шлепнула его.
Когда я закипела, он обнял меня и погладил по руке.
— Я имел в виду, что, когда я к что-то решаю, не позволяю ничему стоять у меня на пути. А я был полон решимости получить тебя прямо сейчас, неважно где.
Во мне поднялся жар.
Я хотела прикоснуться к нему, поцеловать его, утащить в спальню — но остановила себя.
Сейчас было действительно неподходящее время.
— Так почему бы тебе просто не подумать, что ты способен победить Миранду и своих родителей?
Он помолчал несколько секунд. Затем, наконец, сказал:
— Потому что это противоречит чему-то еще, чего я хочу.
— Чему..?
— Чтобы ты была в безопасности.
Я чуть не заплакала, когда он это сказал.
Но потом я отстранилась и посмотрела ему прямо в глаза.
— Я не хочу, чтобы ты об этом беспокоился. Происходящее важнее меня.
— Ты говоришь, что сейчас…
Он замолчал.
Невысказанный конец этого предложения напугал меня, поэтому я откинулась на Коннора спиной, и он обнял меня.
Больше мы ничего не говорили, пока Джонни, наконец, не вернулся.
  
7
 
Дверь пентхауса открылась и ворвался Себастьян.
— Боже мой, я уехал из Лос-Анджелеса, думая, что иду на вечеринку, а в итоге приехал на похороны.
Он оказался не таким, каким я его представляла. Не знаю, чего именно я ждала — Стэнфорда из «Секса в большом городе»? Джека из «Уилл и Грейс»?
Я определенно не ожидала, что парень ростом шесть футов пять дюймов с непослушной копной платиновых светлых волос, которые выглядели так, будто в салоне красоты тратили два часа, чтобы заставить его выглядеть так, будто он только что скатился с кровати. На нем были дорогие синие джинсы, итальянские лоферы из замши, бледно-лиловая футболка под спортивной курткой и красивый шелковый шарф, небрежно завязанный на шее.
Я просто таращилась на него. Голос точно принадлежал Себастьяну… но он просто не вязался с его обладателем. Как неловко.
Коннор мрачно улыбнулся своему помощнику.
— Спасибо, что приехал.
— Помнишь, что я тебе сказал? Еду в отпуск, и все развалится.
Затем глаза Себастьяна переместились на меня, и он изобразил волнение, хлопнув в ладоши.
— Ооо, даааа, наша собственная маленькая Вавилонская блудница!
— Эй, — рявкнула я, не в настроении и не в восторге от слова «блудница», которое так небрежно бросали все вокруг, особенно в отношении меня.
— Ты здесь, чтобы сделать жизнь лучше, — предупредил его Коннор, — а не хуже.
— Ой, извините, у меня создалось впечатление, что именно так Миранда планирует изображать ее в новостях, в Интернете и в детских субботних утренних телешоу. Я ошибаюсь?
— Ты уже знаешь — спросила я, во мне поднялся ужас. Мне показалось, что в этот самый момент по радио передают новости, что он слышал их по дороге сюда…
— Джонни уже кратко проинформировал меня, — сказал Себастьян.
Я немного расслабилась, зная, что Миранда еще не разрушила мою репутацию.
«Пока» — ключевое слово.
Что меня немного напугало, так это то, насколько я была напугана, когда думала, что это уже началось.
Себастьян снова повернулся к открытой двери.
— Где Джонни? У него мои вещи. Мне нужно кое с кем встретиться, прежде чем мы полностью перейдем к делу. А, вот и они.
Кто-то еще вошел в пентхаус.
«Хавьер», — предположила я.
Опять же, не такой, каким я его себе представляла.
Из предыдущих комментариев Себастьяна — «я пью Май Тай у самого восхитительного бассейна с самым красивым мужчиной в Калифорнии» — я ожидала молодого Антонио Бандераса. И, учитывая, каким горячим был Себастьян.
 
Не настолько.
Хавьер был невысокого роста — намного ниже Себастьяна, вероятно, около 5 футов 5 дюймов. Его кожа была не слишком темной. Он был одет только в облегающую черную футболку, черные классические брюки и шикарные черные туфли. У него была безупречно подстриженная бородка, а его длинные волосы были зачесаны назад и собраны в короткий хвост. У него были большие мягкие карие глаза и дружелюбная улыбка. В каждой руке он держал по тяжелой сумке, демонстрируя мускулы, достойные спортзала. Он был симпатичен самым обычным образом, но определенно не был «самым красивым человеком в Калифорнии».
Он мне сразу понравился.
И еще больше мне понравился Себастьян за то, что ему понравился Хавьер — особенно когда я увидела выражение его глаз. Он был явно влюблен.
Так мило.
— Хавьер, это мой босс, чью глупую задницу я пришел спасти, — сказал Себастьян, указывая на нас на диване.
Коннор бросил презрительный взгляд на Себастьяна, вставая с дивана и протягивая руку.
Хавьер бросил свои сумки, наклонился и пожал Коннору руку.
— Очень приятно познакомиться, — сказал он мягким голосом с легким намеком на латиноамериканский акцент.
— Взаимно. Извините, что помешал вашему отпуску.
Хавьер улыбнулся.
— Все нормально. Себастьян очень заботится о вас.
— Действительно? — Коннор ухмыльнулся. — Вы должны сказать ему, чтобы он продемонстрировал это в менее оскорбительной манере.
— Боюсь, это невозможно, — пожал плечами Хавьер.
— Простите, но я все еще здесь, — фыркнул Себастьян. — Достаточно. А ты, — сказал он, постукивая по носу Хавьера, — раскрывающий все мои секреты…
Джонни вошел не только с гигантскими сумками в каждой руке, но и меньшими по размеру под мышками.
— Блин, Себастьян, сколько дерьма ты привез?
— Ой, замолчи. Хавьер, это Лили. Она причина всех наших текущих проблем.
— Себастьян, — предупредил Коннор.
— Ой, я забыл, не Лили, а твой член, — сказал Себастьян, как будто внезапно вспомнив. — И твоя неспособность держать его в штанах последние несколько дней. Восемь месяцев я умолял тебя им воспользоваться, но не вытаскивать же публично…
— СЕБАСТЬЯН, — отрезал Коннор.
— Извини, во мне говорит Май Тай, — сказал Себастьян, нисколько не сожалея.
Я улыбалась от уха до уха, поднимаясь с дивана. Несмотря на резкость Себастьяна по отношению ко мне, было приятно видеть, что Коннора время от времени воспитывают.
Не говоря уже о новости, что он восемь месяцев не спал ни с кем, кроме меня.
Это было приятно слышать.
Хавьер наклонился и пожал мне руку.
— Не волнуйся, Бастиан злится только на тех, кого любит, — прошептал он.
«Бастиан»… как мило!
— Значит, на тебя он тоже злится? — прошептала я в ответ.
— Нет, потому что я люблю ЕГО, — громко объявил Себастьян, затем поднес руку ко рту. — Боже мой, слишком много Май Тай.
Хавьер усмехнулся, подмигнув мне.
— Однажды он точно разозлится. Когда устанет от меня.
— Подобное никогда не случится. Но… мне неприятно тебя об этом просить… — Себастьян поморщился. — … Не мог бы ты немного погулять? Мы должны обсудить некоторые довольно щекотливые вещи…
— Ничего страшного, — улыбнулся Хавьер и повернулся ко мне и Коннору. — Было очень приятно познакомиться. Джонни, с тобой тоже.
Джонни пожал ему руку, а мы с Коннором попрощались.
— Я позвоню тебе, когда мы закончим, — сказал Себастьян, провожая его до двери, затем ему пришлось наклониться, чтобы быстро чмокнуть его в губы, прежде чем Хавьер тихонько выскользнул из пентхауса.
Себастьян закрыл дверь, и внезапно он полностью занялся делом.
— Хорошо, рассказывайте, что именно сказала эта сука.