Демон против правил (СИ)

– Знакомьтесь, Экатор Лийен – королевский эксперт по вопросам обычаев Нижнего мира и межрасовому взаимодействию.
Придворные внезапно расступились, открывая этого самого эксперта, и тот вышел вперед – высокий, бледный, с темным волосами. Воротник стойкой прятал ошейник, если тот появлялся, яркий синий галстук был закреплен серебряной булавкой и только оттенял темно-синий костюм, строгий и в то же время по-королевски дорогой.
«Убью, – подумала Витория, глядя в карие глаза этого эксперта, узнавая этот виноватый, растерянный и умоляющий взгляд. – Просто задушу, когда мы останемся рядом».
Она хотела бы вскочить и отхлестать его по лицу сотней пощечин прямо сейчас, но законы совещаний подразумевали разработку окончательного детального плана, а значит нужно было вызывать к ним братьев Томсонов, да и Экатор неожиданно брал слово и негромко, но уверенно сообщал:
– Как эксперт, я составил план обители Дер-Кареда и заранее нанес несколько возможных маршрутов в его личные покои, а также варианты маневров на случай, если его там не окажется.
О том, что Экатор и есть тот самый бывший раб Витории, теперь никто не сомневался, но никто, даже грубоватый драконоборец, не решился сказать это вслух, да и дело теперь было куда важнее. Война с Нижним миром была непосильна для магов – в этом никто не сомневался, а значит, войну необходимо не допустить; если для этого нужно поверить демону, которого привел сам король – так тому и быть, особенно если тот уверенно, четко и быстро отвечает на вопросы и явно старается помочь, не лукавя.
– Так было сто лет назад, – честно говорил он. – Да, все могло измениться, но до этого два тысячелетия не менялось, поэтому я не думаю, что что-то могло перемениться. Нет, разведка невозможна. Вторжение не будет незаметным. Да, я уверен, что в этом месте стражи не будет – стража брезгует крылом слуг. Конечно, я готов идти с ними и быть переводчиком, если это будет необходимо.
Он держался куда уверенней, чем раньше, хоть и втягивал время от времени голову, тер шею и косился на Виторию, но та только хмурилась, ожидая конца совещания, чтобы непременно убить этого экспертного гада, а потом, быть может, поцеловать, если он окажется достоин.
  
Глава 26. Союз мага и демона
 
Как только совещание закончилось, Витория схватила Экатора за локоть.
– Нам надо поговорить, – сказала она не столько Экатору, сколько всем остальным, и быстро вытащила его из одного кабинета, чтобы затолкнуть в другой и запереть за ними дверь.
Рабочий кабинет центрального управления, который передали двум командам практикантов, был совсем маленьким. Два стола стояли углом, примыкая к высокой тумбе с бумагами, в другом углу стоял шкаф. Напротив двери распахнуто окно, и повсюду хаотично, без логики стоят стулья: у окна, в центре комнаты, а один на столе – его туда поставил Дейвас, как последний аргумент о конце работы, мол, устали даже стулья. Стул так и стоял, а это сильно нарушало представления Экатора о порядке. Как только Витория втолкнула его в кабинет, он сразу заметил этот стул и пошел его снимать, чем еще больше разозлил бывшую хозяйку.
– Ты надо мной издеваешься, да?! – спросила Витория и, схватив со стола исписанные листы с черновиками отчета, испорченными, но не уничтоженными, свернула их в бумажную трубку и со всей силы ударила Экатора по затылку своим импровизированным оружием. – Сволочь!
– Витория? – удивился Экатор, спешно втягивая голову, оборачиваясь и тут же закрывая руками лицо от очередного удара.
– Стул он снимает, тварь, – шипела Витория, нанося удары один за другим по скрещенным рукам.
– Вита… Да послушай…
– Гад! Зараза! Демон недобитый!
– Госпожа, – умоляюще подал голос Экатор, когда, пытаясь отступить, задел все же стул и просто осел. Ему на самом деле захотелось упасть к ее ногам по привычке, но он знал, что так делать нельзя. Рабские наклонности из себя надо вырывать, выгрызать, удалять любой ценой. Витория всегда его ценила не за них, да и это обращение ее только сильнее обидело.
 
– Ах, теперь я «госпожа»! Где ты шлялся? Почему я должна волноваться? Почему?
Ее удары становились слабее, хотя с самого начала скрученной бумагой она по-настоящему вреда нанести не могла, разве что листы измяла, а потом неожиданно для себя заплакала от облегчения.
Она ведь волновалась, а вот он сидит живой, здоровый, разодетый.
– Я вообще-то беспокоилась, а ты…
Она не договорила, хотела отвернуться, чтобы он не увидел набежавших на глаза слез, а он внезапно схватил ее за руку и потянул на себя, вставая.
– Отпусти! – потребовала Витория, оказавшись в его объятиях. – Я приказываю…
– Ты не хочешь приказывать, – перебил ее Экатор, понимая, что голос у нее дрожит.
Витория вздрогнула, подняла на него глаза, подумала, что он, гад такой, выше нее и ей никак, совсем никак не удастся своим видом его осадить, а грозить ему печатями она просто не могла, это было бы неприлично.
– Ненавижу тебя, – шептала Витория, глядя ему в глаза, и очень старалась не заплакать.
– Правда? – с искренне виноватым видом спросил Экатор.
– Нет, идиот! – вскрикнула Вита и даже ударила его ладонью в грудь.
«Поцелуй меня уже!» – мысленно требовала она, с вызовом глядя на него, а он виновато кривился и, отталкивая в сторону стул, опускался на колени.
«Да ты издеваешься!» – ругалась Витория мысленно, но вслух сказать совсем ничего не могла, только кулаки сжала, обещая себе, что точно его прибьет, если он начнет нести какую-нибудь рабскую чушь.
– Витория Лио-Йен, вы имеете право злиться, – начал Экатор, не поднимая головы, а Вита скалилась от этих слов.
– Вы имеете право распоряжаться моей судьбой, – продолжал Экатор, но не как моя госпожа, а как джхара, дарующая силу, и я…
– Да что ты несешь?! – вскрикнула Витория, отскочила и только потом осознала, что действительно не понимает, о чем речь. – Что? – растерянно спросила она. – Что значит распоряжаться твоей судьбой.
– Мы связаны, – поднимая глаза, говорил Экатор. – Неужели вы не чувствовали это? Отвергнутый джхарой демон – это мертвый демон, а моя сила сейчас пробуждается, и рога растут, значит вы от меня не отворачивались, скорее вы меня любили…
– Какое еще «вы»?! – перебила его Витория.
– Уважительное? – очень робко предположил Экатор.
Тут нервы у Витории сдали. Она рассмеялась и при этом расплакалась, сползая на пол. Он совсем ее не понимал, а она его, но самое глупое было в том, что она его действительно любила.
– Ты идиот, – шептала она, вытирая слезы. – Идиот, который меня совсем не любит…
– Неправда! Я вас… тебя… я очень люблю. Как можно не любить джхару? Это как сердце свое проклясть и кровь отравить, и дышать ядом, и…
– Заткнись, – снова перебила его Витория, пытаясь утереть слезы.
Те лились из глаз, текли ручьем под истеричный смех вместе с ее болью и облегчением.
«Невыносимый идиот», – думала она, а сама понимала, что у этого болвана просто не хватило ума с ней нормально поговорить, дать весточку, ну или у нее не хватило инстинкта, или что там у демонов отвечает за чувства? Ответа она не знала, потому что лекцию сегодняшнюю об этом не слушала, а теперь от этого только больше хотела смеяться, еще и Экатор, осторожно подползал к ней и упирался лбом ей в плечо, почти бодался, чтобы тут же взглянуть на нее виновато.
– Я тебя ненавижу, – сказала она, глядя ему в глаза.
– Накажешь? – тихо спросил Экатор почти беззвучно и почему-то с нелепой надеждой.
– Обязательно, – прошептала Витория и сама схватила его за синий камзол, чтобы дернуть на себя и поцеловать, раз уж он сам не в состоянии это сделать.
 
Поцелуй получился злой, решительный, страстный. Она вцепилась в него и даже прокусила губу до крови, но он не отпрянул, а только ответил на ее поцелуй, слизывая свою кровь и размазывая ее соль по ее губам.
– Ненавижу тебя, – в очередной раз прошептала Витория, на миг разрывая жадный поцелуй. – Так ненавижу, что у тебя когда-нибудь будут огромные рога.