Коллекционер уродов (СИ)

Даже не представлял, что делать. Ему в подмогу вклинилась Рада Адовна:
— Очень громкое и серьезное обвинение, дитя, а подтвердить ты его можешь?
— Конечно. — Галка с завидной уверенностью и четкостью стукнула кулаком по столу. — Ответственно подтверждаю.
— Один твой голос, ничто против голоса старшего по званию. Есть ли еще кто-то, кто будет вторить твоим словам?
— Так Лютик! Он же тоже там был!
Мигом привели мальчишку. А за ним увязалась орава других ребят, хотевших поглядеть на скандал.
Конюха вывели в центр столовой. Спросили строго, что знает про ситуацию. Но Лютик до того юный и нежный, скромный и стыдливый не мог и лица поднять. Молчал, как в воду опущенный, дрожал листком на ветру. И что с него взять?
— Молчит, — учительница с нескрываемым ехидством развела руками.
— Боится, наверное, он же мальчик. На него только бац, а вы уже допытываетесь. Лютик, ты не бойся. Скажи.
Но Лютик внимательно изучал собственные ступни, не слышал вроде как Галки.
— Может, есть кто еще, кто от Маргариты мог пострадать, — Рада Адовна многозначительно повернулась к орде мальчишек, топчащихся у входа. Но те как по команде исчезли, разбежались под тяжелым взглядом жрицы. — Никого?
Марго скалилась чуть заметно.
— Я не вру, — Гала смутилась. Самой не ровен час засомневаться.
Влад окончательно поник. Нужно же как-то вмешаться, разрешить спор. Раскрытой ладонью ударил по столу, тут же отнял руку. Покачал головой, встал.
— Рада Адовна, — вежливо извинился, показал кисти рук. Глянул тяжело на Галку, — подайте горячее, — и поплелся медленно наверх, в кабинет. Марго понятливо проследовала за ним. И все стихло.
Буря сама покинула комнату. Оставив всех как вверх дном перевернутых.
— Значит, учить меня будете? — как бы невзначай уточнила Галка.
— Теперь уже неизвестно. Может завтра в город отошлют, — женщина беззлобно улыбнулась и принялась за еду.
— Вот как.
— Думаю, да.
— Вада Падовна.
— Что?
— Нет, ничего.
И Галке подали завтрак.
Из кабинета долго не было новостей. Никто не знал, что и думать, иль делать. Учительница назначила Галке дневную прогулку.
— Тебе нужно чаще бывать на природе, дышать свежим воздухом. И к тому же, девать куда-то свою энергию. Прогуляйся по землям поместья, осмотрись.
Галка же назвала этот поход разведкой и пол дня скакала по округе, представляя себя храброй воительницей. В саду облазила все деревья, изранила коленки об колючие сучки и радостно прыгала по веткам.
От цветущих раскидистых яблонь и вишен ушла в сторону пролеска. В низине вдалеке заметила пруд. Сбежала с холма торопливо, будто может не успеть поиграть и там.
С нескрываемым весельем кидала камешки в воду, довольная и гордая наблюдала, как далеко они летят и как по поверхности дребезжат короткие волны.
Гладь воды была как зеркало, недвижимое и плоское. А глядеть на нее, было отчего-то страшно. Беспроглядная тьма тонула в глубине. И Галка честно себе призналась, что боится купаться. Но день был до того душным и жарким, а девочка так запыхалась, что не окунуться было просто невозможно.
Стянула с себя шаровары и рубаху. И не давая себе права передумать, прыгнула в воду прямо в сорочке. Не почувствовала ногами дна.
Какой странный пляж.
И вода неожиданно холодная сковывает своей плотной тьмой. Тащит на дно. А пальцы ног и чувствуют, что чем ниже, тем ледянее все. И тревога от того давит, топит с головой. Сердце колотится в панике. Голова пульсирует набатом. А делать-то что?
Галка постаралась ухватиться за берег рукой, но пальцы сумели сжать только траву, а та предательски оборвалась. И судорожно дыша ртом, девочка не заметила, как морозная вода вторглась внутрь, раздирая горло.
Плавать она не умела. Только била неряшливо ладошками по воде, поднимая брызги. А они в глаза попадали. И Галка окончательно теряла ориентацию. Зажмурилась. Сжала челюсти плотно, закрыла рот. И напряженная замерла.
Сама не заметила, как все успокоилось. Вода могильно давила сразу со всех сторон. И свет почти не доходило до смеженных век. Темно, холодно и спокойно. Так чарующе.
 
Галка расслабилась. Единственное, что мешало, так это сдавленное горло, и боль в груди от невозможности вздохнуть.
И непонятно было, где теперь верх, куда пытаться рваться, спасаться.
Вот бы сейчас пришел кто и спас. Вытянул бы своей жесткой и сильной рукой. Отряхнул бы, и укутал в теплое одеяло. По голове погладил и обнял спасительно. Но никого не было. И Гала знала, ждать некого.
Обреченно откинула голову, приоткрыла глаза. И над собой заметила едва заметный свет. Дрожа, провела перед собой руками, казалось, словно совсем рядом что-то есть. Барахтаясь неловко, попыталась прикоснуться. А там земля, размякшая от воды, скользкая, склизкая. Склон берега был отвесный, не пологий, и земля под водой стояла как стена.
Галка отчаянно вцепилась в грунт. Руками, ногами перебирала, словно ползла. Пальцы съезжали, не могли как следует ухватиться. Но девочка не останавливалась, старалась, карабкалась.
Голова потяжелела. Совсем ей было невмоготу, хотелось вдохнуть как следует, впустить в легкие воздуха. Но вокруг только враждебная влага, и Гала терпела. Тряслась, барахталась, и стоически держалась.
Вынырнула. И словно из другого мира перенеслась. Все в миг переменилось: звуки, запахи, ощущения ветра на стынущей коже и тепло от воздуха.
Резкие вымученные вдохи. И неловко рука сорвалась, и Гала снова ушла вниз. Лишь на мгновение. Пока ее не потянули за шкирку из пруда.
— Ат садовницы правильно сказали, вечно ты изощренно ищешь способы покалечиться, не можешь спокойно, да? — Сара даже не смотрела на нее особо, вытащила на середину берега, и стала отряхивать от капель свои штаны.
И Галка неверяще смотрела, хапала ртом воздух, и пыталась сообразить, что произошло. Хвост понял быстрее нее, завилял сначала неуверенно, медленно. И тут же зашелся метелкой, яростно размахивая в разные стороны. Девочка, не замечая потугов дворецкой не намочит одежд, кинулась обниматься. Захватила в крепкий плен ее ноги, прижалась дурной головой.
— Ах ты ж скотина, — Сара беззлобно всплеснула руками, зашлась в брани. Но не оттолкнула. Не отбросила Галку.
Уже обсохшая девочка пришла в библиотеку. На урок с учительницей.
Назвать комнату библиотекой можно было с натяжкой. От книг был один шкаф, и то наполовину заполненный вазами, статуэтками и фигурками стеклянными. Остальная же мебель прямо призывала отдохнуть, полежать, побатониться. Кресла, пуфики, софа у окна. Мягкий огромный ковер подле камина.
И во всем этом многообразии, Рада выбрала именно стол с жесткими скучными стульями. Гала нахохлившись обиженно сидела, положив голову на край столешницы. Махала бездумно ногами, ждала, когда женщина придет со своими книгами.
А пока вместе с девочкой в комнате была лишь Сара, что по-хозяйский открывала створки окон.
— Хозяин до сих пор не закончил болтать с Марго?
— Болтать? Болтаешь тут только ты ногами. Сядь прямо. Хозяин решает важный вопрос. Из — за тебя, кстати говоря, — Сара была деланно грозной. Гала выпрямилась, но только сильнее скуксила лицо.
— Он меня выгонит?
— А мне почем знать?
— Зачем он меня вообще взял?
Сара оторвалась от своего занятия. Встала, призадумавшись, глядя на девочку измученно.
— Одиноко ему.
— Как же.
— Не огрызайся. Правду тебе говорю. Нет у него семьи. Как пришел в этот дом, женившись, так и чувствует себя не в своей тарелке.
— У него жена есть?
— Была. А то! Конечно. Его мамка выдала за помещицу-старуху, ты думаешь, чьи это владения были? У него и фамилия жены. Вдовец он теперь.
— Вдовец…
— Тут все не его люди, а госпожи Златовы.
— Так он меня взял, как семью? А я все испортила? Он меня теперь выгонит?
— Не знаю я, говорю же. Что за вопросы ты мне задаешь? Все, тихо, эта идет…