Демон против правил (СИ)

С этим спорить никто не стал, просто наблюдали, как Экатор что-то спросил, а получив ответ, задумался.
– Если он надеялся, что сможет просто спросить, что она любит, это он зря. Нас очень много, а работники меняются слишком часто, чтобы что-то запоминать, – разочарованно прокомментировал это Тевиш. Он явно рассчитывал на большее.
– Ой, думаю, ты не прав, – хихикнул Дейвас, видя, что Экатор снова что-то спросил, получил новый ответ и, кажется, завязал со слугами беседу, а через пару минут вернулся с самым невозмутимым видом, поставил на стол поднос и вновь опустился на колени у ног Витории.
Ему было немного страшно и почти больно смотреть на юного раба, ползающего по полу совсем рядом.
– Обалдеть, – глухо пискнула подруга Маранды, которую тут еще никто не знал. – Это же твое любимое сочетание.
Маранда обалдело дернулась. Кажется, она не хотела выдавать, что раб смог угадать, но слишком сильно растерялась.
Дейвас заржал, уже не пытаясь сдержаться. Сел на стул у соседнего стола, сложился пополам и закрыл себе рот рукой, чтобы не сотрясать стены собственным хохотом.
– Селдийский паштет, красные водоросли и нугара с вином? – удивился Тевиш. – Ну у тебя и вкусы. Ладно, идем. Ужина за твой счет вполне хватит в качестве извинений за неудобства.
Он отступил, буквально за шкирку поднял Дейваса и повел его назад к их столу, а тот очень старался не смеяться, но у него не получалось.
– Ты видел ее лицо? Это превосходно!
– Да, – спокойно отвечал Тевиш. – Главное, не начинай издавать дикие звуки демонической пляски.
Дейвас тут же снова заржал.
– Пошли, – спокойно велела Витория Экатору и добавила чуть строже: – Не отходи от меня ни на шаг… и молчи!
Экатор только кивнул. Он был даже рад этому приказу. Когда есть запрет, внутри сразу появляется барьер, его не трудно проломить, но он работает хорошим напоминанием. Молчать – значит молчать, справедливо. Только на мальчишку-раба он все равно обернулся, радуясь, что он теперь просто сидел в сторонке, явно не нужный, может быть ему повезет и хозяйка станет умнее, главное, чтобы она не решила ему отомстить за болтливый язык.
Понимая, что язык – это вообще какое-то зло во всех возможных смыслах, Экатор опустился на колени у стола и только теперь порадовался, что его сразу не убили, а ведь могли, за такую-то дерзость.
– Стоит отдать ему должное, – сказал Тевиш. – Так четко обосновать, в чем ее ошибка, может не каждый.
– Ой, я точно не умею так выражаться, – хохотнул Дейвас.
– Ты – это само собой. У тебя манеры хуже, чем у любого провинциала.
– Эй! – Дейвас скорчил возмущенную рожу, и Витория все же сдержанно хихикнула, постепенно отходя от происшествия.
– Кстати, – тут же сказал Дейвас, забыв, что он вообще-то смертельно обижен на весь мир. – Вит, ты же не станешь его всерьез наказывать? Это было феерично!
– Буду, – строго сказала Витория, хотя была с ним согласна. Раб уделал выскочку, но его дерзости это совсем не отменяло.
– Но ведь…
– Дейв, это же наша Вита, прекрати бояться за шкуру парня и ешь лучше, нам надо еще успеть поспать.
– Да, но я должен знать, как он это сделал! Вита, вели ему сесть уже за стол и все рассказать…
– Дейвас, он вообще-то раб, – напомнила Витория.
Ее друг только рукой махнул, мол, мало ли у кого какие недостатки, когда это нам мешало?
– Стоит признать, Вит, что на обычного раба он не тянет, – поддержал парня серьезный Тевиш, – и мне самому интересно.
Витория вздохнула и тут же усмехнулась. Ей тоже было любопытно. Она собиралась выспросить все уже в комнате, но лишить друзей удовольствия не могла.
– Ладно, будет по-вашему, – сказала она и посмотрела на притихшего Экатора. – Садись с нами. Поешь и расскажешь, как ты понял, что она любит.
Экатор посмотрел на нее испуганно и умоляюще, словно она сейчас приказала ему убиться о стену, не меньше.
– Что не так? – тут же спросила она, не выдержав этот взгляд. – Давай, говори!
– Так нельзя, – тихо сказал Экатор и виновато опустил голову.
Витория едва не стукнула его по голове. Сейчас ему, видишь ли, нельзя, а недавно было можно, но Тевиш остановил ее жестом и сам заговорил с рабом.
 
– Ты понимаешь, что говорить с тобой, пока ты находишься фактически под столом, не удобно?
– Да, я могу встать, – тут же отозвался Экатор.
– А есть ты как будешь? – спросил тут же Дейвас. – Короче, не дури нам голову. Мы вообще-то демоноборцы, нам виднее что тебе делать.
– Мы еще не получили назначение, – строго напомнил Тевиш. – Нас девять, а возьмут лишь троих.
– Нас троих и возьмут! – пожал плечами Дейвас и бесцеремонно стащил кусок мяса из тарелки друга.
Тевиш только глаза закатил и снова заговорил с Экатором.
– Ты хочешь нарушить прямой приказ?
Экатор сразу вздрогнул, отрицательно покачал головой и сразу сел за стол.
– Так-то лучше, ну у тебя и наследство, Вит, и очень не вовремя…
– Почему не вовремя?
– Давайте все новости потом, сначала история!
Дейвас сам сунул под нос Экатора тарелку, протянул ему вилку и уставился с нетерпением.
– Это было не трудно, – прошептал Экатор.
– Не трудно? – удивился Тевиш. – Бредовый набор.
– Если смотреть на него цельно – возможно, – согласился Экатор, сам не заметив, как включился в диалог, который ни один нормальный раб вести не будет. – Только я не пытался на это так смотреть, просто подбирал каждый компонент в отдельности. Узнал, что Тик уже брал за сегодня, а она его уже трижды гоняла, исключил все, что нравится госпоже, по ее словам, и взял самое дорогое, из того что осталось. Ей явно это важно.
– Тик – это тот раб? – спросила Витория.
– Как ты убедил слуг с тобой говорить? – спросил Тевиш, понимая, что те так ничего и не заподозрили.
– Почему исключил то, что нравится Вите? – выпалил Дейвас.
Все три вопроса зазвучали одновременно. Экатор сразу побледнел от смущения и стал отвечать по порядку на все, теребя под столом край рубашки.
– Тик – это тот раб. Он из нашего питомника, поэтому я его помню. Он хорошо воспитан, других ваш отец на продажу не пускал, оставлял у себя, даже если дефекты были минимальны. Слугам я сказал, что господа развлекаются, поэтому я сейчас буду странно себя вести, и попросил заранее прощение. Они посмеялись, но на мои вопросы отвечали, а вкусное для госпожи исключил, потому что люди с разными темпераментами обычно имеют разные вкусы.
За столом повисло ошарашенное молчание, а Экатор спешно опустил голову, пытаясь понять, не слишком ли он нагло смотрел на господ, отвечая на их вопросы, не сказал ли чего лишнего и не убьют ли его прямо сейчас.
– Мда-а-а, – протянул Дейвас. – Твой раб – настоящий фонтан пяти стихий.
– Даже я возражать не стану, – согласился Тевиш, хотя обычно он всегда ворчит, что стихий четыре и данное выражение является насмешкой над основными правилами магии.
– Ешь! – просто приказала Витория и все же добавила: – Если что-то подобное повторится, просто позволю тебя наказать тому, кому ты дерзил, а такие как она способны забить до смерти, даже не сомневайся.
Экатор кивнул, не поднимая головы, и все же попытался что-то съесть в присутствии господ.
– Относительно новостей! Ты тако-о-о-ое пропустила! – воскликнул Дейвас и взмахнул своей ложкой, не попав каплями своего полужидкого варева на форму Тевиша только потому, что они врезались во внезапно возникший магический щит.
– Дейвас, ешь и иди спать. Я тебя в шесть утра завтра разбужу, чтобы печати отрабатывать, – напомнил строгий Тевиш и посмотрел на Виторию. – У нас очень много новостей. Так много, что на них нужно время, и лучше, если сначала ты выспишься.
 
Он достал из-за пазухи блокнот, в котором вел записи о практике, открыл и переставил тканую закладку. Витория почти с ужасом на него посмотрела, когда этот блокнот протянули ей. Даже прикасаться к нему было страшно, слишком уж Тевиш был педантичен и строг в своих записях.