Ты волшебник, Гарри! (СИ)

— Взятку предлагал?
— Намекал, но он виляет. Словно хочет, да не может.
Магомед снова погладил бороду и хмыкнул.
— Забудь про этот бокситовый кусок, — произнес он.
— Но, пап, там же...
— Забудь говорю. Про того наместника говорят, что он на руки грязный. Берёт и не стесняется. В Москве у него родич сидит и его кроет. Если он от денег отказывается, неспроста. Видимо, уже кто-то приметил себе.
Сын вздохнул.
— Не злись. Нет смысла за этот кусок с московскими тягаться. Больше потратим, в возню их при дворе влезем. Возня у императора под носом — это дорого.
— Мы не бедные.
— Мы не бедные, да только сегодня император нам улыбается, а завтра канцелярия имперская штрафы и выговоры выписывает. Всё течёт, меняется. Наши шахты и род остается, — Магомед достал папку из стола и протянул её подающему надежды отпрыску. — Держи. Почитай на ночь, подумай.
Сын взял в руки папку, открыл первую страницу и удивлённо поднял взгляд на отца.
— Так это же дальний восток. Оттуда логистика будет золотой.
— Думай. Думай, считай. И к Корнеевым съезди в гости. Они в переработке собаку съели. Потом к Пришвиным загляни. Поговори, а потом снова думай и считай. Ты, Ибрагим, неглупый. Только на поверхность смотришь. Смотри глубже.
Парень пролистнул страницу, вторую и поднял взгляд на отца.
— Корнеевы переработку знают. Пришвины промышленники... — он умолк и нахмурился, уже что-то прикидывая в голове.
Глава рода усмехнулся, но сказать ничего не успел. На столе зазвонил его личный телефон, который он использовал для семьи. Взяв его в руки, он обнаружил, что звонок от младшего сына.
— Кто? — тут же поинтересовался Ибрагим.
— Брат твой, — взял в руки телефон Магомед и поднял трубку. — Что случилось, Борис?
— Пап, у моего друга проблемы. Нужен твой совет, — произнёс голос в трубке.
— У тебя появились друзья? — хмыкнул отец. — Обычно ты ни с кем дружбы не заводишь. Кто она?
— Он мужчина, пап, — ответил сын. — Так сложилось, что мы с ним одни силу свою в этой школе чувствуем.
— Вот как... Маг земли?
— Нет. Он... я дал слово, что не скажу о его силе.
— Вот как... Что случилось? У его рода проблемы?
— У него нет рода. Он из простолюдин, — произнёс младший сын. — Дар у него сильный. Я рядом с ним хорошо расту. И человек он прямой. Удобно с ним.
— В чем проблема? Деньги нужны?
— К нему пришли из муниципалитета города. Он сильный, и они ему какие-то правила навязывают. Хотят в интернат отправить. Говорят, что слишком бедный, комнаты у него своей нет или что-то в этом роде.
Отец вскинул брови.
— Хочешь, чтобы я обеспечил его жильем?
— Нет. Просто не слышал о таком. Думаю, его из-за силы в интернат спихнуть хотят. Он чист, за ним выбросов нет. Силу контролирует полностью. Думаю, кто-то хочет его в интернат упечь. Сила редкая.
Отец постучал пальцами по столу и хмыкнул.
— Насколько редкая.
— Настолько, что в Российской империи ее нет.
Отец молча постучал пальцами по столу и покосился на старшего сына.
— Я тебя понял. Пока ничего не делай. Жди моего звонка. Я попробую узнать.
— Спасибо, папа, — послышался облегченный голос в трубке.
— Пока не за что, — ответил отец и, вздохнув, произнес: — Постарайся, чтобы крысы в вашей школе больше не горели.
— Я...
— Я не спрашиваю, откуда они там вообще взялись. Просто постарайся. Сидите тихо, — с усмешкой ответил отец.
— Хорошо, папа.
Магомед положил трубку и взглянул на хмурящегося Ибрагима, после чего протянул руку и забрал папку.
— Что случилось?
— Твой брат друга завёл, — ответил он и убрал папку в стол.
— Боря? Он же, вроде... Не любит разговаривать.
— А тут умудрился, — хмыкнул отец.
— У его друга проблемы?
— Да, — кивнул глава рода и взглянул на сына. — Ты поедешь туда и разузнаешь всё про его друга. Кто он, как семья его живет. Возьми с собой Аси. Пусть она посмотрит вокруг него. Он простолюдин. Возможно, под него копают и хотят в род утянуть.
— Простолюдин? — нахмурился Ибрагим. — Что с ним такого, что нам в это надо лезть?
 
— Очень редкий дар. Такой, которого во всей империи нет.
Сын нахмурился, открыл было рот, но затем закрыл. Внимательно посмотрев на отца, он спросил:
— Это ведь не тёмный?
— А это уже ты узнаешь, — хмыкнул отец. — Да, и скажи Аси, чтобы она информатора поменяла. У сына первый друг, а узнаю об этом от него же.
— Пап, зачем нам в роду тёмный? Он ведь...
— Ибрагим, ты про кровь тёмных знаешь?
— Нет. Не до этого было, да и...
— Тёмная кровь силу рода усиливает. Даже если тёмный слабый, то потом дети в разы сильнее со своей стихией рождаются. А если уж сильный... — Магомед хмыкнул и погладил бородку. — Ты думаешь, наш род просто так силой камня хвалится? У нас тоже в роду тёмная кровь есть. Некромант у нас свою кровь оставил. Сами некроманты сейчас толком никому не нужны. Мёртвые из могил сами не встают. Оружия сейчас и брони всякой напридумывали. А вот как кровь усилить так, чтобы на другой уровень выйти — нет.
— Мне его в род вести? — хмурясь, спросил Ибрагим.
— Нет. Сам не захочет — не упрашивай и не заманивай. Ибрагим, тёмные злопамятны и очень мстительны. Если так звезды сошлись, что Боря рядом оказался — пусть другом ему будет. Надёжным другом. А там, если судьба сведёт, то у тебя пять сестер. Может, и сойдется что-то. Пусть хотя бы и без брака.
— Как без брака? — недовольно насупился Ибрагим. — Чтобы сестру обесчестить и с головой на плечах...
— Тут не за честь разговор. Тут разговор за будущее рода, — отрезал отец. — И пока про это думать рано. Ему как Боре восемь лет. Мал еще, но если даже не сложится ничего — иметь хорошие отношения с некромантом никогда не лишнее.
— Понял, пап, — угрюмо буркнул Ибрагим.
— Раз понял, то ступай. Разузнай как там и что. Он из простолюдинов. Деньгами перед ним не сори. Скромно, спокойно доброжелательно. Понял?
— Понял, пап. Все сделаю.
* * *
— Мам, я открою, — произнёс Гарри, выйдя из туалета, где заканчивал свою очередную тренировку.
Парнишка подошёл к двери и щёлкнул замком, ожидая увидеть на пороге Петю, который выходил за тортиком по случаю отлично закрытого полугодия.
Сегодня Гарри принёс аттестационный лист из школы для одаренных, графы в котором были заполнены исключительно отличными оценками. Пётр на радостях ускакал за тортиком, мать отправилась наводить порядок на лице, готовясь к внезапному праздничному ужину, а начинающий некромант занимался своим даром.
Открыв дверь, Гарри вместо отчима, которого уже привык называть «Папа», обнаружил Борю с каким-то незнакомым молодым парнем и довольно милой девушкой лет семнадцати на вид.
— Мы войдём? Надо поговорить, — спросил парень. — Пустишь?
Гарри пустил незваных гостей.
— Гарри, Петя уже пришёл? — раздался голос матери, которая тут же выглянула из комнаты и удивлённо уставилась на незнакомых ей ребят. — Гарри, кто это?
— Мам, это Борис. Мой друг и одноклассник, — произнёс мальчишка и указал на парня. — А это...
— Брат — Ибрагим. Сестра — Аси, — указал на них Боря. — У тебя есть, где поговорить?
— Да, конечно, проходите, — указал на кухню начинающий некромант.
Когда все разделись и уселись на кухне, Гарри как добродушный хозяин налил всем чаю, после чего уселся напротив Бори и спросил:
— Что-то случилось? Не знаю, откуда у тебя мой адрес, но...
— Случилось, — кивнул молодой пиромант. — Помнишь ту историю с интернатом?
— Так вроде уже несколько месяцев тихо. Я думал, там всё затихло, — нахмурился мальчишка.
Борис взглянул на старшего брата.
— Боря сообщил отцу, что у тебя проблемы. Мы немного поспрашивали, что тут проиходит и с чем связано повышенное к тебе внимание, и... немного вмешались. До недавнего времени всё было тихо, и, вроде бы, история устаканилась, но сегодня Аси узнала, что твоё дело снова подняли, рассмотрели на внеочередном собрании и приняли решение.