Двойня после развода (СИ)

– Вы были женаты на Марине?
– Да.
– Были ли у вас отношения с Ириной, когда вы были женаты на Марине?
Замираю. Перестаю дышать. Хотя зачем? Я все равно пока не узнаю, сказал ли Наиль правду.
– Нет.
Обхватываю себя и кусаю губы. По спине стекает капелька пота. Наиль же напротив… спокоен.
– Вы спали с Ириной, когда состояли в браке с Мариной?
– Нет.
– Вы спали с Ириной, когда сошлись с Мариной.
– Ответ тот же.
Мужчина что-то нажимает на ноутбуке.
– Наиль, отвечаем только да или нет. Вы спали с Ириной, когда сошлись с Мариной?
– Нет.
– У вас были другие женщины, когда вы были в отношениях с Мариной?
– Нет.
Сердце проваливается в район пяток. Не перестаю нервно кусать губы и ощущаю во рту привкус крови. Но не могу остановиться. Дышу через раз.
Не спал. Других не было.
Они заканчивают.
– Мне потребуется буквально минут пятнадцать, чтобы обработать результаты и отдать вам.
– Хорошо, мы подождем.
Наиль заходит в комнату и внимательно смотрит мне в лицо.
– Ты как?
Дергаю плечами. Нечего мне ему отвечать. Я как после хорошей драки. В глазах плывет, и все тело ломит.
Наиль видит мое состояние. Подходит и с готовностью погружает меня в свои объятия.
– Зачем? – единственное слово, которое мне удается выдавить из стиснутого горла.
Наиль упирается подбородком в мою макушку.
– Потому что мне важно доказать тебе, что я не виноват. Не было никакой измены. Кофе будешь?
Цепляюсь за его рубашку. Мотаю головой. Он гладит меня по волосам.
– Ты сильнее меня прям переживаешь, ангел. Неужели ты думаешь, что я припер бы тебя сюда, если бы за мной был косяк?
– Да кто тебя знает, Таранов…
Он отодвигает меня от себя, и его бровь удивленно выгибается.
– Не, ну я, может, и придурок, но не настолько же.
– Ты не придурок, – фыркаю в ответ на его реплику, – вот уж точно не такой.
Наиль наигранно выдыхает и улыбается.
– Я рад, что ты так думаешь обо мне. Мариш, я хочу, чтобы между нами не было никаких недомолвок и подозрений. Я хочу, чтобы ты мне снова доверяла. Да, тогда я наделал много глупостей и неверных шагов. Нужно было тебе рассказать про Ирину, сказать, кто она и какое отношение имеет ко мне. Но я и представить не мог, что она такое провернет с тобой.
За нами открывается дверь, и тихое покашливание отрывает нас друг от друга. Смущенно поправляю свитер и стреляю взглядом в Наиля. Он встает у меня за спиной и молча ждет вердикт.
– Я все обработал, – мне протягивают распечатку, на которой какие-то графики, – это общий график, а далее расшифровка каждого ответа. Всего хорошего.
Он прощается и так же быстро покидает комнату, как и появился.
Руки слегка подрагивают, но я не спешу изучать документ.
– В машине посмотришь? – раздается приглушенный голос Наиля у меня над ухом.
Киваю. Бреду до машины как в тумане. Наиль помогает мне сесть, сам садится рядом, и мы оба замираем.
Страшно ли мне сейчас увидеть что-то, чего я видеть не хочу и не готова? Да, очень страшно. Ведь если сейчас мне в очередной раз придется убедиться, что Таранов меня обманул, не уверена, что я буду готова все возвращать.
Поэтому я сейчас и пялюсь на бумажки, как на бомбу замедленного действия. Пока в груди сердце отбивает чечетку.
Наиль накрывает мою руку.
– Просто посмотри, Мариш. И закроем этот вопрос.
Перевожу неуверенный взгляд на Таранова. Мне бы его спокойствие.
Качаю головой.
– Я не хочу, Наиль. Пусть все будет как было…
Роняю руки, а вместе с ними и листы, на которых приговор или, наоборот, опровержение вины моего мужа.
– Ну нет, так не пойдет. Мне, конечно же, льстит, что ты готова все забыть. Но ни фига.
Он берет в руки документы и листает. В поле моего зрения попадает расшифровка, как раз в том месте, где речь шла об Ирине.
Непроизвольно пробегаю взглядом по строчкам и снова начинаю дышать. Он с ней не спал… когда мы были вместе.
Это понимание накрывает лавиной. Я начинаю задыхаться.
– Мариш, – пугается Тарнов, – ты что, ангел? На меня смотри!
Отшвыривает бумажки и хватает меня за плечи, разворачивая лицом к себе. Перепуганный.
 
– Что? Что такое? Плохо?
– Это… это… – пытаюсь глотнуть воздух, но не выходит, меня кроет, – это что? Из-за меня мы развелись? Я разрушила нашу семью?
Последние слова я шепчу чуть ли не в истерике.
Таранов матерится сквозь зубы и вылетает из машины. Распахивает дверь с моей стороны, пока я трясусь от рыданий. Выдергивает меня из салона. Прижимает к себе.
– Тихо, ангел. Тихо, ты чего так распереживалась?
А я не могу тихо. Точнее, могу… выть тихо. Таранов пытается меня успокоить, но я только могу вздрагивать от своих рыданий.
– Мариш, любимая моя, я же не для того, чтобы тебя обвинить, сделал это. Ангел.
Он качает меня в руках, пока я пытаюсь не сойти с ума.
– Я хочу, чтобы мы все вместе были. Ты, я и девчонки. И не хочу, чтобы из прошлого лезло всякое. Я люблю тебя до безумия.
Обхватывает мое лицо руками и смотрит в глаза. Его серые горят таким огнем, что, кажется, мы сейчас оба сгорим.
– Ты меня слышишь? Я тебя люблю как сумасшедший. И готов на все, только бы вернуть тебя.
  
Глава 37
 
Наиль
Кажется, я перегнул в этот раз со своими гребаными доказательствами. Иначе как мне сейчас объяснять полную апатию со стороны Марины? Она на протяжении всей дороги сидит и смотрит в одну точку, пока я пытаюсь как-то привлечь внимание. Сжимаю её прохладную ладошку, подношу к губам, и случается чудо.
Мой ангел все же отмирает и переводит на меня потерянный взгляд.
– Мы домой? – её голос слишком слаб, и это причиняет мне почти физическую боль.
– Да, надо мне забрать документы, а дальше поедем за девчонками, если ты не против.
Марина мотает головой. И снова возвращает взгляд на дорогу. А меня от этого её безразличия на части разрывает.
Хотел что-то доказать? Вот, получай! Хлебай сколько влезет.
Мы подкатываем к нашему дому, жму на пульт и открываю ворота.
Глушу мотор, какое-то время сидим молча. Ощущение такое, как будто я тону. Ухожу под воду. Цепляюсь за руль, как будто он мне заменит спасательный круг, и стараюсь дышать ровно. Полной грудью. Марина не произносит ни звука.
– Пойдем, Мариш?
Обхожу машину и распахиваю дверь с её стороны, аккуратно вытаскиваю жену на улицу. Ненадолго прижимаю к груди. Она послушно идет за мной, цепляется за руку.
– Мариш, меня пугает твое настроение, милая.
Поворачиваю жену к себе. Да, я не хочу больше считать её бывшей. Планирую в скором времени это исправить и стать одной счастливой семьей.
Марина поднимает на меня слегка повлажневшие глаза, в которых я тут же теряю себя.
– Прости меня, – повисает у меня на шее, прижимаясь к груди, – боже, прости, что я все испортила.
– Давно простил, – зарываюсь пальцами в волосы и вдыхаю неповторимый аромат своей женщины.
Марина всхлипывает, а меня это пугает до дрожи в коленках.
– Эй, эй, прекрати, – отстраняюсь, обхватываю лицо своего ангела ладонями и наклоняюсь, – мы же договорились. Ты не виновата. Я просто хотел, чтобы ты знала правду.
И тут Марина сама подается ко мне. Ощущаю её поцелуй, сначала неловкий и невесомый. Предугадываю, что она сейчас отстранится. Сбежит от меня. Не даю ей этого сделать, крепко обхватывая за талию. Притягиваю к себе, углубляя поцелуй. А у самого по телу пробегает разряд.
Она так близко…
Марина всхлипывает, прижимается. Ощущаю, как колотится её сердце. И это меня распаляет окончательно.
– Мариш, я не буду сдерживать себя, – шепчу и кусаю за мочку уха.
Она откидывает голову, волнистые темные волосы касаются моей руки, спадают по спине водопадом. А мой взгляд впивается в её шею, рот наполняется слюной. Не торможу себя, прикусываю нежную кожу. Слышу стон ангела, который окончательно срывает все тормоза.