Последние ритуалы
— Почти половина второго.
— Какие у тебя на сегодня планы? — спросила Марта Мист у Дори. Ее глаза предлагали несколько больше, чем голос.
— Никаких, — сдержанно ответил он.
— Приходи ко мне. У меня их тоже нет. Мы давно не были вместе, и, как я вижу, тебе нужен собеседник.
Она подчеркнула последние слова.
Бриет заерзала на стуле.
— Может, нам пойти в кино?
Она выжидательно посмотрела на Марту Мист и вдруг почувствовала, как ей наступили на ногу. Посмотрев вниз, она увидела на своей маленькой аккуратной туфле кожаный ботинок Марты Мист. Бриет покраснела, сообразив, что ее присутствие сегодня вечером нежелательно.
— Ты бы пошел в кино? — Марта Мист обращалась к Дори. — Или заглянул бы ко мне ради чего-нибудь более приятного?
Она отклонилась назад.
Дори кивнул.
Марта улыбнулась.
— Так что? Это не ответ.
— Заглянул бы к тебе.
Голос Дори звучал хрипло и тяжело. Никто из троих не заблуждался насчет предстоящей повестки дня.
— Сгораю от нетерпения. — Марта наконец освободила подбородок Дори и хлопнула в ладоши. Потом махнула проходящему официанту и попросила счет.
Дори и Бриет молчали. Бриет обиделась, а ему было нечего сказать. Он вынул тысячекроновую банкноту из кошелька, положил на стол и встал:
— Я опаздываю на занятия. Увидимся.
Девушки посмотрели ему вслед. Потом Марта повернулась и сказала:
— У этого ковбоя симпатичный зад. Ему стоит уходить от нас почаще. — Она взглянула на уязвленную подругу. — Ради Бога, не дуйся. Ты же видишь: он разрывается на части, а на кону стоит слишком многое. — Она похлопала Бриет по руке. — Он любит тебя по-прежнему.
Бриет кисло улыбнулась.
— Ну да… Любит меня, а хочет тебя… Так это выглядело.
— Перестань. Это не имеет никакого отношения к любви. В тебя все влюбляются. А я, ну… я хороша в постели. — Она встала и холодно оглядела Бриет. — Знаешь что? Я живу сегодняшним днем. Почему бы тебе не попытаться делать то же самое? Хватит сидеть и ждать, когда кто-то бросится к твоим ногам, — бери все сама и наслаждайся жизнью.
Бриет мяла в руках кошелек. Что она могла ответить? Она участвовала во всех любовных забавах своей компашки. Бриет чуть покраснела от воспоминаний. Разве не это называется «наслаждаться жизнью»? И разве она когда-нибудь вела себя так, будто ждет чьей-то любви? Чушь собачья! Парни обычно добиваются ее, а не Марту Мист. Эта мысль утешила девушку. Однако их положение сейчас очень серьезное, поэтому не стоит провоцировать подругу на состязание, кто из них более желанная. Марта Мист ведет себя как Гаральд в женском обличье. И контролирует Дори. А она, Бриет, не хочет идти в тюрьму. Нет уж, спасибо, временно забудем о Дори. Заполучим его позже. Бриет распрямила спину, демонстрируя свою грудь. Когда они шли к двери, трое сидящих у окна мужчин как один похотливо уставились на нее. Не на Марту Мист. Довольная Бриет улыбнулась про себя. Маленькие победы часто бывают самыми сладкими.
Глава 15
— Ничего, — сказала Тора разочарованно. После разговора с Хюги они заскочили к ней офис проверить, ответил ли таинственный Мал.
Маттиас пожал плечами:
— Возможно, он никогда не ответит.
Тора не собиралась так легко сдаваться.
— У Гаральда в компьютере наверняка есть о нем информация.
Маттиас поднял брови.
— А у тебя в компьютере есть информация о твоих друзьях?
— Брось, я имею в виду список контактов, адресную книгу…
Маттиас снова пожал плечами:
— Да, я понял. Кто его знает, возможно, у Гаральда и есть список контактов.
Тора закрыла почтовый интерфейс.
— Надо позвонить в полицию, узнать насчет компьютера. — Она взглянула на часы монитора. — Сейчас только половина третьего, они наверняка еще на месте.
На столе у Беллы вчерашнего запроса о предоставлении материалов расследования не было. Скорее всего он все-таки отослан и, вероятно, в полиции уже получен. Разумнее выждать день-два и позвонить сразу — и по поводу компьютера, и документов. Однако проснувшийся в Торе интерес, и не только профессиональный, победил ее здравый смысл. Она разыскала мобильные номера друзей Гаральда и позвонила Марте Мист, Бриет и Бряудну. Все они отказались разговаривать, заявив, что дали показания полиции, а Бриет даже устроила истерику. В общем, на тот момент других идей, чем им с Маттиасом заняться, у Торы не было.
— Звони, — решительно сказала она.
Маттиас позвонил, и ему сообщили, что компьютер можно забрать уже сегодня. Обратиться следовало к сотруднику полиции по имени Маркус Хельгасон.
Маркус встретил их в дежурной части. С Торой он поздоровался на исландском, а к Маттиасу обратился на английском, хотя и сдобренном сильным акцентом.
— Мы уже встречались. При обыске квартиры и когда вы приходили к моему шефу, Аудни Бьяднасону. Кажется, вы с ним не особо поладили, поэтому на сей раз он прислал меня. Надеюсь, не возражаете.
Маркус не слишком соответствовал стандарту «красавца полицейского» — должно быть, поступил на службу, когда требования относительно роста личного состава уже упразднили. Он был вполне обыкновенный блондин с невыразительными серыми глазами. Полицейская форма — голубая рубашка и черные брюки — его молодила. Он с улыбкой пожал гостям руки, и Тора отметила, что у него красивые белые зубы. «Ему надо чаще улыбаться», — подумала она.
Маттиас и Тора заверили, что не возражают против общения с ним, а не с его начальством, и офицер радостно продолжил:
— Я и сам хотел с вами встретиться. Мы понимаем, что вы интересуетесь обстоятельствами убийства, и, поскольку формально наше расследование еще не закончено, мы могли бы кое-что обсудить. — Он смущенно замолчал, а потом добавил: — Компьютер сейчас упаковывают вместе с оставшимися вещами из квартиры погибшего. Так что вам придется немного подождать. Давайте пройдем в мой кабинет.
Тора вопросительно взглянула на Маттиаса, но тот, как всегда, пожал плечами, давая понять, что не видит в этом ничего особенного. Она же сообразила, что объяснение насчет упаковки компьютера — явный предлог задержать их. Даже однорукий сделал бы это за три минуты. Она подыграла: любезно ответила, что нет проблем. С видимым облегчением Маркус повел их к себе.
Его служебный кабинет был таким же безликим, как и хозяин. Вид оживляла лишь кружка с эмблемой «Манчестер Юнайтед». Маркус предложил Торе и Маттиасу сесть, убедился, что они устроились комфортно, и только потом сел за свой стол. Во время этой процедуры никто не произнес ни слова. Молчание затягивалось.
— Ну-ну-ну… Вот так вот… — тянул Маркус, изображая радушие.
Тора и Маттиас молча улыбались в ответ. Тора хотела, чтобы разговор начал полицейский, и Маттиас, судя по его плотно сжатым губам, хотел того же.
Полицейский не выдержал.
— Слышал, вы сегодня были в тюрьме и встречались с Хюги Торриссоном?
— Встречались, — подтвердила Тора.
— Понятно, — сказал Маркус и провел рукой по краю стола. — Выяснили что-то новое? — Он вопросительно смотрел на обоих. — Прошу не обижаться, но ваши поступки кажутся странными. Вы должны действовать в интересах семьи убитого, но, как мне сообщил Финнюр Богасон, готовы защищать главного подозреваемого… Я правильно расцениваю ваш утренний визит в тюрьму?
Тора взглянула на Маттиаса, тот жестом попросил ее ответить.
— Согласитесь, — начала она, — что странным и нетипичным выглядит все дело. Разумеется, мы представляем семью Гаральда. А защита Хюги Торриссона, по стечению обстоятельств, является частью поручения семьи. — Она сделала небольшую паузу, ожидая возражений со стороны полицейского, однако он промолчал, и Тора продолжила: — Семья Гаральда не убеждена в виновности задержанного, и наш утренний разговор с ним только укрепил эти сомнения.
Маркус удивленно вскинул брови.
— Признаться, я не понимаю, на чем они основаны. Проведено следствие, установлены факты, обнаружены улики — все указывает на обратное.