Аферистка для гения (СИ)
Вальтер склонил голову, бросил на меня последний взор и быстро удалился. Я лишь провела его взглядом и вновь повернулась к Румусу. Тот улыбнулся мне:
- Мой помощник не донимал вас, леди Хелена?
- Нет, мы едва ли успели с ним познакомиться.
- Талантливый мальчишка, - заметил атэльпат, но скорее перевел тему: - Так когда же мы встретимся вновь, прекрасная Хелена?
Теперь Лазари уже намеренно опустил вежливую приставку “леди”, но я только улыбнулась и скромно опустила глаза, словно комплимент приятно потревожил меня. Сделала вид, что задумалась, хотя превосходно знала где и когда состоится наше следующее свидание. К калитке как раз подъехал экипаж, извозчик вопросительно взглянул в нашу сторону.
- Послезавтра, - решившись, подняла глаза и посмотрела на Румуса. Он склонил голову на бок, его взгляд скользнул на мои губы, затем чуть ниже, а я добавила: - В двенадцать я буду ждать вас на Лунной площади.
- Отлично, - атэльпат помог мне встать и довел до экипажа. Перед тем как отпустить мою руку, он поднес ее к своему лицу, и у меня на миг остановилось сердце, но ни один мускул на лице не дрогнул. Губы мужчины всего на долю секунды едва заметно соприкоснулись с тканью моей перчатки, а затем ведьмак все же отпустил меня.
- До встречи, господин Румус, - с придыханием попрощалась я, закрывая дверцу. Дрожь в голосе добавила фразе трепетности. Лазари довольно и предвкушающе улыбнулся, делая шаг назад:
- До встречи, леди Хелена.
Шторка упала на окно, скрыв от посторонних глаз то, как я расслабленно откинулась на спинку диванчика и прикрыла глаза.
- Куда едем? - вопросил извозчик, подстегнув лошадей. Копыта мерно застучали по брусчатке.
- Улица Розалий, - отозвалась я, поправляя юбку. В Новом городе много улочек были названы в честь цветов. Я считала это символичным: на пепелище разрушенного королевства имперцы высаживали собственный сад…
***
Следующий день начался с посещения приюта. Я прибыла к двухэтажному зданию через час после рассвета. Извозчик помог мне выгрузить из экипажа корзинки с подарками детям, лучезарно улыбнулся напоследок и уехал.
- Здравствуй, Хелена, - произнесла Береника, придерживая серую юбку, пока спускалась по ступеням. Ей было около пятидесяти, но худое лицо уже покрылось морщинками и следами от пережитой язвенной болезни. Волосы настоятельница приюта прятала под серой косынкой. Она смотрела на меня без особой любви, скорее как на блудную кошку: хочет - приходит, хочет - нет. - Опять решила учить детей плохому?
- Я никого ничему не учу, - отмахнулась, поднимая первые две корзины и проходя мимо Береники. - Учить их - ваше дело, я лишь помогаю понять жизнь.
- Плохие у тебя методы, Хелена, - покачала головой женщина, поднимая одну корзинку и помогая мне занести ее внутрь. - Или желаешь им такой же жизни как у тебя?
- У меня неплохая жизнь, - отвечала, не глядя на настоятельницу. Она говорила тихим скрипучим голосом, без укора или гнева, давно смирившись с характером свободолюбивой кошки.
- Мне врешь или себе, Хелена? - она проследила взглядом за тем, как я ловко затащила по ступеням последние корзинки, и подняла голову, заглянув мне в глаза: - Если мне, то зря. Если себе - говори убедительнее. Не учи детей плохому, это ты сердцем и мыслями живешь в прошлом, а им нужно дальше двигаться.
- И куда же дальше? - я прикрыла дверь приюта и скрестила руки на груди: - В Латицию? Подчиняться хищникам и восхищаться ведьмами?
- Именно так, - кивнула Береника, я лишь тихо фыркнула и отвернулась, а женщина продолжила: - Многие из них даже не запомнят жизни в Тенире, для них будет существовать лишь империя. Я начала учить их писаниям Святого Флоренсо.
- Лучше научи их поминать ткеши на каждом шагу, - процедила я, резко разворачиваясь и направляясь внутрь здания.
- Хелена! - из-за угла выскочила Ирис. Увидев меня замерла и расплылась в улыбке, а на нее налетел, едва не сбив с ног мальчишка.
- Привет, мои милые, - улыбка, появившаяся на лице была искренней, я присела, раскрывая руки для объятий. Разговор с Береникой и сама женщина, а также вся Латиция с ее богами резко отошли на задний план. Остались только восторженно улыбающиеся и наперебой рассказывающие о новостях дети.
Настоятельница была права: я пришла с просьбой. Дети всегда с интересом выполняли мои поручения. Вот и новая игра пришлась им по нраву. Никогда бы я не стала поручать им что-то, что могло навредить. Береника стояла у двери, смотрела на меня осуждающе, но не вмешивалась. У приюта едва хватало денег на выживание, и если бы не пожертвования, которые приносила я или привлеченные мною меценаты, им приходилось бы очень туго.
Дети пообещали присматривать за Румусом на протяжении недели, а потом доложить мне о том, что узнают.
Когда я собралась уходить, дети разочарованно заныли, а Береника обрадовалась.
Следующим местом, которое стоило сегодня посетить была верфь, доставшаяся мне в наследство от супруга.
Наодима Рефре нашла в эллинге, где он наблюдал за ремонтом корабля. Подошла ближе и остановилась рядом, так же присмотревшись к беготне работников. Высокий мускулистый даркти перекатил зубочистку из одного уголка рта в другой, скосив на меня заинтересованный взгляд, но разговор начинать не спешил. Я еще раз оглянулась, убедившись, что до нас никому нет дела и нарушила молчание:
- Вчера произошла облава в Рыбном районе.
- Кого-то поймали? - скривился Наодим, стрельнув глазами в сторону.
- Джим едва не попался, - вздохнула, скользя взглядом по борту корабля. - Но успел скрыться. Мне не известно попался ли кто-то не из подчиненных Шайра.
- Новое место уже сообщили? - склонив голову, уточнил Наодим. Я поджала губы:
- Пока нет. Не уверена, что мне его скажут. Может, это и к лучшему. Чем меньше даркти знает, тем надежнее укрытие.
- Ладно, - неохотно согласился мужчина. Мы некоторое время молчали, слушая громкие металлические и деревянные звуки ремонта судна. Затем Наодим вдруг обернулся ко мне полностью и прошептал: - Тебе стоит прекратить этим заниматься, Хелена.
- Что? - я опешила, недоуменно глядя в глаза собеседнику. Тот смотрел на меня строго:
- Опасно это, красотка. И с каждым днем все опаснее. Верла давит повстанцев, как крыс. Его псы землю носами роют лишь бы угодить хозяину. Тебе всего двадцать, девочка, а ты готова жизнь загубить…
- Прекрати, Наодим! - зашипела в ответ, откидывая руку, которую даркти хотел положить мне на плечо. Он поджал губы, еще раз оглянулся, но попытки отговорить мне не оставил:
- Я за тебя переживаю, Хелена. Тебе бы нормально замуж выйти, по любви, спокойное семейное счастье узнать.
- И за кого ты предлагаешь мне выйти? - возмутилась, глядя снизу вверх на мастера. - Не за тебя ли?
- Можно и за меня, - не разделял моего сарказма Наодим. Я едва не застонала от безысходности. Этого мне только не хватало!
- Нет, Наодим, у меня есть путь и смысл жизни, другого мне не надо. Наверное, не стоило сегодня приезжать. До встречи.
- Стой, Хелена! - окликнул меня мужчина, но я быстро развернулась и стремительно направлялась к выходу из эллинга. Бежать за мной Рефре не стал, а я только сильнее сжимала челюсти. В памяти отчего-то всплывали серо-зеленые глаза и растерянная улыбка.
До Рыбного района от верфи, что находилась на окраине города, добралась пешком. Джим ждал на оговоренном месте. Стоял у стены, прикрыв голову соломенной шляпой, и щелкал семечки. Я остановилась рядом с ним, но смотрела по сторонам. Из окна трехэтажного дома высунулся мужчина, сверкнув проплешиной:
- Караси копченые надыть?
- Не надыть, - отозвался Джим, отлипая от стены и подходя ко мне ближе.
- А чего тогда торчите тут? - буркнул мужик и скрылся в окне.
- Чисто, красотка, я тут уже полчаса кукую. Иди за мной.
Мы тут же свернули с широкой улицы в подворотню. В Рыбных кварталах не существовало тупиковых дворов, каждый из них имел арку, или несколько щелей между домами, чтобы можно было передвигаться по густо населенному району в обход главных улиц. Повстанцы этим пользовались, действительно напоминая вездесущих крыс.