"Фантастика 2024-143". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Через неделю наших учеников стали брать на практику. Не всех, только магов жизни, которые достигли второй ступени. Грета попала в этот список. Остальные начали возмущаться, особенно боевые маги, всем надоела учеба, хотелось немного развеяться. Только надолго это бурчание не затянулось, одно дело болтать, а совсем другое, пойти и высказать свои претензии директору. Насколько я знаю, таких смельчаков не нашлось. Да и маги жизни тоже зря радовались. Все они проходили практику в ремесленном квартале, а кто из них допускал ошибки, отправляли в нищий. Там, как оказалось, тоже была лечебница.
Грете «посчастливилось» в ней побывать. В лечебнице, которая располагалась на территории ремесленного квартала, она случайно перепутала заклинания лечения, ее и наказали. Вернулась сильно впечатленной. В нищим квартале с лекарями была напряженка. Никто не хотел там работать. Лучше уехать в деревню. Поэтому клиентов у прибывших магес, было изрядное количество. К счастью Грета туда не одна попала, многие девушки и юноши допускали ошибки и попадали на исправительные работы. Образовалась большая очередь. Хорошо, что ученики были под охраной, да и лечебница располагалась рядом с казармами. Если учитывать, что с водой в нищем квартале были проблемы, то можно представить какие душераздирающие ароматы исходили от больных. Вода конечно в нищем квартале была, во рву, только она сильно загажена, ей даже помыться не получится. За чистой водой приходилось выбираться за город. У редких счастливчиков имелись неподалеку колодцы с относительно чистой водой.
Три дня несчастные ученики оказывали помощь больным в нищем квартале. Причем, если из ремесленного их привозили в общежитие каждый день, а утром забирали, то тут этим никто не занимался. Ехать больно далеко и долго. Поэтому они ощутили все прелести жизни неблагоприятного района. Ночью далеко не всем удавалось уснуть сразу, было страшно. Постоянно издалека доносились крики, как-будто кого-то заживо режут, что не исключено. Даже стража, которая охраняла нерадивых учеников, особо не успокаивала. Я по себе знаю, как трудно спать под постоянные вопли, а ведь я находился на территории бандитской группировки, где все были свои и никто никого не резал, а просто дрались и пьянствовали. Свои они, конечно, были друг для друга, а не для меня.
Через три дня девушка прибыла в общежитие, измученная постоянной нехваткой магического резерва, недосыпанием и страхом. От нее мы все и узнали. Ее соученики нам рассказывать ничего не пожелали, поэтому мы очень переживали за девушку. Уехала на практику и пропала. Спрашивали о судьбе Греты и у учителей, но они только отмахивались от нас.
Со слов девушки мы узнали причину, по которой необученных лекарей отправили на практику в лечебницу. Оказалось, что в город поступало много раненных с западной границы, где участились столкновения с племенами вадагов. Конечно, на границе имелись свои лекари, обученные, с большим опытом, но они просто не справлялись. Наскоро окажут помощь и оправляют в тыл долечиваться, особенно тех кто потерял много крови. За время пути раны у многих снова начинали кровоточить, загнивать, поэтому работы хватало. Практика коснулось не только первогодок, но и остальных учеников. Причем третий и четвертый год обучения отправили на западную границу, где с каждым днем становилось жарче.
Меня немного удивило такое обращение с раненными солдатами. Зачем везти в такую даль? Не проще ли организовать госпитали поближе к месту боев, тогда бы и людей больше спасти удалось. Но видно на этот счет у командования было свое, особое мнение. Из вылеченных солдат снова собирали отряды и отправляли к прежнему месту службы.
За два месяца да каникул, учитель просто озверел. Он изменил график моей учебы. Однажды вечером ко мне прибыл его посыльный и сообщил, чтобы утром я был на полигоне. Приказ наставника. Теперь я обучался только у него, никаких посиделок в библиотеке. Даже заклинания, которые я изучал самостоятельно, теперь изучались вместе. Это дало положительный результат, обучение пошло немного быстрее, но выматывало меня это основательно, несмотря на то, что учитель перестал меня калечить. Я думал, что работал с ним на пределе, но ошибался. Нагрузки увеличились, я сам в зеркале видел, как сильно похудел за несколько дней. Вечером, с трудом переставляя ноги, я падал на свою кровать, обессиленный и вырубался до того, как моя голова коснется подушки. Несмотря на постоянную усталость, голод, в столовую не всегда успевал сходить, а энергии тратил много, я изучил несколько заклинаний лечения. Оставалось всего три до того, как я бы мог с гордостью сказать, что являюсь магом лекарем третий ступени. Удалось заметить, что наставнику было наплевать на схему, которую он мне написал, учил как-то по-своему. Все заклинания стихий в разброс, с одного направления с другого. Вникнуть в это я даже не пытался, времени на это не было, да и желания тоже.
 
Я все также заряжал амулеты, только платить за них стали немного больше, так что мой капитал понемногу увеличивался. Удалось выяснить, что запрет на посещение города, это не просто блажь руководства, а меры безопасности, которые нужны ученикам. Нашего брата любили похищать и вывозить за пределы империи, откуда редко кто возвращался. В большей степени и из-за этого многие ученики не ездили домой на каникулы, без охраны. Просто не хотели рисковать, облава на магов и начиналась во время каникул. Не понимал я этого. Почему просто не запретить посещения дома? Родители бы приезжали. А так, похитят ученика, а потом выясняй, сам он сбежал или увезли за границу. Похищения были частыми, многие, несмотря на опасность, пытались рискнуть, примыкая к военным отрядам или караванам, которые следовали в нужную им сторону.
Полигон перестал пустовать. Если с начала обучения я находился там вдвоем с учителем, то теперь народу прибавилось Все наставники выгнали своих учеников на тренировки. Грета жаловалась, что у них теперь тоже нагрузка сильно увеличилась и теперь я не один такой несчастный. Ну да. Видел я эти тренировки. Стоят друг напротив друга. Один ставит щит, а второй пускает в него заклинание, когда у одного из учеников спадет защита и он получит рану, то в дело вступали лекари, оттачивая свое мастерство. Впрочем, саму девушку это не касалось, она также работала в ремесленном квартале, как и другие ученицы второй ступени. На полигоне присутствовали только самые бестолковые лекари.
Места стало мало, не рассчитан полигон на такое количество учеников, но нас это не касалось. Все было очень просто. К нам боялись лишний раз подходить. Мой наставник постоянно орал, сквернословил, ругая своего непутевого ученика, метал разные заклинания, которые не всегда были безопасны для окружающих. Я всеми силами избегал попадания по своему драгоценному телу, иногда удавалось. К концу учебного года я подошел с полностью изученными заклинаниями мага лекаря третий ступени, и даже начал изучать магию воздуха.
За неделю до каникул занятия в школе прекратились, почти все ученики перебрались в библиотеку, чтобы продолжить обучение там. Мне же, наконец, удалось выбраться в город. Наняв экипаж на два дня, я поехал в ремесленный квартал, чтобы посмотреть, что за дом мне достался от императорских щедрот. Да и нужно было попасть в гильдию наемников, чтобы нанять охрану для поездки домой, купить семье подарки, не ехать же с пустыми руками. Да и возможно, что в доме нет мебели, и это тоже нужно было решать, не на полу же моей семье спать по приезду, а то, что они поедут в столицу, я не сомневался. Учитель прав, семья — это моя ахиллесова пята. Убедить в этом отца не составит трудности. Признаться честно, я сам хотел, чтобы они были поближе ко мне, очень скучал, временами тоска наваливалась, благо, что учеба отвлекала.
Когда ехал по городу, понял, почему в город выпустили без сопровождения, повсюду было огромное количество стражников. Это было не удивительно, сейчас в столицу прибыло много отрядов, ведь в школе не только мы учились, а еще ученики второго года обучения. Боюсь, что у лекарей, которых отправили на западную границу, в этом году каникул не будет. Замостальными учениками, богатыми и родовитыми, приехала охрана. Причем, люди, которые забирали домой своих подопечных, писали расписки, что вернут их к началу следующего года. Те ученики, которые сами, на свой страх и риск, отправлялись в отчий дом, писали тоже, только сами за себя.