(Не) Настоящая Жена (СИ)

— Познакомьтесь, коллеги, — обратился Глеб к своим инструкторам, — моя супруга, Ася Александровна Орловская.
Все были немного удивлены, а Ася так вообще была похожа на разъяренного быка на корриде. И только Глеб сиял как начищенный новенький пятак.
  
Глава 21
 
— Орловский, ты в конец охренел? — Ася продолжала сыпать проклятия на голову своего мужа и трясти свои паспортом перед его носом, но уже в его кабинете. — Кто тебе дал право решать за меня. Ты меня спросил? Ты сам сказал, что согласен на развод! А это что?
— Это твой паспорт. Там только надо расписаться. — Глеб был доволен собой. Еще бы, Ася выдавала такие эмоции.
— В смысле расписаться? — Ася растерялась и опешила от такого ответа.
— Ну роспись то в паспорте же должна быть. Не крестик же ставить.
— Глеб ты что творишь? — Ася обессилено села на диван. Она уже смирилась с мыслью о разводе, а тут такое. И как это воспринимать она не понимала. Была просто не готова к такому развитию событий.
— Гражданка Орловская, неужели ты рассчитывала, что я с тобой так просто разведусь?
— Глеб, почему ты все решаешь за меня? Кто дал тебе такое право? Ты ведь даже не спросил меня!
— А ты со мной разговаривала? Ты меня слушать не хотела.
— А ты удивляешься? Я и сейчас с тобой разговаривать не могу. Да я тебя прибить готова! Как ты вообще это все провернул?
— Друзья хорошие. — развел руками Глеб, не скрывая радости и удовлетворения.
— Хреновые у тебя друзья. Были и есть! — Ася встала и вышла и кабинета, бросив паспорт на диван, вместе с рюкзаком и телефоном.
— Ну вот и поговорили! — Глеб вышел следом.
***
— Я могу поехать с другим инструктором? — Ася была зла и обижена на Глеба.
Конечно, когда она осознала, что развода не случилось и они все еще муж и жена, она в глубине души обрадовалась. Два дня она размышляла и раздумывала, уже даже смирилась, что все закончилось. Когда не увидела в паспорте штампа о разводе, в душе ее зародилась надежда, что они с Глебом могут все обсудить, он наконец во всем признается, может быть попросит прощения и объяснит свой поступок. Но эта его выходка снова вывела ее из себя. Он снова все решил сам.
— Нет, не можешь! — Глеб пытался сохранять спокойствие, хотя Ася явно провоцировала его на скандал. Но он теперь дал себе слово быть умнее.
— А если я не хочу ехать с тобой. — с вызовом бросила ему Ася.
— Это сугубо твои трудности. Хочу — не хочу, будешь дома устраивать перед мужем! — Глеб явно хотел ее зацепить, отплатить ей ее же монетой.
И у него получилось, Ася даже подпрыгнула на месте от злости на него.
Когда все заняли свои места, Ася продолжала стоять у байка. Чего больше она боялась- ехать на этом страшном агрегате, или ехать, прижимаясь телом к Глебу.
— Знаешь, что Орловский, ты просто сволочь.
— Знаю. Ты сегодня уже это говорила. Садись, теряем время.
— Не терпится меня угробить?
— Не говори ерунды. Тебе достался самый лучший инструктор.
— Сомнительное счастье.
Ася все таки уселась на байк, но не могла найти то, за что нужно держаться при езде, крутила головой по сторонам.
— Не ищи, — Глеб понял ее растерянность, — тут надо вот так. — и, взяв ее руки, обвил ими свою талию. — Прижимайся ближе и держись.
— Глеб, я боюсь. Я никогда так не ездила. — Это был ее первый опыт, и ей действительно было страшно. Она даже на секунду забыла, как злится на Глеба.
— Не бойся. Ты со мной. Это на самом деле круто. Сейчас ты в этом убедишься.
И Глеб рванул с места. Ася, хоть и не собиралась сначала, прижалась к Глебу всем телом. Если бы не шлем, который ее заставили надеть, она бы уткнулась носом ему в спину от страха.
Глеб управлял мотоциклом, как бог. Страх постепенно отступал, и Ася смогла даже словить кайф от скорости и адреналина. Даже к шлему быстро привыкла и попыталась рассмотреть обстановку вокруг. Трасса сначала шла по полю, потом по небольшому лесу. Ася и не предполагала раньше, что в их городе есть такие красивые места. Рев мотоциклов вызывал приятное ощущение свободы, возбуждал разум и тело. Она поймала себя на мысли, что если бы не все произошедшее между ними, она бы с удовольствием вот так проводила каждые выходные — вместе, подальше от городской суеты и проблем.
 
Дальше дорога вела вверх, к небольшому утесу. Ася инстинктивно прижалась сильнее к могучей спине мужа. Сейчас она видела его совершенно другим — огромный сгусток тестостерона, брутальный самец, которому можно доверить свою жизнь совершенно запросто. Он был в своей стихии и получал абсолютное удовольствие от всего происходящего, был уверен на все сто в себе, в своем железном коне. И в Ней.
Звук других мотоциклов постепенно утихал, и Ася заметила, что дальше они едут одни. Она попыталась докричаться до Глеба, но естественно безрезультатно.
«Да что такое опять происходит?» — задавала сама себе вопрос. Но ей ничего не оставалось, как дождаться окончания поездки и устроить очередной разнос своему благоверному.
Когда пара выехала на ровную каменную дорогу, мотоцикл неожиданно завилял по дороге, Глеб с трудом справлялся с управлением и им пришлось резко остановиться и мотоцикл наклонился к земле. Ася от неожиданности свалилась прямо на землю.
— Орловский, ты с ума сошел? — от испуга набросилась она на мужа.
Снимая шлем, она тряхнула головой, и ее прекрасные светлые локоны подхватил ветер. Глеб смотрел как завороженный. В очередной раз он просто любовался женой. Ей удивительно шла мотоциклетная амуниция. В этом комбезе, со шлемом в руках она была очень сексуальна.
— Прости. — Глеб тоже снял шлем и осмотрел мотоцикл. — Я сам не понял, что такое. Сейчас разберемся.
— Разберется он. Признайся, что угробить меня хотел и все. Разводиться он не захотел, решил вдовцом заделаться!
— Ась, ты иногда несешь такой бред. — Глеб не хотел ругаться.
— А ты нет? Признания не твой конек.
— Каких ты от меня признаний ждешь все время. Мне признаваться не в чем.
Глеб обошел мотоцикл и увидел, что колесо повреждено о камень. Придется делать небольшой ремонт на месте. Это было дня него обычным делом. Он снял куртку и достал набок ключей.
— Ну конечно. Ты белый и пушистый. — Ася присела на большой камень рядом.
— Ась, — Глеб поднял глаза на девушку. — поверь, я могу все объяснить. я тут кое с кем поговорил, и мне много стало понятно. Если ты выслушаешь, я тебе расскажу.
— Валяй. Я так понимаю. — Ася указала на байк, — времени у нас вагон.
— Я знаю про фотки. — начал Глеб.
— Ну это не новость. — Ася закатила глаза. — еще бы ты не знал ты же их мне отправил. Да так оригинально. Хотел ударить побольнее?
— Я ничего тебе не отправлял.
— Да, как же. — Ася снова начинала злиться. — я не кричала на всю Ивановскую, какие конфеты и цветы мои любимые. Или хочешь сказать, что это такое совпадение. ХА ХА два раза.
— Нет, я действительно отправил тебе подарок, — Глеб бросил ключи, подошел к девушке и присел перед ней, — конфеты, цветы и конверт.
— Ну конверт то твой я заценила! Спасибо дорогой. Было очень мило.
— Ась, в конверте был билет до Москвы. Я ждал тебя следующим вечером в аэропорту. Но ты не прилетела.
— Не было там никакого билета, ясно. А вот твои лобызания в постели с какой то девицей я видела. Со всех ракурсов. — Ася начала плакать. Они до сих пор остро ощущала вкус того предательства и никак не могла пережить это. Боль до сих пор отзывалась в груди.
— Клянусь, я тебе не изменял. Ась. Никогда, слышишь.
— Я видела. Своими глазами. Почему ты врешь даже сейчас.
Глеб схватил рыдающую Асю в охапку и прижал к себе. Она пыталась вырываться, но он ее не отпускал.
— Ась, я говорю правду. Если ты успокоишься и дашь мне возможность объяснить, я все тебе расскажу.
— Как такое можно объяснить? — продолжала рыдать Ася ему в грудь. — отпусти меня. — снова попыталась вырваться.