Сила не по рангу (СИ)

О, господа, вы даже не представляете, сколько еще сюрпризов я могу вам устроить…
— Ваше сиятельство, — я поклонился Дашковой, и дама остановила на мне заинтересованный взгляд.
— Так вот вы какой, ваша светлость, — проговорила она, но в ее голосе прозвучала тень одобрения. — Прошу внутрь, вас проводят.
Я оказался в уже знакомом холле, обставленном в духе рыцарского замка. Один из дежурных сотрудников тут же направился ко мне.
— Алексей Иоаннович, — он склонил голову в знак почтения. — Вы зарегистрированы в третьей группе. Прошу за мной.
На этот раз меня повели другой дорогой. Сам замок имел квадратную форму, и, теоретически, его можно было обойти кругом — только сворачивай себе направо. Молодой парень в форме быстро шел по выложенному шахматной мраморной плиткой коридору, а я успевал еще и поглядывать по сторонам.
Денег сюда вложили немало. Я заметил свежий ремонт, что для подобного исторического здания всегда выходило в копеечку. Еще мне показалось, что на входе и почти в каждой аудитории были установлены детекторы артефактов. Это совсем уж дорогая штука. Сам по себе артефакт — вещь крайне непростая в изготовлении, а уж детектор, который сможет улавливать, и вовсе могли сделать единицы во всей империи. И стоило это астрономических сумм.
Одна беда — такие детекторы не улавливали энергию Искажений и работали только на определение стихийки и эфира.
— Ваша светлость, прошу сюда, — указал проводник.
К моему удивлению, мы не прошли в один из залов, а направились дальше по коридору к выходу в просторный восьмиугольный внутренний дворик.
Там уже собралось немало народу, и я обрадовался, что мое Испытание был назначено на утро. Через пару часов солнце начнет нещадно палить, а расходовать энергию на терморегуляцию я не хотел.
— Николаев прибыл! — отчитался мой проводник перед незнакомым мне мужчиной.
Он был одет в гражданское и походил на преподавателя. Возрастом между пятьюдесятью и шестьюдесятью, с проплешинами на седеющей макушке, полноватый, с сапфировым перстнем на пальце. Еще он явно страдал от жары в своем твидовом костюме, периодически промакивая лоб батистовым платочком с вышитыми инициалами А. И.
— Благодарю, — кивнул «препод», жестом отпустил сопровождающего и внимательно осмотрел меня снизу вверх. — Ваша светлость, разрешите представиться. Барон Адольф Иосифович Арпсгофен. Профессор.
Передо мной стояла настоящая легенда! Единственный человек в истории, которому за счет упорного труда, тренировок концентрации и упрямства удалось перескочить с Опалового ранга на Сапфировый! То есть он буквально из безнадежного зерна смог взрастить в себе способность к третьему виду магии. Именно его примером вдохновлялся мой отец, когда решил добыть свой сапфир в перстень.
Я поклонился. От всей души, ибо это был знак моего личного уважения.
— Адольф Иосифович, знакомство с вами для меня — честь.
Профессор мягко улыбнулся.
— В былые годы я был знаком с вашей матушкой. И принимал экзамен у вашего отца, когда он подавал апелляцию. Надеюсь, сегодня вы впечатлите нас так же, как и ваши родители.
— Сделаю все возможное.
Он указал на три сектора, расчерченные краской на брусчатке. Каждый имел свой номер в виде римской цифры — I, II и III. Я понял, что это были места, отведенные для групп.
— Прошу в третий сектор, ваша светлость. Первое испытание будет пройдено публично, сразу всеми группами.
— Понял. Благодарю.
В этом секторе уже стояла Гагарина — девушка смотрелась в карманное зеркальце и пыталась смахнуть выпавшую ресничку. С ней безуспешно пытался заигрывать Безбородко. Девушка рассеянно кивала в ответ на его комплименты. Ну да, куда там. Этой девице наверняка подыскивали пару только из очень узкого круга князей, а граф Безбородко, несмотря на то, что фамилия его в последние сто лет была на слуху, все же немного не дотягивал до «первого эшелона».
Гагарина закрыла зеркальце и подала его еще одной стоявшей в нашем секторе девушке.
— Спасибо, Тамара. Ты меня очень выручила.
Тамара, кажется, принадлежала к роду графов Зубовых. Миловидная невысокая девушка с длинной русой косой и пышным бюстом. И не будь рядом Гагариной в качестве контраста, она наверняка бы нашла своих поклонников. Но рядом с Гагариной почти любая терялась — слишком уж у той была яркая внешность, и это мгновенно обращало на себя внимание.
 
— Привет! — я обернулся, и ко мне с протянутой рукой подошел парень примерно моих лет. — Разрешите представиться и, пожалуйста, не смейтесь. Князь Львов Лев Львович.
— Лев в кубе, — тут же вырвалось у меня, и я пожал его сухую ладонь. — Светлейший князь Алексей Иоаннович Николаев.
— Традиция у нас такая. Всех старших называть Львами, — виновато улыбнулся новый знакомый.
Он, впрочем, и правда немного походил на льва. Копна взлохмаченных золотистых волос чем-то напоминала гриву. Но парень был обаятельным. С открытой улыбкой, в веснушках, с живыми серо-зелеными глазами. И даже совсем не аристократический нос картошкой его не портил. Почему-то хотелось называть его Львенком.
— А вы тот самый светлейший князь Балтийский? — немного неуверенно спросил Лев.
— Тот самый — это мой отец, — отозвался я. — Я — второй сын.
— И вы живете в Выборгской губернии…
— Жили до недавнего времени. Перебрались в Петербург на время Испытаний. А вы где предпочитаете жить?
— Мы с отцом здесь, в Петербурге. Матушка часто ездит в Неаполь. Купила там виллу. Лекари рекомендовали проводить там хотя бы половину зимы…
Ага. Или любовник завелся из горячих и красивых, но бедных итальянских аристократов. Увы, в дворянской среде это было обычным делом. Женились чаще всего все так же по расчету, разводиться у нашего сословия было не принято, вот и разъезжались и жили каждый своей жизнью, когда подрастали дети.
— Значит, вы местный, Лев Львович, — улыбнулся я. — Тогда, вероятно, сможете представить меня нашим одногруппникам?
Правила этикета для нас оставались жесткими. На любых официальных мероприятиях их следовало неукоснительно соблюдать. В частности, я, конечно, мог представиться сам, но было лучше, если меня представит тот, кто уже был знаком с остальными.
— Конечно! — весело улыбнулся Львенок и подвел меня к членам группы. — Господа, разрешите представить вам Алексея Иоанновича Николаева, светлейшего князя Балтийского.
И я сразу считал реакцию. Безбородко смерил меня равнодушным взглядом, словно я был пустым местом. Весьма неосмотрительно. Гагарина отвесила мне дежурную пластмассовую улыбку, какие часами тренируют перед зеркалом. И разве что Зубова проявила ко мне неподдельный интерес.
— Тамара Александровна, графиня Зубова, — мило улыбнувшись, проговорила девушка и поправила толстенную, с кулак, косу.
— Рад знакомству, Тамара Александровна.
Она была без перчаток, и руку я ей поцеловать не мог. Но галантно поклонился, чем явно заработал еще больше очков. Мелочи, Алексиус. В этом мире мелочи правят миром. Тот, на кого сейчас не обращают внимание, через год может подняться высоко. Да и девчонка-то на самом деле была милашкой, прямо настоящая русская девица из сказок. Просто мода нынче диктовала другие стандарты красоты.
И этот воплощенный стандарт все же протянул мне руку.
— Алексей Иоаннович, рада знакомству. Анастасия Дмитриевна Гагарина, младшая дочь князя Гагарина.
— Я очарован.
— Ой, ладно вам!
Нисколько она не смутилась. Наоборот, привыкла получать тонны внимания и купалась в нем. Есть такая категория людей, которые не могут без этого внимания жить. Я подобного не понимал, но вот Гагарина явно восстанавливала эфир на сто процентов каждый раз, когда про нее писали в светской хронике.
Безбородко тоже снизошел и натянул на свою унылую физиономию подобие приветливой улыбки.
— Аполлон Сергеевич, граф Безбородко, — сдержанно представился он.
Я едва не прыснул, когда пожимал ему руку. Аполлон? Серьезно? Нет, наверняка родители надеялись, что вырастет красавчиком, когда давали ему столь амбициозное имя. Но что-то пошло не так. И дело было не в том, что парень не вышел внешностью — все у него было в пределах нормы. Но эта унылая гримаса, словно ему нагадили прямо под нос…