Вохштерн (СИ)
У меня было не больше пары секунд на то, чтобы среагировать. И я сделал единственное, что пришло мне в голову — затушил два ближайших к выходу факела, и прыгнул в самый темный из углов комнаты. Успел вовремя — стоило мне затаиться, как дверь, ведущая из кухонного крыла открылась, и в помещение вошли два мужика, одетых как лакеи. Каждый из них тащил в руках по здоровенному подносу, нагруженному какой-то снедью.
— Вот скотина, Торет. Управляющий же говорил ему, чтобы следил за факелами в людской. Ты смотри, на этот раз два погасло. — Зло заметил тот, что шел слева и чуть впереди.
— Наваляй ему сам, делов-то.
— Ага. Такому лбу наваляешь.
— Ну тогда не ной как баба. Чай не совсем слепые, допрем уж как-нибудь снедь.
— Допрем, как же. Помоги мне с дверью.
Ждать пока дверь закроется я, естественно, не стал и проскользнул вслед за лакеями. Благо, ширина проема позволяла. Лишь второй обернулся, отреагировав на поток воздуха, сопровождающий мой рывок. Но там, куда он смотрел, меня уже не было — я скрылся за соседней портьерой, которыми были задрапированы стены в этом зале. К счастью, расстояние между ними позволяло сделать это незаметно для всех. Вообще, я мог бы и не устраивать всех этих пряток и спокойно выйти, так как двери тоже были скрыты за портьерами. Но кто же знал…
Отойдя чуть подальше, я вновь аккуратно выглянул. Да уж, судя по количеству выставленных столов, обжираловка тут намечалась знатная. А вот полное отсутствие стульев говорит о том, что намечается нечто вроде шведского стола. Ну да, вон вся еда такая, что ее удобно есть на ходу.
Те лакеи, благодаря которым я попал в пиршественный зал, оказались лишь первыми ласточками будущей суеты. Вскоре поток слуг входящий и выходящий из зала сначала превратился в небольшой ручеек, а после превратился в бурный поток. Да уж, вовремя я успел. Промедли еще пару минут, и все — кто-нибудь, особо глазастый, обязательно меня бы заметил. Ну да ладно, бог с ними со слугами, пусть себе работают, а где же господа?
Господа нашлись в соседнем зале. Знай себе тихо беседовали, разбившись на группки, наслаждались негромко играющей музыкой, пили вино, и строили козни против его величества Вальдера III Хольтрига.
Особо выделялся хозяин дома — невысокий, седоватый мужчина, стильно и со вкусом одетый. Узнать его было несложно — Селех дал исчерпывающе точное описание. А вот то что парень, примерно моих нынешних лет, всюду его сопровождающий, и есть виновник торжества было понятно без всяких описаний. Уж очень он походил на своего батюшку.
Эсквайр и его сын курсировали между группками гостей, где-то задерживаясь дольше, где-то ограничиваясь парой фраз. А стоило показаться новым, как тут же вежливо откланивались и спешили тем навстречу. Короче говоря, выполняли свой хозяйский долг.
К сожалению, с моего места вновь прибывших видно было плохо. Выходить в соседний зал я побоялся — спрятаться там было негде, а идти в открытую, когда сам хозяин дома постоянно шляется по залу, было чревато. Поэтому, мне пришлось сделать хороший такой круг вдоль стен, дабы иметь возможность следить за входом в поместье. Мне нужно было точно знать когда на свой последний в жизни праздник явится капитан.
Времени у меня мой маневр занял достаточно. А все из-за постоянно снующих между кухней и столами слуг. Я даже начал бояться, что опоздал. Но нет, удобно устроившись, с другой стороны, и оббежав зал глазами я убедился, что моей цели тут нет. И уже хотел вернуться к наблюдению за входом, но внезапно застыл, потрясенный открывшимся мне зрелищем.
Судя по всему, ей было что-то около двадцати. Высокая, намного выше местных девушек, стройная, со смуглой, чуть блестящей, кожей. Она чем-то походила на уроженку южных округов Испании. Такая же жгучая, страстная брюнетка. И пусть она сейчас стояла пристойно одетая и внешне скромная. Но эта страсть пробивалась в каждом ее движении, в каждом жесте, в повороте головы. А когда я на секунду сумел словить взгляд ее черных, глубоких как летняя ночь, глаз. Когда мельком увидел вечную усмешку, в них затаившуюся. Я понял, что окончательно пропал.
Ох, каких же мне усилий стоило отвести от нее взгляд. Пришлось даже применить заклинание лечения, дабы немного прочистить мозги. Сейчас было не время и не место, чтобы забивать себе голову посторонними красотками, которых я вижу первый и последний раз в жизни. Я это прекрасно понимал. Но, нет-нет, а мои глаза сами начинали шарить по залу, выискивая незнакомку. И каждый раз, когда я на нее натыкался взглядом, мое сердце радостно подпрыгивало. А стоило рядом с нею оказаться любому, пусть даже самому дряхлому, существу мужского пола, как в груди у меня начинала нарастать ревность.
Так что нет ничего удивительного в том, что я проморгал появление капитана. Заметил его лишь тогда, когда он, в сопровождении эсквайра, прошел мимо меня в пиршественную залу. Хвала богам, он умудрился прийти на торжество в своем служебном мундире, иначе я бы его ни за что не узнал бы со спины.
То ли начальник городской стражи был последним из приглашенных, а может просто время пришло. Но все оставшиеся гости потянулись вслед. Не стала исключением и молодая незнакомка. Она проплыла мимо меня, держа под руку чернявого господина средних лет, что-то увлеченно нашептывая тому на ухо. Новый приступ непонятной ревности накрыл меня, и я сам не заметил, как сняв маскировку, выскользнул из-за портьеры, незаметно влившись в общий поток.
Приступ ревности пропал, стоило мне упустить девушку из вида. И только тут я сообразил какую глупость совершил. Но отыгрывать обратно было уже поздно, а бежать на другой конец зала, дабы попытаться спрятаться там — просто не хотелось. Да и какого черта? Смуглянка мне понравилась. И я буду не я, если не узнаю хотя бы ее имя. Когда еще представится подобный шанс? А капитана… Капитана можно убрать и потом, если что.
Глава 11
Как я и рассчитывал, абсолютно всем было на меня плевать. Максимум чего я удостаивался — это легкого взгляда при моем приближении. А потом ко мне теряли интерес. Слишком уж простовато я был одет в сравнении с местными бонзами и их подпевалами. Единственное, старался держать как можно дальше от семейки эсквайров, дабы не случилось конфуза.
Поэтому и дрейфовал по залу с бокалом вина в одной руке и периодически подъедая элитные вкусняшки со стола (к слову, та же Лорви, на мой взгляд, готовила намного лучше местного повара). И продрейфовал прямо за спину к той самой красотке, с которой так хотел познакомиться.
Подслушивать, конечно, плохо, но я не сдержался. Уж слишком сильно меня нервировал этот господин, с которым она так близко общалась. Поэтому, я, прислонившись к одной из колонн неподалеку, тщательно прислушался. И от первых же слов незнакомки мне знатно полегчало:
— Папа, ты же знаешь, что он мне не нравится. — Громким шепотом выговаривала она своему спутнику. — Я не хочу иметь с ним ничего общего.
— Яльри, деточка, ну я же не заставляю тебя выходить за него замуж. Просто будь с ним мила и вежлива. Подари ему танец, наконец. Думаю, он окажет тебе честь.
— Ага, как же, честь. Ты меня еще в койку к нему подложи! Будто ты не знаешь, что этот aasno lyurioso от меня именно этого хочет.
Судя по тому, как побагровел папаня моей зазнобы, та сказала что-то очень и очень грубое. Умница, девочка, за свое счастье надо бороться.
— А ну не смей так о нем отзываться, несносная девчонка! — Мгновенно посуровевшим голосом осадил свою дочь господин. — В конце концов, это не только сын моего партнера, но и виновник торжества. Имей хоть немного уважения. К тому же, меньше всего мне нужно, чтобы ты своим дурным характером спутала мне все планы.
Ого какой папочка у девчонки, оказывается, заботливый. Ради выгодных контрактов готов ее в постель к сыну своего торгового партнера подложить. Красавец, нечего сказать. Да и та тоже молодец, не дает папочке спуска. Вон, что-то шипит ему на ухо. А вот мне нужно срочно сваливать отсюда. Я чувствовал, как во мне закипает злоба на этого пожилого сутенера. Еще чуть-чуть и я не сдержусь. А убийство отца, пусть и полностью им заслуженное, не самый лучший способ произвести впечатление на понравившуюся девушку. Но поговорить с ним нужно будет обязательно. Так, чтобы даже мыслей подобных не было.