Как отдраконить ректора, или Зелье ведьме не игрушка (СИ)

— Лейв! — испугалась я.
— Значит, я должен исправить свою оплошность и убить всех, — постановил император. — Демоны!
Все его воины ринулись ко мне, я инстинктивно прижалась к бабушке, в поисках защиты. На пути рогатых встали туманники. Завязалась кровавая битва.
— Папа, не лезь! — разозлилась бывшая супруга Ранна, когда к ней присоединился демон с огромными рогами. — Я сама!
— Сама ты ни на что не способна, уйди с дороги.
Арранский сражался с императором. Ранн — с Мелиссой и ее отцом, потому что демоница отказалась отступать. И только я с бабушкой наблюдали за всем в сторонке.
— Пусти меня, Рамила, — в какой-то момент не выдержала этого напряжения я. — Я должна ему помочь!
— У него своя дорога, милая, у тебя — своя, — загадочно выдала бабушка и вдруг толкнула меня прямо в источник магии.
— А-а-а! — заверещала я, заслонившись руками от ослепительного света, но вскоре захлопнула рот.
Абсолютно ничего страшного не происходило. Боли не было, меня не кошмарило. Вокруг царил белый свет и пустота.
В общем-то, меня ничего не беспокоило, кроме того, что пути обратно оказалось не видно. Точно пещеры, в которой я только что была, совсем не существовало.
— Эй? Есть здесь кто? — робко позвала я, и, что удивительно, на мой зов откликнулись.
От общего марева отделились две светящиеся фигуры, которые при приближении все больше походили на мужчину и женщину.
— Ивушка, доченька, — улыбнулась рыжеволосая женщина, стоило паре оказаться возле меня. — Какая же ты взрослая…
— Время пришло, — сказал мужчина с пронзительными зелеными глазами. — Дай мне руку, дочка.
— Вы мои родители? — Голос у меня дрогнул.
— Прости, что нас не было рядом, — прослезилась женщина. — Но мы как могли позаботились о тебе.
Мужчина все еще держал руку на весу, и я протянула ему свою в ответ. Как только наши пальцы соприкоснулись, перед моими глазами замелькали картинки…
Я видела жизнь в империи до захвата демонами, времена правления элементалей, их отношение к магии, миру, подданным, своих родителей и момент краха всеобщей идиллии.
Долго, по моим ощущениям, эти видения не длились, но, когда все закончилось, я была настолько переполнена знаниями, что мне даже с трудом дышалось.
— Ты не научишься всему сразу, это невозможно, — сказал мой отец. — Но время пришло, ты должна вернуть империи мир, а магии свободу. Нестабильная сила — это просто проявление сущности магов, с которой нужно обращаться с умом и лаской, а не посредством насилия. Впрочем, ты и сама это уже поняла, правда, дочка?
— Если тебе потребуется наша помощь, то ты сможешь связаться с нами через этот источник, — предупредила меня мать. — Мы всегда откликнемся, Ивушка.
— Но… — растерялась я.
— Ты — источник перемен для империи, надежда для магов. Император свергнут, вскоре туманники и твои сторонники разберутся с восставшими демонами, и ты взойдешь на трон, — приоткрыл мне завесу будущего отец.
— Но я не хочу править!
— Ты не будешь одна, твой избранник поможет, — улыбнулась мать.
И в этот момент из белого марева показалась мужская рука.
— Ива… — позвал меня Лейв.
Стоило мне коснуться его ладони, как дракон вытянул меня из источника обратно в пещеру, где я угодила в его крепкие объятия. Битва завершилась. Мы победили.
Мелисса, ее отец, император и напавшие на нас воины были мертвы. С нашей стороны тоже не обошлось без потерь. Я старалась не смотреть на тела, потому что тогда на меня нападал неконтролируемый ужас.
— Ты не ранен?
— С тобой все в порядке? — заговорили мы с Лейвом одновременно.
— Теперь все будет хорошо, — пообещал мне дракон. — Веришь?
— Разве я могу тебе не верить? — улыбнулась я и вдруг почувствовала, как в груди у меня потяжелело.
Я оттянула горловину платья, Ранн закрыл меня собой от лишних глаз. С легкостью из моего тела вышел полностью сформировавшийся кристалл ангмы, который я передала любимому.
— Это слишком щедрый дар, — опешил Лейв.
— И ты его достоин. Прими.
Ранн бережно сжал кристалл в ладони, а потом запечатал мне рот поцелуем, который был красноречивее тысячи слов.
 
— Я же говорил, что мой отпуск не пройдет зря, — хохотнул Арранский где-то рядом. — Договорился с туманниками, поднял восстание, пропихнул свою протеже на трон…
— Ты слишком много на себя берешь, Вельфет, — скривилась Рамила.
— Столько, сколько могу унести, — подмигнул ей мужчина. — Ну раз с делами на сегодня покончено, может, вы согласитесь скрасить мой вечер, мадам?
Щеки моей бабушки опалил стыдливый румянец.
— Неужели я не ослышалась и вы приглашаете меня на свидание, господин Арранский?
— Вы не только прекрасны и умны, Рамила, — поцеловал ей руку Вельфет, — но и со слухом у вас все еще в порядке, уверяю вас.
— Шельмец, — стукнула ведьма его в плечо. — Это удивительно, но я согласна.
Вскоре мы с Ранном выбрались на поверхность.
— Что-то вы долго, — заметила Гела. — Мы не только с тхатри успели расправиться, но я даже ногти о кинжал отполировала.
— Не всем же быть такими ловкими и искусными в бою, как ты, моя каменная, — обнял ее со спины Ас.
— Начинается, — закатил глаза Мракус.
— Где Лейка? — встревожился Ранн.
— Выйди из локации, и мимо точно не пройдешь, — подмигнула Гела.
Мы тут же направились туда.
Недалеко от главных ворот лежала прекрасная золотая драконица, а рядом с ней сидел… Стефан.
Оборотень гладил ее по морде, и, судя по тому, как довольно щурилась зверюга, безумной она точно не была.
— Но как? — выдохнул Лейв.
— Только истинная пара может выдернуть дикого дракона из пелены безумия, — важно прокомментировал Морфарий, как настоящий знаток магических тварей.
— А с нестабильной магией ей помогу справиться я, — улыбнулась я.
На душе у меня было светло и радостно. Даже усталость, что свинцовой тяжестью навалилась на плечи, не огорчала.
С главным мы справились и остальное сможем. Вместе.
  
ЭПИЛОГ
 
— Магистр, может быть, уже отмените свое наказание? — Попилькус глядел на меня таким жалобным взглядом, что впору было дрогнуть и проявить милосердие.
Я держалась исключительно на природной вредности ведьминской натуры и понимании, что мой поступок для первокурсников сейчас послужит отличным вкладом в их правильное будущее. Поэтому и не велась на все стенания и уговоры рыжего Паулма. А он ведь старался…
На магию Попилькуса, Милс, Биля и Ваарвы я наложила хитрые ограничители. Студенты теперь могли магичить только во время занятий, под присмотром преподавателей. В свободное от учебы время их магия блокировалась моим заклинанием.
Их сила свободно текла по энергетическим каналам, подпитывала тело и срабатывала только по мере крайней необходимости — в случае угрозы жизни или здоровью. Для бытовых заклинаний и другого баловства магия не откликалась.
К тому же на Попилькуса, Милс, Биля и Ваарву я возложила обязательства по трудотерапии. Они занимались уборкой кабинетов, хозяйственных помещений, загона с магическими тварями и территории вокруг академии.
Таким образом я планировала научить четверку выскочек использовать свои силы с умом и нести ответственность за каждое заклинание, которое они сотворили.
Снять такие ограничения я намеревалась к началу второго курса, обговорив с родителями студентов возможность продолжить «воспитание» их чад на каникулах. Но, глядя, как некоторые из четверки довольно сложно принимают справедливое наказание, обдумывала вариант продлить его на более длительный срок. В индивидуальном порядке.
Я собиралась пристально следить за жизнью этой четверки. Все же мы в ответе за тех, кого наказали…
 
— Нет, — строго ответила я студенту.
— Но, магистр, — опять заныл младший Паулм, — сжальтесь же!
— Если ты устал, то выбор, который я вам благородно предоставила, все еще в силе.