Как отдраконить ректора, или Зелье ведьме не игрушка (СИ)

— Пошли, дурашка моя, нечего нам тут маячить, — кутая меня собой, приговаривала Гела. Возиться со мной вдруг стала, словно с неразумным малым дитем. — Уже в сосульку совсем превратилась, губы посинели, волосы инеем покрылись — жуть!
— Куда это вы собрались, адептка Ива Ади? — прищурился ректор.
— Как куда? В общежитие. Греться, — высказалась за меня Гела.
— Вот вы, Гелата, туда и отправляйтесь, а нас с Ивой ждет занимательная беседа в моем кабинете, — не попросил, а приказал он. Причем так, что отказаться просто не было возможности: язык у меня не поворачивался и кровь, казалось, в жилах застыла.
То ли это я так страху натерпелась, то ли наш Вельфет действительно умел делать внушение…
— Но-о… — Гела оказалась сильнее меня, ее еще на споры хватило. Правда, не на такие уверенные, как до этого, когда подруга всеми силами вознамерилась пустить дракона на артефакты.
— Вы хотите оспорить мое решение? — выгнул брови ректор.
Его голосом можно было резать льды. Я поежилась. Гела же не дрогнула, лишь сильнее прижала меня к себе. От ее хватки стало по-настоящему больно.
Я сцепила зубы, чтобы не закричать.
Кто-нибудь пробовал обниматься с камнем? Вот-вот. Удовольствие то еще.
— Да-а? — вместо утвердительного ответа у горгульи вышел вопрос.
Вельфет Арранский умел был убедительным и даже жутким, когда того хотел. Недаром ведь несколько столетий, а то и больше, занимал пост ректора.
— Я не понял, вы у меня сейчас подсказки спрашиваете? — Несмотря на показную суровость, в глазах мага плясали смешинки.
— А вы не хотите рассмотреть альтернативные варианты, ректор? — постаралась лавировать горгулья.
— Варианты?
— Например, возможность Ивы наведаться к вам утром, — продолжила гнуть свою линию моя подруга. — Вообще-то, это она — пострадавшая сторона.
— Только отчего-то именно драконья кровь пролилась, — заметил Вельфет.
Я зыркнула на то место, где снег окрасился алым, и передернулась. Перед глазами на мгновение все затуманилось, меня повело, но через миг все прошло, как и не бывало.
— К чему такая спешка? — нахмурилась Гела. — Девочка устала, замерзла, испугалась. Шутка ли, это животное гнало ее по всей академии, словно дичь!
— У вас, адептка Мави, определенно есть талант к преувеличению, — покачал головой Вельфет.
— Иногда только это и спасает отношения с мужчинами. Лучше преувеличить, чем преуменьшить итак крохотное дост…
— Гх-м! — тактично закашлялся ректор.
— Да, что-то мы отошли от темы, — сконфузилась моя подруга. — Неужели вы не видите? Бедняжка едва на ногах стоит!
— Неужели? — скептично глянул на меня Арранский. — Эта бедняжка боевому дракону рога наставила и едва ли не с бубном вокруг нее плясать заставила.
— Минуточку! — не сдержала возмущения я. — Рога наставляла не я, а достойнейшая из достойнейших невест. Пусть Лейв впредь будет избирательнее в связях, не надо на меня все сваливать.
— Умирай давай, — шикнула прямо мне в ухо Гела, а когда я замешкалась, то больно ущипнула меня за бок.
— Ай! — подпрыгнула я и тут же сориентировалась. — Ох, да… Что-то мне совсем нехорошо…
И руку ко лбу приложила, закатив глаза. Ступней я уже совершенно не чувствовала, да и все тело одеревенело и слушалось как-то странно, словно чужое. Но от холода я сейчас особо не страдала, продолжала держаться на чистом упрямстве и злости.
— Вот! — победно вскинулась горгулья. — Иве к целителям нужно, а вы ее на морозе держите. Не стыдно вам, многоуважаемый ректор?
— Мне? — удивился Вельфет.
— А ведь по правилам академии каждый адепт здесь должен чувствовать себя в безопасности и комфорте. Ты вот чувствуешь себя в безопасности? — пошла в наступление Гела.
— Я? — совсем растерялась, потеряв нить разговора.
— Она даже на банальные вопросы ответить не в силах. Видите, до чего довел мою подругу этот рогатый крылатый гад? — оседлала любимого конька моя подруга. — Может, после всего случившегося вы все же отдадите дракона на артефакты? Или нет, разрешите мне с ним разобраться наедине. Полчаса в одной комнате. И чтобы без последствий, ага?
 
— Вот смотрю я на вас, адептка Мави, и уже заранее оплакиваю вашего будущего супруга. Ох и тяжко ему придется с такой язво… гх-м… оригиналкой, — выдал Арранский.
— С удовольствием избавлю вас от мук из-за странных фантазий, ректор. Я не собираюсь выходить замуж, — выдала Гела.
— Нет?
— Буду защищать империю, стоять на страже безопасности, — заявила она.
— Хорошо, что я свое пожить успел. Пойдемте, Ива, наш разговор состоится сегодня. — Ректор взял меня за предплечье. — Отпустите подругу, Гелата. Или вы всерьез вознамерились переломать ей кости?
В местах, где горгулья меня держала, уже стали проступать синяки.
— Ой! — ужаснулась Гела и отшатнулась.
— Отправляйтесь в свою комнату, адептка Мави.
— А-а-а…
— А если мне понадобится помощь в принятии важных решений, то я соберу комиссию профессионалов, — сказал как отрезал ректор.
Подруга разрывалась между необходимостью выполнить приказ Арранского и желанием последовать за мной.
— Иди, Гела, — облегчила ей выбор я. — Все будет хорошо.
Горгулья поджала губы, понурилась, но послушно потрусила в сторону женского общежития.
— Я не был бы так уверен, — осадил меня Вельфет, а потом вдруг сжалился и открыл портал, который перенес нас прямиком в ректорский кабинет.
Там-то меня и накрыло…
Навалилось все сразу: осознание случившегося, обида и боль от предательства, разочарование в первой любви… Да и тепло сделало свое черное дело.
В мое тело точно впились сотни иголок. От боли потемнело перед глазами.
— О-ох!
Ректор подвел меня к диванчику. И вовремя. Ноги перестали меня держать, подкосились. Тело стала сотрясать такая крупная дрожь, что я подскакивала на месте и зубы выбивали чечетку.
С помощью бытового заклинания Вельфет высушил мою одежду. Потом он укутал меня в шерстяной плед и разжег в камине огонь. И все равно на собственные ступни я старалась не смотреть. Они были ярко-красными, с синими прожилками вен, а кончики пальцев… почернели.
«Неужели холод настолько ужасен, что смог нанести такие увечья?» — не укладывалось у меня в голове.
— Ну, рассказывайте, адептка Ади. Как вы докатились до рогатых драконов?
— Ы-зы-зы-ы… — Я попыталась ответить, но слова превратились лишь в нечленораздельные звуки, так меня трясло. Появилась реальная угроза откусить себе язык.
Ректор нахмурился и отлучился буквально на минуту. Вернулся он с пузатой чашкой в руках.
— Пейте.
Я вдохнула ароматный дымок, который поднимался от чашки, и без задней мысли пригубила напиток. Тут же по телу разлилось желанное тепло. Только я рано обрадовалась.
Буквально через мгновение мне сделалось еще хуже. Кинжальная боль скрутила внутренности, точно лютый мороз поселился внутри, а из глаз брызнули слезы.
— Ой-ой!
  
ГЛАВА 5
 
Я прижала руки к животу, скрутилась калачиком, но боль не утихала. Она была столь сильной, что я не знала, сколько еще смогу такое выдерживать. И так выла на одной ноте.
Мне казалось, что я умираю.
 
Не гнев дракона оказался самым страшным, а вот это…
— Что… вы мне… дали? От…ра…ви…ли? — едва совладала я с собственным языком, который почти перестал слушаться.
— Ты сама себя отравила, — фыркнул ректор. — Я просто вытянул разрушительное действие твоей силы наружу. Иначе бы завтра нашли твой хладный труп и обезумевшую от смерти подруги горгулью. У вас же привязка с ней образовалась, специально, случайно ли — не мне судить. А терять кровника всегда очень тяжело. В итоге у меня на руках остался бы рогатый бывший лучший адепт-пятикурсник с временным запретом к обороту, мертвая недоведьма и дикая боевая горгулья. Признавайся, Ива, за что ты так меня ненавидишь?