Аферистка для гения (СИ)

Лакети ступал вальяжно, горделиво, как ему было положено по статусу. Грация хищника, не сравнимая с движениями даркти, скользила в каждом его шаге. Этого лорда я видела лишь на портрете, который мне показывала Аника, но узнала безошибочно. Наверное, самой яркой чертой в его внешности были глаза - сверкающие сапфиры, расколотые вертикальным зрачком, они медленно и с удовольствием осматривали меня. Спохватившись, сделала книксен.
Аника схватила меня за руку и произнесла, обращаясь к герцогу:
- Моя дорогая подруга - графиня Хелена Поливерн, - затем лакети повернулась ко мне и ободряюще улыбнулась: - Рада представить тебе герцога Дариана Хеланда.
- Я невероятно рада встрече и знакомству, - улыбнувшись уголками губ, скромно опустила глазки и подала хищнику руку. Он ни на миг не отрывал от меня взгляда, опаляющее пристальное внимание синих глаз чувствовала кожей. Герцог едва коснулся моих пальцев губами, а затем неожиданно спросил:
- Леди Хелена, вы уроженка Тенира?
К подобному вопросу я была не готова, но не позволила себе показать растерянности. Быстро прикинув варианты ответа, я подняла голову и сдержанно кивнула:
- Это так, лорд Дариан. Я родилась и выросла в Тенире, ни разу не покидала родной город.
Взгляд Хеланда вдруг стал задумчивым, с лица медленно сошло расслабленное выражение. Я внутренне напряглась, совершенно не понимая, чем могла огорчить герцога или выдать себя. Считала про себя удары сердца и мило улыбалась, пока мужчина очерчивал взором мой подбородок, так и не выпустив моей руки.
Анику кто-то окликнул и она отошла, оставив меня наедине с герцогом. Наконец, он опомнился, отпустил мои пальцы и задал новый странный вопрос:
- Во время штурма Торпа вы тоже находились здесь, леди?
- Да, - ответила, совсем растерявшись. Чего он добивается подобным допросом?
Правительство Тенира не смогло эвакуировать всех, вывезли лишь часть даркти, а остальным пришлось прятаться по подвалам и молиться, чтобы их не завалило камнями. Некоторые пытались уплыть на лодках, мало кому это удавалось: имперские солдаты расстреливали тех, кого замечали в море. Я была среди тех, кто прятался в подвале. До сих пор помню как там было тесно, душно и пыльно. После того как выбралась наружу, я целый день не могла очистить нос от грязи, которой надышалась, но это была меньшая из моих бед.
Впрочем, я бы не стала говорить кому-то из жителей Латиции о том, каково это - оказаться в осажденном городе, осознавать, что каждый час может стать последним. Мне казалось, что моя голова лежит на деревянной подставке, а надо мной висит гильотина, веревку которой грызет маленькая мышка, и никто не знал когда ее крохотные, но острые зубки достаточно подточат канат и лезвие полетит вниз.
- Наверное, это было ужасно, - с грустью в голосе сказал лакети. Я едва не фыркнула: он мне сочувствует? Своевременно.
- Я почти ничего не помню, - соврала не моргнув и глазом.
В ушах звучали неслышимые остальными рыдания: громкие завывания и слабые обреченные всхлипы. Перед глазами с потолка сыпался песок, а стены содрогались от отголосков взрывов. Эта темнота и сырость чужого подвала часто возвращались в кошмарах, напоминая мне о той роли, которую я должна играть сейчас.
- Аника сказала, что вы вдова, - сменил тему герцог, вновь воскрешая на своем породистом лице улыбку. Серые волосы были уложены на манер последней имперской моды, которая постепенно проникала на улицы Торпа.
- Это так, мой муж погиб два года назад.
- Что с ним случилось? - вскинул пепельную бровь Дариан. Он предложил мне локоть, а, когда я приняла его, неспешно двинулся по залу.
- Несчастный случай на верфи, Ваша Светлость. Мой муж владел одной из них. Он любил море и корабли, и часто лично проверял как рабочие выполняют ремонт судов. В один из дней кто-то плохо закрепил веревки в доке и тяжелый прибор упал. Ох, простите, герцог, мне до сих пор сложно это вспоминать, - я отвернулась, коснувшись губ кончиками пальцев. Смерть моего мужа была не самой ужасной, он умер на месте, не мучался. Во время осады Торпа я видела судьбы намного более печальные, болезненные и страшные.
 
- Он был приезжим? - новый вопрос, и вновь ощущение подвоха коснулось меня ледяной ладонью между лопаток. Привычно подавила в себе желание уйти от ответа или вообще распрощаться с герцогом, а лишь грустно кивнула:
- Да, он прибыл из города Ткации. Через год после окончания войны, он приехал одним из первых, когда аристократы Латиции еще были скептически настроены. Тогда мы и познакомились.
Посмотрев в синь хищных глаз, я поняла, что раньше не встречалась с мужчинами подобного уровня. Взгляд герцога словно проникал под кожу, гипнотизировал, готов был вытащить мои тайны наружу, как ловкая хозяйка одним движением вынимает кишки из рыбьей туши. А ведь герцог Хеланд даже не инстигатор. Смогу ли я хоть поговорить нормально с Марком Таро?
К мысли, что в один момент меня все же словят, притянут к ответственности, как одну из повстанцев, я давно привыкла. Прекрасно понимала, что если так сложится, я должна буду хоть откусить себе язык, но не называть никаких имен. И меня не будут спасать. Против голодных и яростных имперских псов повстанцы долго не продержаться. Все, что от нас осталось, ушло в подполье, уповая лишь на такую крысиную борьбу.
Сейчас каждое мое новое задание было для меня как последнее, но вопреки своему смирению, я не готова была сдаваться. Отнюдь. Я собиралась барахтаться до последнего. И до последнего вздоха готова была оставаться верной своим принципам. 
- Соболезную вашей утрате, - изрек Дариан, и я смогла немного перевести дух.
Но его тут же снова перехватило, стоило мне увидеть среди гостей знакомый профиль.
- Прошу прощения, Ваша Светлость, - я взглянула на мужчину снизу вверх и виновато улыбнулась: - Мне нужно отойти, поздороваться с хозяином приема.
- Конечно, леди Хелена, - кивнул герцог, еще раз пристально всмотревшись мне в глаза. - Был рад нашему знакомству.
- Взаимно, - быстрый книксен, и я уже направляюсь в противоположную часть зала. Еще не все гости прибыли, потому даркти и лакети общались в зале, не переходя в столовую, куда слуги сносили ароматные яства.
- Что ты здесь… - начала гневным шепотом, но осеклась, когда юноша в дорогом фраке взял мою руку и, глядя мне в глаза, склонился для поцелуя.
- Рад видеть вас, графиня Поливерн, - произнес Джим в совсем непривычной для себя манере. Мне пришлось тут же включиться в игру, присесть в книксене и вопросительно выгнуть бровь. Друг продолжал гнуть свою линию: - Виконт Ганс Бурдинс к вашим услугам. Я наслышан о вас от виконтессы Маруж. Она очень тепло о вас отзывалась, но даже ее слова не могли предать вашу истинную красоту.
- Я польщена, - улыбнулась, пряча руку за тканью и аккуратно перекладывая записку, которую мне передал Джим, в свою сумочку. - Прошу простить меня, лорд Ганс. Мне нужно отойти.
- Конечно, леди, - Джим понимающе склонил голову. - До встречи за столом.
Он прошел мимо меня, а я скорее направилась в дамскую комнату. Лишь оставшись в уединенной кабинке, торопливо достала лист бумаги и вчиталась в строки:
“Мы не можем здесь говорить, красотка. Продолжай играть роль и делать вид, что не знаешь меня. Сегодня я виконт Ганс Бурдинс. К сожалению и счастью, носитель этого титула погиб в своем поместье, а из-за слабого здоровья он практически никогда не показывался в свет, и его никто не знает в лицо. Я здесь для того, чтобы подстраховать тебя и выполнить еще одно поручение Шайра. Он просил, чтобы мы не переглядывались и не говорили. У хищников слишком острый слух и отменные реакции. Записку уничтожь”.
Дочитав, я тут же приступила к исполнению приказа. Разорвала лист на мелкие клочки, уронила в воду и тщательно смыла. Только убедившись, что все части послания исчезли в трубах, вернулась в зал.
- Леди Хелена, - радостный мужской голос окликнул меня, когда я осматривала зал. Обернувшись, увидела сияющего Румуса, что шагал в мою сторону. Приветливо улыбнулась ему, а потом перевела взгляд за спину атэльпата и почувствовала, как сердце предательски пропустило удар. Вальтер смотрел на меня своими невероятно красивыми серо-зелеными глазами и от этого становилось сложнее дышать, а в мыслях билась одна единственная мысль: “почему именно сейчас?”.