Мастер Гравитации 2 (СИ)

— А мне мало того, что здесь, — честно ответил я. Они с удивлением посмотрели на меня, и темноволосый, покрутив пальцем у виска, прикурил сигарету. Затем подальше отошли от меня, бросая косые взгляды.
Ну и правильно, пусть идут: их вообще не должно волновать, сколько мне железа нужно. Законом, что ли, запрещено? С такими темпами у меня в этом мире начнётся паранойя, будто все только за мной и следят. Как будто все должны быть похожими: есть одинаково, одеваться одинаково, говорить одинаково, делать каждый день абсолютно одинаковые вещи. Я вообще, можно сказать, панк по натуре! А-а-а!… Ладно, прокричал про себя, бред сам с собой пораздувал, а теперь надо переходить к разделу под названием «Надо что-то делать с мелкой».
— Да, Добрыня, мы бездомные, и беззащитные, к тому же, — вздохнула она, но было видно, что её грусть напускная. Её хоть в ад отправь, мне кажется, она и там ничего не испугается. — Как думаешь, когда место, где мы выберем жить, перестанет быть безопасным? — посмотрела мне прямо в глаза.
— Думаю, минут через десять или даже пять, — рассмеялся я. — Ладно, я вызову машину, переночуем пока в отеле, а завтра разберусь с жильём.
Маша прищурилась:
— Вызовешь? А где твоя?
Я вытащил из сумки обгоревший руль и поднял его перед ней:
— Вот моя машина.
Она открыла рот, затем закрыла его, не найдя слов, но её глаза говорили больше любых слов. В них ясно читалось, как она была ошеломлена выходками своего любимого брата.
Ну, ничего, привыкнет когда-нибудь… А пока она молчала, я быстро набрал номер.
— Слушай, Гриш, — сказал я, когда Распутин ответил на другом конце трубки. — Поставь мне на эту неделю по одному бою каждый день.
— Ого! — отозвался он. — Решил ударить по заработкам?
— Что-то вроде того. Семейные обстоятельства.
— Кто бы сомневался, — проворчал друг в трубку и сбросил.
Ну, а я, как всегда, улыбался. И не потому, что я дурачок, а просто бабки заработать точно смогу и выкрутиться. И как обеспечить защиту Маше, тоже решу этот вопрос. Короче, имея мой опыт и знания, а также силу, всё пока не так паршиво, как могло бы быть у других на моём месте.
Но, блин, Маша, кажется, уже сформулировала вопрос в своей чудесной головке, и сейчас начнётся словесная атака. Короче, надо купить хорошие наушники и делать вид, что я всегда безумно занят, и на связи с кем-то двадцать четыре на семь. А что, в кафешках некоторые так и делают, сидя за ноутбуками. Почему бы и мне не спрятаться за этим…
— Добрыня, так что за х***** с ВЕПРЕМ СЛУЧИЛОСЬ? — взвизгнула мелкая.
— Мария, постыдилась бы, тебя комендант услышит, — мне стало неловко за сестру.
Петрович тем временем покосился сначала на Машу, потом на меня и, глотнув что-то из своей армейской фляжки — явно крепкого, судя по тому, как зажмурился — заметил вслух:
— Марию бы командиром в армию, приказы раздавать — цены бы ей не было!
— А тебе, смотрю, Петрович, солдат вообще не жалко, — вздохнул я и грозно посмотрел на Машу, чтобы в следующий раз следила за языком при посторонних. Но, судя по её задумчивому виду, она уже обдумывала свои перспективы в военной карьере.
За что мне это? В ней точно живёт какой-нибудь энерджайзер или монстр, созданный из энергетических напитков: её мозг всегда в поиске самых отбитых идей…
  
Глава 19
 
Кто бы мог подумать, что вместо такси мне придётся заказывать целую фуру для своих вещей. Как вообще всё это барахло умещалось в моей комнатушке в общаге?
Ну да ладно, главное, что мы с Машей без особых приключений добрались до отеля, хоть и пропахли по пути табаком. Водила фуры ни на секунду не выпускал изо рта свою сигариллу — казалось, она к нему приросла или он родился уже вместе с ней.
Подъехали мы, значит, к этому красному кирпичному зданию, сияющему множеством ярких гирлянд в форме круглых жёлтых ламп. У дверей стоял швейцар, который в своей безупречно чистой и дорогой форме выглядел чуть ли не членом императорской семьи.
Мелкая, разумеется, сразу недоверчиво округлила глаза.
  
— Добрыня, это тот самый шикарный отель «Харитон», принадлежащий роду Харитоновых? — спросила она, убирая выбившуюся прядь волос за ухо. — И в чём подвох? Ничего не понимаю, — мотнула она головой.
Я лишь с улыбкой кивнул ей. Удивление сестры было понятно: у Харитоновых целая сеть таких отелей, и все они — пятизвёздочные. Репутация у них безупречная, и Маша не могла понять, что мы здесь делаем.
— Да так, решил, что нам стоит пожить немного на широкую ногу, — хлопнул её по плечу, и Маша слегка пошатнулась.
— Но разве это не слишком… дорого для нас? — в её глазах всё ещё блестело недоверие.
— Дорого, но не переживай, я снял нам один полулюкс на двоих, — усмехнулся я. Я же не совсем транжира: люкс — это уж слишком. Отдельные номера нам брать не стал: так хоть смогу присмотреть за тобой, ведь охота на нас сейчас начнётся полным ходом.
— Правильно сделал, что один номер выбрал, братик: я, если что, тебя прикрою, — мелкая с пафосом ударила себя кулаком в грудь. Предсказуемо, слишком…
Неважно, что думают или знают обо мне другие. Главное, что сегодня мы переночуем в этом месте. Даже полулюкс — это дороговато для меня, но зато здесь профессиональная охрана, да и вообще защита на высшем уровне — сюда порой заселяются очень известные персоны.
Мы с мелкой, оставив бедного носильщика позади, который после сегодняшнего дня, похоже, уволится, вошли в просторный вестибюль. Высокие потолки были украшены позолотой и хрустальными люстрами, свисающими словно гигантские сосульки.
Мягкий ковёр поглощал звуки наших шагов, а вокруг суетились сотрудники в безупречных униформах, приветливо улыбаясь гостям.
— Всё это выглядит, как декорации к фильму про миллионеров, — прошептала Маша, озираясь. — Мы точно не ошиблись адресом?
— Если и ошиблись, то я не против пожить в таком заблуждении, — ответил я с хитрой улыбкой. — Смотри на это так: если кто-то захочет нас найти, то вряд ли подумает искать здесь. Спрятаться на виду — лучший способ.
Но, признаюсь, я сильно сомневался, что это сработает в нашем случае. Просто хотелось её успокоить.
Мы подошли к стойке регистрации, где улыбающаяся девушка протянула нам ключи от номера.
— Добро пожаловать в отель «Харитон». Желаем приятного пребывания, — произнесла она голосом мягким, как шёлк.
— Спасибо, — ответил я и подмигнул сестре. — Видишь? Мы уже вливаемся в эту атмосферу.
Поднимаясь на лифте, мелкая не могла отвести глаз от зеркальных стен, в которых отражались наши слегка уставшие, но довольные лица. А номер превзошёл все наши ожидания: просторная гостиная с панорамными окнами, открывающими вид на ночной город, мягкие диваны, словно созданные для того, чтобы в них утонуть.
— Если это полулюкс, то боюсь представить, что в люксе, — сказала сестра, бросаясь на кровать с шелковым покрывалом.
— Вероятно, там вместо подушек облака, а вместо воды шампанское, — улыбнулся я, бросая свою сумку в угол. — Но нам и тут неплохо.
Зевнув, я устроился у окна, вглядываясь в танцующие огни мегаполиса. Мыслями, как и всегда в последнее время, я был далеко отсюда. Прекрасно понимал, что нужно быть начеку. Но здесь, в этом роскошном коконе, могли почувствовать себя в безопасности хотя бы на время, ну на минут пять-то уж точно…
И, пожалуй, я не ошибся: ночь прошла спокойно — во всяком случае, мы с мелкой были живы и здоровы. Утром, после стремительного, но невероятно вкусного завтрака в номере, я вызвал такси, и мы отправились в академию на занятия.
День промелькнул незаметно: лекции, семинары, встречи с однокурсниками. Однако мысль об общежитии не покидала меня. Там, в моей бывшей комнате, был спрятан небольшой тайник с деньгами на крайний случай.
Но добраться до него у меня так и не получилось за весь день: в общежитии всё ещё шло расследование, и имперские службы сновали повсюду. Лучше было не высовываться и не привлекать внимания. А то снова завалят кучей ненужных вопросов — мне и без того хватало того, что я почти всё своё время только и делал, что отвечал на расспросы удивлённых однокурсников или Гриши. Имперцы докапывались до всех и рыскали, как ищейки, да и не горело пока особо.