Сила не по рангу (СИ)
Глава 2
— И не смотри на меня так, — я подкинул в воздух длинную жареную картофелину, и Чуфта схватила ее на лету. — Обещал двойную порцию — получите, распишитесь.
— Гааа!
— Знаю, что поздновато. Но у меня были другие дела, если ты не заметила. Зато картошка здесь отменная.
Я купил две порции размера XXXL в фастфуде возле парка. Чуфта не поверила своему счастью и едва не вырвала первую коробочку у меня из рук. Пришлось шарахнуть наглую чайку небольшим зарядом эфира, чтобы пришла в себя. Бывали у нее заскоки — без дела Чуфта начинала сходить с ума, гадить на головы прохожим, воровать из рук вещи и вообще бесилась.
— Вот, держи еще. Только лови лучше!
Наверняка редкие прохожие считали меня новым городским сумасшедшим. Но мне было плевать — долг платежом красен, а Чуфте я и правда задолжал. Чайке доставляло удовольствие ловить подброшенные в воздух ломтики. Тем более, что я приправлял их энергией Искажения, которую снял с тела Зотова и артефакта из детской цесаревича.
— Ну что, дорогая, пора тебе немного поумнеть и стать более полезной.
Чуфта недовольно на меня уставилась. Дескать, у нее тоже отпуск. И вообще, птицей быть весело, потому что никто не поймает. Издевайся в свое удовольствие.
— Дорогая моя, отдых отменяется. Мы тут пытаемся мир спасти вообще-то.
— Гааа!
Какие-то подростки-гимназисты пялились на нас. Видимо, их впечатлил фокус с подбрасыванием картошки. Впрочем, повторять это я бы никому не рекомендовал: мы-то с Чуфтой были связаны, а вот на остальных она гадила во всех смыслах этого слова и ни с чьим мнением не считалась.
А ведь когда-то были времена, когда Чуфта могла перевоплощаться в красивую девушку. С весьма внушительными боевыми талантами. И кое-чем еще, не менее внушительным. Но стервозных характер никуда не девался. Разве что пакости становились изощреннее.
— Ты что, приручил чайку?
Я обернулся на голос сестрицы. Таня облокотилась на кованый парапет набережной. Я заметил двух служанок, сопровождавших княжну, но они остались в отдалении.
— Кажется, я ее уже видела…
— Ага, приручил, — отозвался я и снова подбросил картошку.
По моим прикидкам к концу первой упаковки Чуфта должна была стать вдвое сильнее. Еще маловато до способности принимать другие формы, но это будет самая мощная и непредсказуемая чайка в мире.
— Откуда ты такая красивая? — улыбнулся я, отметив новое платье сестры. — Неужто от Ворта? Симпатично.
Сестра гордо улыбнулась и даже крутанулась вокруг своей оси, демонстрируя новый наряд.
— Рада, что тебе нравится. Да, сегодня забрали первое готовое платье. Я хотела показать его тебе, но Аграфена сказала, что ты вышел прогуляться на набережную. Сильно переживаешь перед завтрашним?
Откровенно говоря, я переживал лишь о том, чтобы еще сильнее себя не выдать. И думал, как понадежнее спрятать свои истинные способности. Когда у меня заканчивался эфир, приученный к старой работе организм начинал автоматически расходовать резерв энергии Искажения. А это было чревато… Как минимум, неудобными вопросами.
— Нервничаю, конечно. Да и матушка вся на иголках. Ты бы лучше ее отвлекла, показала платье.
Сестра лишь усмехнулась.
— Отвлечь? Новым платьем? Ты что, не знаешь нашу матушку? Да она в гробу видела все эти тряпки. Что ее сейчас действительно беспокоит, так это то, насколько ты готов.
— Мы все знаем, что я покажу все, на что способен.
— Я-то знаю. И уверена, что минимум Сапфир ты получишь. Но матушку не устроит ничего, кроме Изумруда.
Значит, попробуем сделать Изумруд, раз матушке так хочется. Лишь бы хватило эфира и стихийки.
— Знаю, — ответил я и уставился на шпиль Петропавловского собора, высившийся над крепостью. День стоял солнечный, и Петербург заиграл самыми яркими красками. Здорово, что я нашел время немного полюбоваться этой красотой. В последние дни было как-то не до этого.
— Кстати, о матушке. Она просила тебя зайти к ней, как вернешься.
— Что-то срочное?
— Откуда мне знать? — с обидой сказала сестра. — В последнее время вы постоянно о чем-то шушукаетесь, куда-то вместе ездите, а меня только отправляете учиться дальше, чтобы не путалась под ногами. Так что не знаю, чего она от тебя хочет…
Небольшая ревность. Это нормально. Особенно с учетом того, что я своим расследованием и правда перетянул все внимание княгини на себя.
— О, Танюша, — вздохнул я. — Подожди совсем немного. Завтра я пройду Испытание, затем будет решено, зачислят ли меня в Спецкорпус, или еще куда определят… И вот тогда, когда я съеду, все внимание ее светлости будет обращено на тебя. И готов поставить сотку, что ты взвоешь от обилия этого внимания.
Таня печально усмехнулась.
— Ты все шутишь. А я и правда буду очень скучать. И матушка проводит с тобой так много времени как раз потому, что знает — ты теперь нескоро вернешься. Просто и я заслуживаю внимания. Мне здесь… Нет, не не нравится. Просто здесь все по-другому. Дома мы тренировались, гуляли на природе, учились в спокойном темпе… А здесь все постоянно куда-то спешат, подгоняют, требуют. Нельзя ошибаться, нужно взвешивать каждое слово… Я просто не привыкла. И мне правда не хватает твоей поддержки. Ты словно совсем обо мне забыл.
Я молча ее обнял. Таня и представить себе не могла, как далеко я был готов зайти, чтобы сделать ее жизнь долгой и по возможности счастливой. Но всего ей пока что не объяснить. Возможно, со временем, я расскажу — найду способ, как это все подать. А может навсегда оставлю это в тайне.
— Просто я слишком сосредоточился на подготовке, Танюш. Обещаю, мы с тобой еще выедем в свет, и я покажу тебе кое-что интересное. Кстати, недавно я познакомился с актером Чацким. Он звал на премьеру, по Шекспиру. Хочешь?
Ну, насчет выхода в свет я немного загнул. Официально девушки-дворянки в этом мире выходили только по достижении шестнадцати лет. Раньше, в прошлые века, их жизнь до этого момента оставалась очень закрытой — только домашние приемы да детские балы.
В наше время ситуация изменилась и стала более лояльной — юным девушкам разрешалось выезжать в театры, посещать выставки и концерты, ездить в гости. Но все, конечно, в сопровождении старших родственников.
Образование все еще приветствовалось домашнее, но девушки-дворянки, не принадлежащие к Большим или Великим Домам, вполне могли учиться в гимназиях, пансионах и училищах. А вот высшее образование всегда было публичным. После совершеннолетия свободы появлялось больше. Империя империей, но все же с поправкой на современные реалии.
— Я не ослышалась? — глаза Тани загорелись. — Ты познакомился с Чацким? С тем самым Чацким из сериала?
— Ага.
— Как⁈ Как ты успел?
— Случайно вышло. Но пригласил на премьеру. Это классика. Думаю, на Шекспира матушка тебя отпустит. Если хочешь, я поговорю с ней.
— Конечно, хочу! Леша, ты… Я и мечтать не смела. А можно мне тоже с ним познакомиться?
О как. Оказывается, моя сестренка знала о современном искусстве гораздо больше меня.
— Если он меня вспомнит, то я постараюсь это устроить.
Под пристальным надзором Чуфты я оставил вторую порцию картошки на лавочке и приобнял сестру за плечи.
— Идем, Тань. Мне сегодня нужно многое успеть.
Была такая старая традиция в этом мире. Перед Испытанием, словно перед последней битвой, старались отдавать долги и заканчивать начатые дела. Я не успел добыть пятнистого аспида для Тани, но хотя бы мог закончить все остальное. И не собирался терять время.
Оказавшись дома, я отвел сестру наверх, а сам отправился искать матушку. Светлейшая княгиня обнаружилась в кабинете отца — она временно заняла помещение, разбираясь в куче бумаг. Яна и Аграфена были заняты составлением каких-то списков и графиков. Повсюду валялись старые отчеты, накладные, сметы…
— О, Алексей, — быстро улыбнулась княгиня и жестом пригласила меня войти. — Хорошо, что явился. Нужно поговорить.