Мой отец – бог Гипнос! (СИ)

Гипнос развернулся и, чуть ли не спотыкаясь, побрел прочь через свою квартиру. Он чувствовал себя совершенно не в своей тарелке. Конечно, он был второстепенным Богом. Или, по крайней мере, один, о котором редко вспоминали, несмотря на его важность. Еще… среди всех олимпийцев он был известен своей трудолюбивостью, честолюбием и целеустремленностью. В то время как многие другие бессмертные могли бы притворяться, что смотрят на него свысока из-за этих «смертных» черт, он знал, что они восхищаются его трудовой этикой и ценят то, что его усилия удерживают около трети смертного населения в постели в любой момент времени, облегчая жизнь для всех них.
И все же… Эта женщина, эта смертная женщина, насмехалась над ним.
Гипнос покачал головой. Затем он тихо рассмеялся. Его улыбка стала кривой, и он оглянулся через плечо в ту сторону, откуда пришел. Мария еще не знала этого, но его амбиции только что поставили ее прямо перед ними.
Тем не менее точеный Олимпиец прошел через кухню в спальню, засунув руки в карманы. В своей спальне он ожидал еще одного, гораздо более желанного, завоевания.
* * *
Женский туалет в школе был на удивление чистым.
На стенах кабинок не было никаких надписей, не было запаха не смытых телесных отходов и ни единого водяного пятна на длинных зеркалах. В остальном он удивительно походил на мужской туалет. Я не был уверен, чего ожидал, но единственное отличие, которое я мог видеть, состояло в том, что на стене не было ряда писсуаров.
Странно… Я задумался, но тут же прекратил свое чтение, потому что дверь открылась и в комнату вошла великолепная блондинка.
" Алекс…? " Пейдж была удивлена, увидев меня, ее брови нахмурились, а милый рот открылся в шоке, когда она поняла, что ее лучший друг вторгся в это личное убежище женского пола.
Я ухмыльнулся, чувствуя прилив удовлетворения, который приходит, когда один из твоих планов сбывается.
Пейдж выглядела горячо. Сегодня ее губы были розовыми, а не обычными красными, что придавало им нежный и привлекательный вид. Между тем, остальная часть ее макияжа была более полной, чем обычно — как будто она приложила усилия, чтобы выглядеть хорошо для кого-то. Собрав все воедино, ее наряд не просто выставлял напоказ дресс-код, он нарушал его.
  
Глава 7
 
Как будто она была одета для секса в пару туфель на высоком каблуке, джинсовые шорты, которые были скандально обрезаны выше середины бедра, и черный свитер с v-образным вырезом, который облегал ее фигуру и привлекал внимание к ее дерзким, без лифчика сиськам.
После того как прошлой ночью я подсознательно внушил ей эту мысль, Пейдж проглотила мой груз и проснулась, целомудренно поцеловав меня в щеку перед тем, как отправиться домой. Теперь она вернулась, чтобы убедиться, что мой вторник в школе не будет таким же ужасным, как понедельник.
Вместо того чтобы ответить на вопросительный тон моей лучшей подруги, я небрежно прислонился к стойке в ванной и начал расстегивать ремень.
Она нахмурилась в замешательстве, когда ее глаза метнулись туда, где мои пальцы расстегивали пуговицу на джинсах. " Что ты делаешь? " спросила она.
Не обращая на нее внимания, я быстро расстегнул молнию с тихим «бззз» и вытащил из боксеров своего дружка.
Бурные голубые глаза Пейдж остановились на моем мужском достоинстве, и я почувствовал дрожь силы, когда ее потрясенное, смущенное выражение растаяло, сменившись пустым, бессмысленным повиновением.
" Хорошая девочка… " сказал я ей, мой голос был хриплым, когда мой стержень набухал и пульсировал, огненная жидкая похоть наполняла мое тело. " А сейчас… иди сюда и покажи мне, на что ты способна."
" Да, сэр… " Промурлыкала Пейдж, ее голос был идеальной смесью пустой покорности и бессмысленного возбуждения.
Она обратилась ко мне точно так, как я велел, и это почетное обращение ударило меня, как выброс адреналина. Вот именно… Подумал я. Все это время я был во френдзоне, и я наконец-то получаю внимание, которого заслуживаю.
 
Тоненький голосок где — то в глубине моего мозга тихо и неуверенно спрашивал, заслуживает ли Пейдж — моя лучшая и единственная подруга на протяжении столь долгого времени такого обращения, но моя растущая уверенность и похоть легко подавили его. Эта сила дана мне в дар, рассуждал я. И я заслуживаю того, чтобы использовать его так, как мне заблагорассудится.
Сексуальная блондинка приблизилась, ее походка была гладкой и грациозной, когда она опустилась на колени у моих ног. Ее руки гладили мои бедра, когда ее глаза остановились на моем члене, и в ее голове не было никаких других мыслей, кроме как доставить мне удовольствие.
Пейдж много раз мимоходом говорила мне, что в первый период дня сюда практически никто не заходил — ни одна из девочек не собиралась здесь посплетничать до окончания второго урока и до обеда. Поэтому, довольный тем, что мы в безопасности, я закрыл глаза и расслабился, наслаждаясь ощущением, когда ее губы открылись и она поцеловала головку моего члена с выражением очень сильной похоти. Затем, как будто первый вкус моего мужского достоинства разрушил последнее, подсознательное сопротивление, Пейдж застонала и скользнула ко мне в рот.
Я вздохнул, когда она проглотила меня целиком, одной рукой поглаживая ту часть моей длины, которую она не смогла засунуть себе в горло при первом же глотке. Мой член, который, казалось, был усилен гипнозом, как и все остальное во мне, должен был быть слишком большим, чтобы поместиться между ее розовыми губами. Однако Пейдж, казалось, потеряла всякий рвотный рефлекс во время транса и просто наклонилась вперед, взяв меня за рукоятку. Ее горло было плотно, как перчатка вокруг меня, мой причиндал был такой же удобный, как меч в ножнах, когда ее губы достигли основания.
Я посмотрел вниз, наслаждаясь видом моей гибкой подростковой секс-куклы, когда она бессмысленно сосала мой член и теребила себя через расстегнутые шорты.
Это мать его жизнь… Подумал я со стоном. Затем мои уши уловили неожиданный звук на периферии моего слуха… Ровный стук каблуков по выложенному плиткой коридору. Прежде чем я успел пошевелиться, отреагировать или хотя бы подумать, мой миниатюрный рай внезапно разбился вдребезги, и единственной мыслью, которая у меня появилась, было: мне нужно научиться лучше запирать за собой дверь.
Дверь ванной открылась, и вошла девушка. Ее глаза были прикованы к смартфону, накрашенные ногти постукивали по экрану, словно каблуки стучали по полу.
Я застыл, инстинктивно пытаясь оставаться невидимым еще пару драгоценных секунд.
Пейдж, однако, потерявшись в своем бездумном, зачарованном тумане, воспользовалась этим моментом, чтобы застонать и кончить, содрогаясь, когда она изо всех сил пыталась продолжать ублажать меня, в то время как ее собственное тело продолжало обслуживать мое.
Девушка остановилась как вкопанная и подняла голову, убирая с лица волнистые светлые волосы, и только тогда я понял, кто это была.
На мгновение меня охватил ужас. Хейли Мартин была одной из самых популярных и влиятельных старшеклассниц в нашем классе. Ей было 19 лет, она была одной из самых старых учениц, и ее тело решило, что она уже взрослая женщина. У нее была атлетическая фигура, как и подобает капитану команды поддержки, с огромными сиськами, длинными ногами и острыми карими глазами, которые могли убедить учительницу улучшить ее оценку или пронзить ботаника на сто футов, в зависимости от ее настроения. Как и следовало ожидать, она также встречалась с Джаредом Батлером, возможно, моим самым нелюбимым человеком на планете. Вместе они составляли школьную властную пару, снимаясь везде — от футбольных матчей до театральных постановок. В двух словах: ужасающе привлекательная и тошнотворно талантливая.
Она ахнула, ее руки взлетели к лицу, а карие глаза расширились до размеров блюдец. Затем, так же быстро, жестокая улыбка появилась на ее губах. " Я так и знала! " прокричала она торжествующим голосом, пронзая меня обвиняющим тычком пальца. " Я знала, что между вами что-то происходит. " Ее тон был полон мстительного удовольствия. " Школьный извращенец и девчонка, которая думает, что она слишком хороша для всех нас."