Ты волшебник, Гарри! (СИ)

Под автобусом были дома, за ними автострады, дороги с множеством небольших машинок, за ними небоскребы, снова дома, огромные парки, витиеватые сооружения, и всё это не умещалось в голове ребенка, которую он прижал к стеклу.
— Что случилось, Гарри? — спросила она, услышав тяжёлое нервное дыхание сына.
Мальчик отпрянул от стекла, уселся ей на колени с прямой спиной и уставился в лобовое стекло, где начала транслироваться траектория полета и другие автобусы. Все они были обозначены звездочками. Тут были жёлтые, зелёные, красные и даже белые звездочки, но не было ни одной чёрной.
После минуты молчания, бешеного мыслительного процесса и неутешительных выводов о своем попадании в другой мир, мальчик тяжело вздохнул, осунулся, опустил плечи и хриплым голосом произнёс:
— Бля...
* * *
Что сказать?
Можно очень много говорить с матом.
Отборным, трехэтажным, да так, что даже сам Пётр позавидовал бы, но толку от этого будет ноль.
Я тогда сидел в автобусе и смотрел на звездочки. И я прекрасно понимал, что это не просто звездочки, а те самые звезды. Те, которые я все время видел в... Прошлой жизни?
В палате я офигевал от своих рук и ног. Затем начал подмечать неладное... Никаких стетоскопов, какие-то штуки похожие на пистолеты с картриджами. Потом появилась красивая женщина с приятными формами и оказалось, что это моя мама. Потом старый растянутый ПАЗ без колес. Да, выглядел он, именно как автобус из моего детства. С закругленной задницей, с окнами на потолке и круглыми фарами, но он был не обшарпанный, не грязный и не старый. От него веяло новьеё, а внутри это оказалась какая-то невообразимо сложная машина, которая ни много ни мало летала.
Это окончательно выбило меня из колеи, и я дал волю чувствам, выразив их одним многогранным и многозначительным словом.
Да, моё молчание было сознательным решением. Ещё тогда, в больнице, когда я обнаружил своё тело... в довольно странном состоянии, я понял, что тут надо действовать осторожно. Зеркала там не было, но одного взгляда на руки и в трусы было достаточно, чтобы понять: тело не моё, и оно очень молодое. Растительность на нём отсутствовала как класс.
Поймите меня правильно, очень хотелось сыпать вопросами, попытаться понять, что произошло, но я достаточно прочёл сетевых романов и прочитал новелл, чтобы понять главное правило любого попаданца:
Не палиться!
Герои создавали суперпродвинутые технологии. Герои были самыми умными и гениальными. И выделялись, привлекая к себе внимание сильных и находя проблемы на свою задницу. Они воевали с кланами, лихо расправлялись с организованными преступными группировками, а мне, на секундочку, лет пять. От силы шесть. Давайте подумаем: какие варианты у ребенка?
Правильно.
Ждать, что решат за тебя взрослые.
Поэтому, ещё в бытность запойного книголюба, навсегда для себя решил, что первая глупость, которую может сделать герой — выделиться. Отсюда и моментальное решение, оказавшееся, как выяснилось в последствии, верным. Помалкивай и больше слушай.
Я и слушал. Вертел головой, смотрел по сторонам и осознавал, что я ничерта не понимаю. Путешествие во времени, где летают автобусы? Возможно, но почему старенький ПАЗ??? Другой мир, похож на наш? Уже более правдоподобно, но причем тут графы, бароны и князья?
Что? Ах да.
Со знатными родами тут было сложно. Сложно и просто одновременно. Нет, крепостного права не было или было, но его отменили. Я еще не разобрался. Да и...
Погодите. Давайте по порядку.
В детский сад я не ходил. В муниципальном не было мест, а на платный у моей мамы не было денег. Отца тоже не было, но я не спрашивал, где он. В основном был один.
Единственным источником внятной информации у меня был телевизор. Большая чёрная рамка на стене в нашей небольшой двухкомнатной квартире. По моим меркам шикарная вещь, но как я узнал впоследствии, это был самый дешевый вариант. Без вкусовых, ароматических и вестибулярных ощущений. Так, плоская хреновина, по меркам местных, но я и этому был рад.
 
Да, ещё был шкаф полный книг и технической литературы, но тут вышла оказия. Буквы я знал, но читать не мог. Слова просто не хотели складываться из букв, и я смотрел на них, как баран на новые ворота.
Поэтому основную часть времени я проводил у телевизора и занимался рисованием.
Нет, я не художник, но увы, первое правило я помнил капитально.
В один из таких дней я и понял, что все не так просто, как кажется. Это было через месяц или два после моего появления в этом мире.
* * *
Гарри улыбнулся и кивнул матери.
— Макароны с котлетой в холодильнике. Поставишь на плиту и нажимаешь среднюю кнопку. Ты уже умеешь, — произнесла женщина и застегнула плащ. — Я буду поздно. Сегодня у меня подработка на свадьбе. Она будет тут, в нашем дворце молодежи. Когда стемнеет — будет салют. Из окна будет видно.
Мальчик кивнул.
— Все. Будь умницей и никуда не выходи. Завтра меня сняли с подработки. Погуляем в парке, хорошо?
— Угу.
Женщина схватила пульт от телевизора, включила детский канал с какими-то ярко-кислотными мультиками и быстро выбежала, закрыв дверь за собой на ключ.
Мальчишка же тяжело вздохнул, отложил раскраски и, взяв пульт, переключил канал на новостной.
— Сегодня состоялся суд над Ирбисом из рода Каренов, — произнесла женщина в деловом костюме на фоне здания суда. — Напомним, что подсудимый устроил магическую дуэль в общественном месте. В результате необдуманного применения силы двое граждан Российской империи погибли, и еще пятнадцать пострадало. Следствие шло почти год, и вот приговор оглашен окончательный и без права обжалования. Ирбис Каренов отправляется на три года в отряд зачистки аномалий... К другим новостям...
Ребенок тяжело вздохнул, кинул пульт на диван и слез на пол. Пройдя по ламинату, он подошёл к большому книжному шкафу со стеклянными дверцами, а затем открыл одну из них.
— Допустим, мозг не сформировал нужны центры, — пробормотал он себе под нос, взял первую попавшуюся под руку книгу и снова вернулся на диван.
Усевшись поудобнее, он положил её себе на колени и взглянул на обложку. На ней были знакомые буквы, но они никак не хотели складываться в слова.
— И... с... ис... — мальчишка недовольно засопел, заелозил задом по дивану и упёр палец в буквы. — Ис... ис... т... ист... Твою мать!
Поняв, что так ничего и не выйдет, он взял раскраску и прикрыл ей название книги так, чтобы было видно только первые три буквы.
— Ист! — он передвинул книжку-раскраску чуть в сторону, после чего стали видны еще три буквы. — Ист... ист...
Парень понял, что мозг не справляется, и закрыл пальцами первые три буквы.
— Ори... ория... История! — победно произнёс он и азартно улыбнулся. — Ну, хоть что-то!
Так передвигая свою раскраску и сосредоточенно произнося вслух слоги в три буквы, он наконец прочёл название книги:
— История государства Российского!
Мальчишка был безумно рад и доволен. Он спустился с дивана и, важно сложив руки за спиной, прошёлся по комнате.
— Род Рожевых проводит новый набор на службу в боевое крыло рода. Полное содержание, отличное обмундирование и полная протекция семей служащих боевого крыла, даже в случае потери кормильца...
Не обращая внимание на вещавшую с экрана привлекательную женщину, Гарри с довольной миной подошёл к окну.
— Ну, в принципе шестилетние читают... — пробормотал он. — Не все, конечно, но многие...
Он оглянулся на диван, кивнул своим мыслям и снова уселся на своё место. Взяв раскраску, он открыл книгу и, найдя страницу похожую на оглавление, принялся читать. Медленно, скрупулезно разбирая каждое слово по слогам, он углубился в чтение.
По телевизору болтали без умолку, освещая жизнь аристократов. То их судили, то их чествовали, то с презрением говорили о их торговой деятельности. В одной передаче подняли грязное бельишко молодого графа, а уже спустя час этого же графа чествовали за проявленную отвагу в закрытии очередной аномалии. В общем и целом, шла обычная медийная светская жизнь.